Злоключения начались в пятницу, или Сон в руку (СИ)

-- Ты мне мешаешь, – пробубнил он вдруг, не отрываясь от своего занятия.
-- Как, интересно? Сижу, молчу, с вопросами не лезу.
-- А они есть?
-- Что?
-- Вопросы.
-- Только один.
-- Об этом одном я догадываюсь. А другие?
-- Нет у меня других. Домой хочу.
-- Вот, вот. Так и знал.
-- И что?
-- Ничего. Не смотри на меня так. Дыру во мне прожжешь.
-- Надо больно! Я домой хочу. Хочу домой. Домой хочу.
-- Не хулигань. Сейчас Семен Иванович кое-что выяснит, и мы с тобой кое-куда поедем.
-- Ту квартиру смотреть, где мы ключи от сейфа добыли. Я права?
-- Сообразительная. Ничего не скажешь.
-- Как будто так трудно догадаться.
-- Займись планшетом и не отвлекай меня.
Я сделала так, как ему хотелось. Только надолго меня не хватило. Уже через полчаса снова начала вертеться в кресле, отложив планшет.
-- Что опять?!
-- Пить хочу.
Он посмотрел на меня поверх экрана ноутбука, потом вздохнул и потянулся к клавише переговорного устройства.
-- Вероника Григорьевна, принесите, пожалуйста, нам чаю. Или тебе кофе?
-- Все равно.
-- Два чая, пожалуйста.
Я выпила свой чай, а потом и его. Потому, что он опять про него забыл, так увлекся работой. Сидеть стало совсем скучно. Поднялась и прошлась несколько раз по кабинету. Сначала медленно отмеряла шагами комнату наискосок, потом ускорилась и изменила маршрут, обходя ее по периметру.
-- Не маячь. Сядь.
-- Не сяду, – позволила себе покапризничать.
 К тому моменту я уже поняла, что имела дело с вполне нормальным средним статистическим мужчиной, каких вокруг много. В меру темпераментный характер, устойчивая к раздражителям психика, имел высокое о себе мнение, конечно, и не имел ни малейшего желания менять свой образ жизни. В связи с последним моим заключением, я очень сомневалась, что Алине удастся затащить его под венец. Ну, да это могло быть и скоропалительным выводом. И это меня совсем не касалось, поэтому постаралась изменить направление мыслей.
6
-- Будешь мне перечить, запру в чулане. Серьезно. У нас здесь есть маленькая комната без окон, где наша уборщица хранит швабры и ведра.
-- А по какому праву, ты меня вообще задерживаешь? – уперла я руки в бока. – Что я такого сделала? Объясни, пожалуйста.
-- Проникла в мой кабинет, например.
-- И свидетели есть? – сощурила на него глаза.
-- Вместе с подельниками посягала на мое добро.
-- Ничего подобного. Я тебе сигнализировала, что затевается черное дело. Протянула руку помощи, так сказать. А ты помог мне: накормил, напоил и спать уложил. Все это по доброй воле. Пожалел несчастную девушку, попавшую по чистой случайности в неприятную историю.
-- Это какую? Случайно забрела на крышу, не нашла с нее выхода и спустилась по веревке на чужой балкон? И спутала форточку с входной дверью? А может, мне еще и премию тебе вручить, за разоблачение шайки преступников, грабящих сейфы в офисах компаний? Как, хочешь премию?
-- Конечно, хочу. Потому что действительно тебе помогла. Хоть ты и не хочешь в этом сейчас сознаться. Сделай я так, как мне велели грабители, ты бы сейчас сидел в полиции и писал заявление о пропаже… Что там у тебя должно было пропасть из сейфа?
-- Не твоего ума дело.
-- А мне всего и надо-то, только билет до Москвы.
-- Эту тему, помнится, мы уже успели обсудить.
-- Хочу домой!
-- А в тюрьму?
-- Нет у меня такого желания. И повода там оказаться не вижу. Я ничего не сделала. Если бы меня кто в чем обвинил… Но меня никто и ни в чем…
-- Вот явится мой сотрудник сегодня вечером из командировки, тогда сразу тебе будет и «кто», и «в чем». Уразумела? Тогда сиди и молчи, и не отвлекай меня больше.
-- Вот, значит, как?! – мне сделалось очень обидно и грустно все это слышать.
