Девочка Дракона (СИ)

— Мокрая? Разве? — она разговаривала медленно, тягуче, словно ей было тяжело сосредоточиться.
Соблазнительные пальчики, на месте которых хотел бы оказаться я, начали трогать тело хозяйки. И непросто прикасаться, а соблазнительно вести по нему.
— Прекрати этот балаган, Юля! — не выдержав, дал по тормозам.
Девушка слегка качнулась вперёд по инерции, но, казалось, даже не заметила, что мы остановились.
— Почему ты злишься? — личико моей фурии приобрело самое милое выражение на свете. Бровки домиком, глазки блестят, взгляд манящий и немного обиженный моим поведением.
— Потому что ты не в себе, — процедил.
— Я в себе, я очень хочу, чтобы ты меня…
Господи! Я так больше не могу!
Выскочив из машины в ноябрьский холод, я запустил руку в волосы, с силой проведя по ним ладонью.
Так, Рома, тебе нужно успокоиться. Болван, возьми себя в руки! Не ведись! Это не она! Точнее, она, но говорит за неё желание, вызванное женским возбудителем.
И в этот момент нежные руки обвились вокруг меня, обнимая со спины.
Всё. Я пропал. Хотелось застонать в голос, но я только крепче сцепил зубы.
— Рома, — просящий, томный шепот, — прости меня, если я сказала или сделала что-то не то. Только не уходи… Не оставляй меня одну.
Как?! Как можно было устоять перед этим?!
Я развернулся в её руках и с силой прижал к себе. Меня колбасило, будто в лихорадке. Моя девочка, такая желанная, такая соблазнительная, в моих руках. Просит быть с ней рядом.
Как же жаль, что это всего лишь последствия того, чем её опоили…
— Пошли в машину, замёрзнешь. И вообще, тебе нельзя было выходить наружу. Мокрая, говорил же, — обречённо произнёс и усадил Снежинку на заднее сиденье.
А она и не сопротивлялась. Покорно смотрела на меня в ожидании чего-то. Точнее, я точно знал, чего она ждёт и чего она хочет от меня. Но… Как бы сильно я об этом не мечтал, вот так вот не хотелось.
Поколебавшись с минуту, уселся рядом с ней, оставив водительское место. Нужно было успокоиться. Или же что-то сделать. Помочь принцессе, чтобы она дала мне спокойно доехать до горнолыжки, потому что, если она продолжит в том же духе, мы рискуем въехать в сугроб. Теснота в штанах не хотела меня покидать ни в какую.
— Ты хоть осознаешь, о чём меня просишь?
Робкий кивок. Мой тяжёлый вздох. И я накрываю податливые губы.
Юля тут же обвила руками мою шею, притянув к себе ещё ближе. А когда я прикоснулся к внутренней стороне бедра, проведя по нему вверх и сдвинув юбку платья в сторону, всхлипнула. Её всю трясло ещё сильнее, чем меня.
— Моя маленькая девочка, — шептал, покрывая лицо Снежинки поцелуями, — сейчас тебе станет легче. Надеюсь, ты простишь меня за это, когда придёшь в себя.
И прикоснулся к тонкому кружеву. А у самого аж разум помутился. Я ощущал себя, как грёбанный наркоман, который держит в руках дозу, но не может её принять.
Принцесса выгнулась, тихонько застонав. А я усилил давление, сдвинув кружево в сторону. Она доверчиво прижалась ко мне. К моей руке, ласкающей её. Целовала скулы, щеки, шею. Всё, до чего могла дотянуться.
Я же ловил эти мгновения чистого кайфа, стараясь запомнить каждую секунду. Запечатлеть в памяти весь спектр чувств, пробудившихся внутри. Потому что это может больше не повториться. Или ещё хуже… Но думать о плохом исходе сейчас не хотелось.
— Рома… Ромочка, — металась Снежинка, будто не понимая, чего хочет, и чего просит.
Я не стал мучить свою девочку и дал ей желанную разрядку. Вот только не ожидал, что протяжный стон будет настолько громким. И что в конце она выкрикнет моё имя и с силой вопьётся в губы, целуя так жарко и откровенно.
Усадив на себя принцессу, обхватил руками бёдра, сжал их. Провёл ладонями по спине вверх, отмечая, какая она маленькая в моих руках.
А сам задыхался. Мне хотелось большего. Сдвинуть единственную чёртову преграду между нами в виде тонкого кружева. И сделать девчонку своей. Окончательно и бесповоротно.
