Хаос с доставкой. Для профи

– Ahlēavah?
– Да.
Ноздри у нее раздувались: она пыталась уловить запах дома. Наконец черты ее лица облегченно расслабились – и вдруг глаза широко распахнулись в смятении.
Все ее тело засветилось красным. Она стала растворяться, рука, которой она держала меня за шею, исчезла. Она превратилась в светящуюся магию и пролетела через все плато.
Прямо к Ксеверу.
Ее дух прошел сквозь барьер, будто его и не было, и ударил в Ксевера, как молния. Тот исчез в багровом сиянии. Свет вспыхнул еще ярче, ослепив меня, и тут же погас.
Я заморгала: глаза слезились.
Ксевер стоял в центре круга – один, низко опустив голову, сгорбившись. Демоница исчезла вместе со своей магией.
Глубоко вздохнув, Ксевер расправил плечи и поднял голову. Изуродованный шрамом рот растянулся в безумной ухмылке, а глаза горели красным, как у демона.
  
Глава 32
 
Мягкий свет восходящего солнца залил плато, и в неподвижном воздухе раздался смех Ксевера. Это был клекочущий смех торжества на грани безумия, в нем звенела радость победы, переходящая в садистское удовольствие.
Я застыла на месте, вся дрожа. Что-то внутри меня все еще заставляло искать глазами payashē. Она должна быть где-то здесь: ведь не мог же Ксевер и правда это сделать! Это невозможно.
Но ее не было нигде, а глаза Ксевера светились магией. Ее магией.
Он превратил себя в демона-мага, использовав самого могущественного демона из всех существующих – payashē.
Вот зачем ему нужна была кровь всех двенадцати Домов – потому что демоницы связаны со всеми Домами и в то же время не принадлежат ни к одному из них. Вот почему его добавочные заклинания показались мне знакомыми – я видела их фрагменты, когда изучала ритуал создания демона-мага, чтобы спасти Эзру.
В четырех шагах от меня стоял Зуилас, скорчившись от боли в спине, располосованной когтями payashē. Глаза у него сияли, это было сияние раскаленных углей, а не пылающей магмы, как обычно: его магия была уже почти израсходована.
Позади ждал открытый портал – но мы уже не сможем совершить ритуал прекращения призыва. Ксевер убьет нас раньше.
Смех демона-мага сменился тишиной. Снова скривив рот в ухмылке маньяка, Ксевер взглянул на окровавленные останки своих слуг-демонов, убитых той самой демоницей, которую он призвал и заточил в своем человеческом теле.
– Називер! – крикнул он.
Никакого отклика – а затем тихий шорох. Над телами павших Dīnen развернулась пара изодранных крыльев. Називер поднялся с земли. Кровь текла по его рукам и ногам, капала из раны в груди. Демон из Дома Дират медленно выпрямился, вздернул подбородок и усмехнулся, глядя на своего призывателя.
Ксевер с ухмылкой вышел из защитного круга и остановился в нескольких шагах от демона.
– Каково это, – спросил он с тихим злорадным удовольствием, – видеть открытый портал прямо перед собой и не иметь возможности добраться до него? Двадцать лет ты шел к нему – и вот он совсем близко.
Називер вздернул подбородок еще выше. От него так и веяло надменным пренебрежением.
– Я мог бы убить тебя, – задумчиво проговорил Ксевер, – но предпочитаю посмотреть, как ты будешь мучиться у меня в рабстве еще двадцать лет. Стой на месте. Не двигайся, пока я не скажу.
Не в силах ослушаться, Називер замер, как и полагается демону, полностью связанному контрактом. Даже хвост не дергался.
Ксевер повернулся ко мне, устремив на меня светящиеся глаза.
– Пожалуй, я даже рад, что ты дожила до этой минуты и можешь увидеть, чего я добился с помощью твоего фамильного гримуара. – Магия вспыхнула в его руке – так ярко, что сама рука словно растворилась в ней. Он поднял ладонь и повернул ко мне. – И очень удачно, что ты станешь первой, кого я убью той самой магией, которую ты помогла мне обрести.
Он не стал создавать круг заклинаний – просто выпустил магию payashē без подготовки, без контроля.
Извивающийся багровый луч с ревом полетел в меня, и в этот миг Зуилас врезался в меня сбоку. Мы ударились о землю, покатились и упали в ту самую воронку, которую payashē пробила своим взрывом в твердом граните, когда освобождалась от призывающего круга.
 
