Хаос с доставкой. Для профи

– Ты ведь до сих пор не видел, чтобы кто-то следил за нами? – спросила я, присаживаясь рядом с Тори и пряча голову под подоконник.
– Нет. Они пришли только сегодня.
Я чувствовала, что он говорит с полной уверенностью. Удобная все-таки штука – эта телепатическая связь.
Поправив очки, я повернулась к Тори.
– Ритуал готов. Все будет кончено сегодня ночью. Мы должны действовать по плану, а если они еще будут здесь, когда мы вернемся в полночь…
– …Тогда я выйду на охоту.
От рычащего шепота Зуиласа меня бросило в дрожь. Я подавила ее, надеясь, что эти люди не вернутся. Знали бы они, что их ждет.
  
Глава 10
 
Ночной зимний холодок пощипывал щеки. Я лежала на животе на крыше музея, Зуилас – рядом. Его холод не беспокоил, хоть он и лежал полуголым на ледяном ветру. Я незаметно взглянула на его плечо и была слегка обескуражена, увидев абсолютно гладкую кожу. Демоны никогда не покрываются пупырышками от холода.
Ни тебе гусиной кожи, ни видимых пор, и к тому же они не потеют. Слова Амалии, что тело демона частично состоит из магии, то и дело всплывали у меня в памяти.
– Есть что-нибудь? – шепнула я.
Зуилас высунул голову из-за бетонного выступа на краю крыши, прищурил глаза, чтобы пригасить предательское красное свечение. Внимательно оглядел улицу внизу и снова пригнулся.
– Я никого не вижу.
Я вздохнула с облегчением.
– Значит, можно идти.
– Ты позвонишь мне, когда Этерран освободится?
– Я все время буду держать тебя в курсе. – Я слабо улыбнулась. – Просто слушай мои мысли.
– Я всегда слушаю.
Мой взгляд нервно метнулся к нему, но он уже опять смотрел вниз из-за края крыши. Всегда слушает! Надо ли это понимать так, что он слышал мой неловкий разговор с Амалией… и беспокойные мысли потом? Он ни разу об этом не упоминал, но кто его знает – может, он всю неделю прокручивал мои слова в голове.
За этими переживаниями я забыла, где нахожусь, и встала на четвереньки.
С резким шипением Зуилас налетел на меня. Я ударилась спиной о бетон. Зуилас быстро оглянулся на улицу, а затем перевел сердитый взгляд на меня.
– Если охотника не видно, это не значит, что его нет, – выговорил он мне грубым шепотом.
Рот у меня открылся, но голос пропал.
Зуилас хмуро смотрел на меня. Наши лица были в нескольких дюймах друг от друга.
– Тебе еще учиться и учиться быть умной добычей.
– Прости, – выдохнула я. – Я забыла.
Долго тянулась тишина. Где-то вдалеке взвыли полицейские сирены.
– Ты покраснела, – заметил он.
Да! Да, я покраснела. Потому что он лежал на мне сверху, навалившись всем своим весом, и мне было… хорошо. Слишком хорошо. Несмотря на холодный бетон подо мной и на толстую куртку, я чувствовала его силу и уверенность.
И его лицо – так близко. И глаза – мягко светящиеся, ярко-красные, с темными расширенными зрачками.
– Ладно, слезай, – поспешно сказала я. – Я не буду больше вставать.
По его лицу было ясно видно, что он что-то прикидывает в уме.
Я прищурилась.
– Не заставляй меня прибегать к помощи инферно.
Он весь напрягся, но вместо того, чтобы слезть с меня, наклонился ближе и прижался теплым лицом к моей шее.
Я ахнула.
– Что ты делаешь?
Он ткнулся носом мне в горло, и я схватила его за плечи. Секунду, всего секунду я не могла заставить свои мышцы повиноваться, а потом оттолкнула его. Он легко соскользнул с меня, перекатился на бок и остался лежать на спине.
Приподнявшись на локте, я сердито смотрела на него.
– Это еще что?
– Ты меня не боишься.
Мой гнев сразу испарился.
– Не боюсь?
– Нет. Ты… – Он подыскивал подходящее слово. – Ты нервничаешь, да? Сердце у тебя билось сильно, но это не от страха.
Я снова заморгала, чувствуя, как горят щеки.
– Ты не боишься, – заключил он. И улыбнулся.
Мне стало не хватать воздуха. Руки и ноги ослабли, а с сердцем творилось что-то непонятное – оно не то дергалось, не то раздувалось, не то… пылало. Не знаю. Я знала одно: Зуилас улыбнулся.
Это был не волчий оскал. Не злобная ухмылка. Не угрожающе ощеренные зубы.
 
