Настоящий американец 3 (СИ)

— Поаплодируем нашим очаровательным участницам! — от шума, что заполнил все пространство перед корпусом колледжа, я вынырнул из воспоминаний и вновь сосредоточился на том, что происходит на сцене. До этого лишь механически поднимал табличку с цифрой «10». — Они идут готовятся к следующему конкурсу — дефиле в вечерних платьях!
— Какая тебе больше приглянулась? — чуть придвинувшись ко мне, спросил майор, и, не дожидаясь ответа, продолжил. — Мне та брюнетка с гитарой, что на еврейку немного смахивает. Аппетитная малышка. Скорей бы уже на нее в купальнике посмотреть, — оскалился он в предвкушении лакомства.
— Я вот тоже думаю, кому нужны эти вечерние платья? — процедил я, отворачиваясь от греха подальше. В следующий момент мой взгляд натыкается на сидящего во втором ряду Дино де Лаурентиса. Заметив это, он расплывается в улыбке, срывается с места и через секунду оказывается между мной и сидящим чуть позади меня Фицпатриком.
— Как вы тут все отлично устроили! Это самый лучший конкурс красоты, который я видел! — восхищается Дино организаторским талантом.
— Это все Роджер, — перевожу я стрелки на Фицпатрика, который от двойной похвалы начинает светиться и смущенно поправлять галстук.
— Смотрю, вам даже удалось продать права на телетрансляцию, — кивает он на оператора одной из телекомпаний. — Отличная работа, мистер Фицпатрик!
Дино приехал в Мидлтаун вчера вечером, заявился в резиденцию Уилсонов не то что без предупреждения, но все же это было как-то неожиданно. Около четырех позвонил, сообщил что он в Нью-Йорке по делам нашего фильма и уже через полтора часа сидел в моем новом офисе в здании бывшего железнодорожного вокзала, да не один, а в компании режиссера.
— Мистер Джон Франкехаймер! — представил он мне его.
Я вгляделся в совсем молодого парня, возможно, лишь чуть старше меня.
— У Джона есть очень интересные идеи касательного фильма. И ему нужна консультация технического специалиста. А по странному стечению обстоятельств главный инвестор фильма, прототип одного из двух главных героев и главный технический специалист — это одно и тоже лицо, — произнеся эту речь Дино жизнерадостно рассмеялся.
В этот момент в кабинет вошел Шелби, на ходу прикуривая сигарету.
— Господа, рад вас видеть, — он протянул свободную руку для рукопожатия сперва Дино, а затем представленному ему режиссеру.
— Не смотри на его молодость, — заметив изумление Шелби, заявил де Лаурентис. — Этот парень очень талантливый сценарист и режиссёр, — последнее кинопродюсер говорил уже нам обоим. — В прошлый четверг я наткнулся на очередной эпизод Playhouse 90 по CBS и он меня просто очаровал. Это было гениально, особенно учитывая не самый большой бюджет этого шоу. Следующим утром я позвонил на CBS, договорился о встрече с режиссером этого эпизода и вот мы здесь. У Джона будет окно на телевиденье, и он готов взяться за наш проект!
— Это будет ваш первый фильм? — спросил я режиссера, наливая всем выпить.
— Чисто технически нет, я снимал документалки для US Air Force. Это может быть проблемой?
— Да нет, я полностью доверяю выбору Дино, — мой ответ обрадовал моего партнера по кинобизнесу, тот сидел и лучился самодовольством.
Дело в том, что я хоть и не особо хорошо разбираюсь в кинематографе, скорее даже плохо. Но несколько фамилий я помнил. И одна из них как раз была Франкенхаймер. Если я ничего не путаю, то именно этот парень и должен был снять оригинальный Гран-При, тот который про Формулу Один. А раз так, то кто я такой чтобы мешать Богине судьбы. Если она считает, что у моего хита должен быть этот создатель, то пусть так и будет.
— Господа, так что вы хотели со мной обсудить? — напомнил я всем о деле.
Как оказалось, у Джона действительно была довольно интересная идея насчёт съёмок гонок. Он не зря работал режиссером на телевидении и был в курсе всех технических новинок, которые касались съемок. Молодые и голодные до денег новички в отрасли, компания Panavision, основанная буквально несколько лет назад сейчас активно пытались продвинуть свою новинку. Комплекс, который позволял очень качественно снимать в движении.