Уразуметь-то я уразумела, только не знала, что с этим делать. Выходило, что я зря расслабилась и надеялась на этого типа. А с виду производил впечатление добродушного такого мужчины… Переночевать в своем доме позволил, сыром кормил…
-- Подлый змей! – пробубнила себе под нос так, чтобы никто больше не услышал. – Надо от него сматываться.
 
-- Не понял. Что ты там сказала?
Этот субъект вострил уши и очень пристально всматривался в мое лицо. Оказывается, что он зорко следил за мной поверх экрана ноутбука. И, слава богу, что не умел читать по губам, иначе погорела бы я сейчас за свою несдержанность. Или умел? Определенно, с ним не стоило расслабляться.
-- Я жду, – в его голосе добавилось строгости.
-- Чего?
-- Ответа, разумеется.
-- Ах, ответа… Я сказала, что никому в наше время нельзя довериться.
-- Это точно, – хмыкнул он, но продолжал сверлить меня взглядом, как если бы хотел еще чего услышать.
-- А я твоему сотруднику, тебе и в полиции скажу, что очутилась в этом городе случайно. Что является чистой правдой в действительности. Заявлю, что у меня украли документы. И это тоже правда. Тебя знать не знаю. Встретила на улице, допустим, что перед входом в это здание. Вчера поздно вечером. Обратилась за помощью…
-- Не выйдет!
-- Почему?
-- Тебя видела Алина.
-- Очень даже выйдет!.. Встретила тебя. Обратилась. А ты воспользовался моим безвыходным положением, как оказалось. Пригласил к себе переночевать. Я наивно решила, что желал мне помочь… А ты хотел воспользоваться доверчивостью. Обманул, одним словом. Но дома оказалась твоя Алина…
-- Ловко. Так ты учительница или нет? У меня снова возникли сомнения.
-- А у меня сомнения, что… -- тут вовремя вспомнила, что надо было быть сдержаннее и не выбалтывать этому скользкому типу свои соображения, ведь чуть было не сказала, что оставаться с ним и дальше неразумно.
-- Что, что?
-- Ничего.
-- И все же?!
-- Ну, сознайся же, что у тебя ничего на меня нет. Только мои личные слова, которые к делу не пришьешь. Что стоят высказывания такого Недоразумения?.. Но я себе не враг. Если и наболтала на себя когда, то в состоянии повышенной нервозности на тот момент.
-- У моего сотрудника пропали ключи от сейфа. Не без твоей помощи.
-- Кто сказал? Я точно ничего об этом не знаю. Может быть они на месте? Может, он их, где потерял? Тогда ему стоит быть более внимательным и осмотрительным. Но я-то здесь причем?
-- Вот, как ты заговорила…
-- А мы, разве, о чем-то ранее беседовали? Не помню. И вообще. Спасибо тебе, Павел. Но мне пора.
Я поднялась из кресла, поправила на себе футболку и решительно направилась на выход.
-- Стой. Ты куда?
Он резво вскочил с места и перекрыл мне путь к двери.
-- Засиделась я у тебя. От работы отвлекаю. А при том, мне давно пора уезжать  домой.
-- Остановись, дуреха, – ухватил он меня за плечи, не давая пройти ни на шаг. – Я пошутил.
-- Очень весело получилось. Только я подобный юмор не жалую. И вообще, мне все надоело: и этот город, и кабинет твой, и ты сам. Убери руки и прощай.
-- А если не пущу? Что сделаешь?
-- Сейчас как заору!
-- Не глупи. Здесь моя территория. Как решу, так и будет.
-- Хочешь узнать, на что я способна? Хорошо. А, а, а!
-- Цыц! – зажал он мне рот одной рукой, чтобы не орала, другой прижал к углу рядом с дверью.
В этот момент она и открылась. На пороге возник Семен Иванович, начальник службы безопасности и большой любитель строгих костюмов. Встал, как вкопанный, округлил на нас глаза и готов был провалиться сквозь землю.
-- Я стучал, – только и смог, что промямлить.
-- Паша, отпусти меня. Я - девушка строгих правил, а не… -- решила воспользоваться ситуацией и укрепить мысли Семена Ивановича, что помешал начальнику соблазнять девчушку, как только у меня появилась возможность снова говорить.
Жаль только, что ненадолго. Мне снова зажали рот рукой. Пришлось ее куснуть.
-- Ай! Ненормальная какая-то!
-- Как раз, самая, что ни есть, нормальная. Нечего руки распускать. Нахал! Пусти меня!