Это была улыбка удовольствия.
Его лицо смягчилось в этой улыбке всего на пару секунд. Затем Зуилас перевернулся на живот и снова стал смотреть на улицу.
– Скажи остальным, чтобы начинали, vayanin.
– Ладно, – прошептала я, и из моего сдавленного горла вырвался какой-то писк.
Помня, что вставать во весь рост нельзя, я прокралась по крыше к открытой входной двери и спустилась по лестнице. Словно в тумане, я шла по коридорам, не видя ничего вокруг себя.
Зуилас улыбнулся мне. Счастливой, довольной улыбкой. Нежной. Мягкой. Все это как-то не вязалось с ним. И все потому, что… потому что я его больше не боюсь?
Тихий неразборчивый гул голосов отвлек меня от этих мыслей, и я заморгала от яркого флуоресцентного света, с удивлением обнаружив, что стою уже в самом низу лестницы и смотрю на преобразившийся музейный подвал.
Эзра стоял на самом краю круга, рядом – Тори, Аарон и Кай. Все они были в боевой экипировке и все вооружены, кроме Эзры, у которого не было никакого оружия, кроме длинных перчаток, укрепленных сталью на локтях и костяшках пальцев.
Амалия присела на корточки возле моего рюкзака. Из него торчали рулоны бумаги, а рядом стоял раскрытый ящик с кровью Називера. На коленях Амалии лежал раскрытый гримуар культа, и губы у нее шевелились: она беззвучно читала заклинание.
Я кашлянула.
– Зуилас не видит ничего подозрительного. Говорит, можно начать.
Почти одновременно Тори, Аарон и Кай протянули руки, и каждый из них коснулся Эзры – руки, плеча, ладони. Демон-маг глубоко вздохнул, расправил плечи.
– Давайте, – сказал он.
Мы заняли свои позиции: Эзра в центре внутреннего круга; Амалия напротив, сразу за внешним кольцом; Тори, Аарон и Кай – слева от рисунка заклинания; и я – справа, у ящика с кровью демона.
Амалия положила гримуар на раскрытую ладонь.
– Готов?
Эзра кивнул.
– Как только я начну, ты уже не сможешь ни двигаться, ни говорить, – предупредила она, а затем обратилась к остальным: – То же самое касается и вас. Я должна прочитать каждую строчку с идеальной точностью. Не отвлекайте меня.
Тори кивнула с побелевшим лицом. Амалия глубоко вздохнула, сосредотачиваясь, и Тори сжала руки Аарона и Кая.
Запрокинув голову, Амалия начала читать нараспев. Ее голос разносился по всей огромной комнате. Латинские слова лились плавно, без запинок. Я задыхалась от восхищения. Из нас двоих я была очевидно больше увлечена науками, однако такой уровень мастерства требовал куда больше самоотверженной работы и времени, чем я тратила на свои мимолетные увлечения.
Амалия произносила заклинания одно за другим. Древние слова призывали и направляли глубокие, таинственные потоки энергии природного мира. Я пыталась сосредоточиться, однако воспоминание об улыбке Зуиласа по-прежнему вытесняло все прочие мысли, и я просто щурила глаза на Амалию, стараясь повторять за ней.
Резкая тревога ударила в мозг: будто холодной водой плеснули.
Зуилас? – беззвучно выдохнула я.
Он словно заполнил меня всю.
Только не сейчас… почему он здесь? Слишком близко… успеют ли?
Зуилас! – мысленно вскричала я. – Что случилось?
Он переключил мысли на меня.
Не прерывайте vīsh.
Пальцы у меня сами собой сжались в кулаки.
Скажи мне, что происходит!
Шипящий тревожный звук – и мысли Зуиласа сделались смутными, неразборчивыми, словно он покрутил ручку и сбил настройки на радиоприемнике. Он заблокировал меня!
Голос Амалии взлетел вверх и оборвался. Она сделала мне знак.
Зуилас велел продолжать ритуал – значит, надо продолжать. Я опустилась на колени, открыла ящик с кровью Називера и достала пузырек. Остальные молча смотрели, как я подхожу к рисунку заклинания и перешагиваю через внешнее кольцо.