 
По замыслу Джона оператор с камерой должен был разместиться на капоте нашего Фиата, использование оригинальной машины Франкенхаймер считал большой сослагательной успеха, и снимать крупные планы главных героев в натуре, без обычных для нынешнего времени монтажных склеек статической машины и движущегося заднего фона.
Вот он и хотел узнать, есть ли техническая возможность подготовить Фиат к подобным испытаниям.
— В принципе, если мы усилим переднюю часть машины и установим противовес сзади, то это будет возможно, — Шелби, переглянувшись со мной, ответил первым.
— Отлично! — обрадовался режиссер, потирая руки.
— Джон, а кто из актеров будет играть нас с Фрэнком? — поинтересовался Шелби.
Мне, кстати, это тоже было интересно. Помню, мы ранее с Дино обсуждали кандидатуры, но чем закончились его переговоры я пока не знал.
— Позволь мне, Кэрролл, — вклинился де Лаурентис. — Роль Фрэнка будет играть Шон Коннери, как ты Фрэнк и хотел, — кивнул он мне. — Это молодой шотландский актёр, у него пока нет серьезных ролей в Голливуде, но он очень талантлив и подходит на роль, к тому же он отличный водитель, я уточнял, — пояснил Дино Шелби. — Предварительное согласие получено, — это опять уже мне. — На твою же, Кэрролл, роль у меня есть два кандидата — Марлон Брандо и Грегори Пек. Первый больше подходит по типажу, зато второй лучше, как водитель, да и с Одри у него очень хорошая химия.
— Ты это про Одри Хепберн? — сделал я стойку. Эта красотка нет-нет да врывалась в мое сознание. Может быть потому что она была похожа на Виолетту, а может по другим, пока еще непонятным мне причинам.
— Да, о ней. Я хочу чтобы она играла главную женскую роль! — торжественно провозгласил де Лаурентис
— Ну, — задумался я, — тут режиссеру надо решать. Меня ее кандидатура устраивает, но есть вопрос — какой гонорар она запросит. У нас и так слишком звездные претенденты на одну из ролей — Пек и Брандо.
— Фрэнк, в нашем случае на актерах лучше не экономить, — возразил мне Дино, показав глазами на молодого режиссера, который своим именем кассовые сборы организовать явно не сможет.
— Убедил, — вынужден был согласиться я.
На этом обсуждение актерского состава мы закончили и вернулись к автомобилям. Сошлись на том, что для фильма нужно будет купить еще парочку Фиатов V8, Мерседесы, Феррари и Астон Мартинов. Бюджет фильма все разрастался.
— Мы ждем ваших оценок! — обратился к судьям ведущий. На сцене стояли девятнадцать участниц в вечерних платьях и гипнотизировали нас пятерых взглядами.
Я, не мудрствуя, поставил всем по десятке.
— А теперь нас ждет последний конкурс — дефиле в купальниках! — произносит ведущий и зрители приходят в неописуемый восторг.
Теперь уже и у меня уши заложило.
Крики отчасти заглушила «Phone booth» — девушки выходили на подиум под музыку.
— И чего они так орут? — поморщился я от хоровых восторженных воплей. — Современные купальники — сплошное надувательство, никаких тебе ниточек и уж тем более стрингов. Вместо них скучная майка и полностью скрывающие ягодицы трусы. Да и фигурки у нынешних красоток не сказал бы, что стройные, большинство участниц — пышки, но аппетитные, так что я все же прекратил про себя ворчать и начал наслаждаться представлением.
— Я объездил пляжи Сен-Тропе, видел красоток из Калифорнии, но никто не сравнится с красотками из Оранджа! — подытожил ведущий, когда девушки прошлись по подиуму и выстроились согласно своему номеру на сцене. — Даже сочувствую вам, — обратился он к нашей могучей пятерке. — Выбрать из этих ослепительных красоток самую-самую — неимоверно сложная задача! Итак, уважаемые судьи, мы ждем ваших оценок!
В финале уже бездумно табличку не выставишь, тут нужно подсчитать баллы, чтобы определиться с местами от третьего до первого. Так что, сдвинувшись, мы впятером приступили к жаркому обсуждению.