— Юля, остановись, иначе я за себя не отвечаю. — предупредил сквозь зубы. Мой голос напоминал шипение змеи.
 
— Я и не хочу, чтобы ты останавливался, — её глаза лихорадочно блестели, а маленькие ладошки обхватили моё лицо. — Я больше не хочу убегать от тебя, я…
— Т-ш-ш, — накрыл пухлые губы пальцем, — не говори того, о чём пожалеешь. И не проси то, что заставит тебя страдать.
— Но…
Собрав всю силу воли в кулак, ссадил с себя Юлю и решительно вышел из машины. Охладившись в последний раз, вдыхая морозный воздух, пересел на переднее сиденье.
— Сиди там, нам обоим станет лучше, если между нами будет хоть какая-нибудь преграда.
Заведя мотор, втопил педаль газа в пол, чтобы быстрее добраться до чёртовой базы и принять холодный душ.
***
Юлия Снежина
Грозовский куда-то вёз меня. А мне было всё равно. Хоть на край света, лишь бы с ним. Лишь бы вновь коснулся. Его прикосновения дарили желанное облегчение. Наслаждение. С ним бессмысленный пожар в теле превращался в неистовую нежность. В страсть.
В любовь…
Я смотрела на его чёткий профиль в полумраке салона, и мне хотелось шептать ему нежности. Гладить руками выраженный рельеф мышц. Сделать что угодно, только бы он вновь прикоснулся ко мне. И больше не отпускал. Ни на секунду.
И эта пытка была невыносима.
Мысли путались, но я точно знала одно — я хочу его. Хочу быть с ним, здесь и сейчас. А эта дорога, казалось, бесконечна…
— Давай, остановимся, — прошептала, перегнувшись с заднего сиденья и кладя руку на мужское колено. Не удержавшись, погладила его.
— Нет. — твёрдо отчеканил Дракон и сурово свёл брови на переносице. — Немного осталось. Потерпи, принцесса.
— Я больше не могу это выносить, — хныкала, сильнее сжимая бедра.
Разрядка, которую он мне подарил, была волшебна. Невероятна. Моё первое интимное наслаждение в жизни. Но этого оказалось недостаточно. Тело требовало ещё. Большего. Я на уровне инстинктов понимала, что желанное облегчение мне может принести близость иного характера.
— Ты должна, Снежинка, так будет лучше для нас обоих, — с нежностью прошептал парень и провёл тыльной стороной ладони по моей щеке.
Я с наслаждением уткнулась в неё носом и вдохнула любимый запах.
— Как же вкусно ты пахнешь. — потершись щекой о его руку, счастливо пробубнила я.
— А недавно говорила, что омерзительно, — иронично хмыкнул Рома, убирая ладонь обратно на руль. — Какая ты непостоянная.
— Сейчас вкусно, — надула губки. — А тогда — сигаретами. А я не переношу сигаретный дым с детства.
— Вот как, — задумчиво протянул Грозовский, немного сбавляя скорость. — Буду иметь в виду.
Машина окончательно замедлила свой ход. В темноте ничего не было видно, поэтому я не знала, куда мы приехали. А любопытство уснуло и даже не пыталось высунуть свой нос наружу, затмившись другим чувством — желанием вновь оказаться в объятиях зверя. Ощутить ласку, которую он может подарить.
— Не выходи пока, я скоро вернусь.
И скрылся в темноте, оставив меня одну.
Я подтянула ноги к себе, чувствуя странную нервозность. Не могла найти себе места. Лиф давил, швы тёрлись о чувствительную, разгорячённую кожу, и хотелось скорей переодеться во что-нибудь просторное. Или же вовсе избавиться от ненужной одежды.
Вернулся Грозовский быстро. Открыл дверь и снова взял меня на руки.
Я с удовольствием уткнулась в его грудь носом.
— Я могу к этому привыкнуть, принцесса, — едва слышно произнёс Рома.
— Привыкай, — беззаботно разрешила я. — Я не против.
— Ловлю на слове.
Дракон пронёс меня мимо стойки с администратором. Вошёл во внутренний дворик с парящими от разницы температуры воздуха и воды бассейнами, выложенными каменной кладкой. Горячими источниками, как понял чуть позже мой затуманенный разум.
Деревянный домик, стоящий отдельно от всех, встретил нас уютным потрескиванием дров в камине и теплом.