Мы скатились по ухабистому склону воронки, и взрыв, вызванный магией Ксевера, пронесся над нами, окрасив все вокруг в красный цвет. Раздался оглушительный грохот.
Мы с Зуиласом упали на дно воронки, и он крепко обхватил меня руками, закрывая собой. Поднял голову, и его тускло светящиеся глаза встретились с моими.
Ксевер был теперь самым могущественным демоном-магом из всех, какие когда-либо существовали, а нас осталось только двое против него. Только я и Зуилас против чудовищной силы payashē. Каким-то образом Ксевер сумел обойти магию Королевской клятвы, поработить пайаше без ее согласия – и получил неограниченный доступ к ее магии.
Зуилас наклонился ко мне, прислонился лбом к моему лбу.
– Здесь нет vh’renith.
Несмотря на эти слова, я не чувствовала в его мыслях ни отчаяния, ни безысходности. До сих пор он сражался только тогда, когда точно знал, что может победить, – но теперь все иначе. На этот раз он не собирался отступать, каков бы ни был расклад.
– Да, – согласилась я, взяв его лицо в обе ладони. – Но иногда нужно драться, даже если ты уверен, что проиграешь.
Он вскочил на ноги, увлекая меня за собой. Сердце у меня колотилось. Я взяла Зуиласа за руку и крепко сжала.
За стеной воронки послышался шорох шагов. Ксевер приближался.
Я подняла свободную руку. На пальцах вспыхнул багровый свет, и я воспользовалась угасающей силой Зуиласа, чтобы создать перед нами круг заклинания диаметром в шесть футов.
Шаги становились все громче. Голова Ксевера появилась над краем воронки. От его жестокой улыбки веяло безумием.
Рука Зуиласа сдавила мою, будто тисками.
– Igniaris! – выкрикнула я.
Заклинание вылетело бушующим оранжевым пламенем. Зуилас прижал меня к себе и прыгнул вместе со мной прямо в огонь.
На мгновение меня обдало жаром, но тут же его сменил холод. Паря среди языков огня, Зуилас втягивал в себя его жар, чтобы подкрепить свою истощенную магию.
Он опустился на крутой склон воронки, оттолкнулся от него и снова прыгнул. Мы пролетели мимо Ксевера, и Зуилас упал на ровное плато. Мои ноги ударились о скалу, и я бросилась бежать.
На подкашивающихся от усталости ногах я промчалась мимо портала. Цепочки на шее звенели: моя рука перебирала висящие на них артефакты.
За спиной прогремел багровый взрыв – такой силы, что меня сбило с ног. Я упала, ссадив о землю руки и колени. Еще один взрыв сотряс землю. Ксевер выпускал дикие вспышки неуправляемой магии одну за другой, и взрывы почти заглушали его звонкий смех.
Кое-как поднявшись на ноги, я рванула с шеи цепочку. Не думала я, что придется прибегнуть к этому артефакту. Не думала, что именно он может нас спасти.
Я резко остановилась и взглянула в пылающие красные глаза Називера. Он не двигался, скованный по рукам и ногам приказом Ксевера. Кровь текла у него из ран, сочилась из уголка рта.
– Помоги Зуиласу, – выдохнула я. – Убей Ксевера. А потом домой. Согласен?
Я приложила амулет к его груди, и глаза у него расширились: он почувствовал силу амулета, способного разрывать контрактную магию.
– Да, – прохрипел он.
Поднявшись на цыпочки, я накинула ему цепочку через голову. Она легла вокруг шеи, и амулет В’альир закачался на его обнаженной груди.
Расправив крылья и вскинув руку, Називер крепко сжал амулет. Впервые за двадцать лет он был свободен от повелений Ксевера.
Он оттолкнул меня с дороги и рванулся вперед. Я упала, больно ударившись, а демон из Дома Дират бросился прямо к пылающему сгустку алой магии, в который превратился Ксевер. Зуилас тоже метнулся к демону-магу, хотя в сравнении с мощью Ксевера его магия выглядела жалко.
Когда Називер приблизился, Ксевер протянул обе руки к Зуиласу. Из его ладоней вырвался новый извивающийся багровый луч.