Жемчужина фейри. Книга 1 (СИ)
– Слезь с меня, ты весишь целую тонну! – возмутилась Снежка, вяло толкая меня в плечо, тогда как я все еще мог только мычать и ловить отголоски тянущих сладостных содроганий.
Что-то я недорабатываю, если к женщине подо мной способность говорить и даже выражать недовольство моим идеальным, между прочим, весом возвращается раньше, чем ко мне.
Опершись на локти, я уставился в её расслабленное разрумянившееся лицо в мелких капельках испарины и принялся медленно раскачивать бедрами, создавая скользкое трение, что заведет нас опять в считанные минуты.
– Кажется, что-то упоминалось о разговоре, и я настроена сейчас на него, – нахмурилась моя драгоценность и взбрыкнула, намекая все же свалить с нее. – Да и помыться не мешало бы. Ты о презервативах в принципе слышал? Удобная штука, между прочим. Никаких тебе случайных залетов, болячек и вот такого потопа между ног у дамы. Партнерши тебе будут дико благодарны за это.
Чуть не ляпнул, что партнерши мне обычно настолько благодарны, когда я с ними заканчиваю, что и говорить-то не могут, в отличии от нее, но вовремя прикусил язык.
– Беременность и болезни тебе со мной не грозят, в этом смысле я чудо какой удобный любовник, не говоря уже обо всех остальных неоспоримых достоинствах, – ухмыльнулся я, слизнул пот над её верхней губой и неторопливо сполз, не сдерживая стона и кратко присосавшись к её соску напоследок. – А насчет помыться – что предпочитаешь: душ, джакузи, бассейн?
– Учитывая, что до них еще нужно дойти, а для этого одеться, я бы и пачке салфеток была бы рада. – Моя добыча поднялась и издала досадливый вопль, когда мое семя обильно потекло по её ногам. – Да ты, блин, верно шутишь? Офигеть просто можно.
– Я скучал, – оскалился довольно, испытывая неожиданное удовлетворения от вида собственной телесной жидкости, покрывающей все больше её белоснежной кожи.
– Боюсь представить, что было бы, если бы с нашей последней встречи месяц прошел, – фыркнула она насмешливо. – Хотя знаю.
Ну, эту тему мы развивать не будем, решил я, стянув с себя рубашку и протерев её, встав на колени. Месяц целибата – это вообще ни в какие ворота, и ни за что бы я не продержался, да и пытаться не стал. Собственно, зачем? Но говорить такую правду женщине, которую поимел только что, а главное, намерен иметь и дальше, чрезвычайно недальновидно. Одно дело, когда неглупая особь их пола и сама догадывается об очевидных вещах, а другое, когда слышит от мужчины.
– Скажи мне четко и не виляя, что собираешься делать со мной и Коксом? – не оттягивая, перешла девушка к серьезным вопросам.
– С ним я вообще ничего делать не собираюсь, а формат наших с тобой взаимодействий, думаю, вполне ясен.
– Это не ответ. Меня не устраивает. – Снежка попятилась от меня и подобрала свою одежду, говоря таким тоном, словно была уверена в своем праве что-то выбирать.
И я, конечно, предпочел бы мягко стелить и не обострять, борись потом с истерикой и обидой, но некоторые аспекты стоит прояснить раз и навсегда.
– У тебя теперь нет права голоса в том, как будет дальше развиваться твоя судьба, белоснежность моя. Все исключительно в моих руках и власти.
И замер, ожидая взрыва.
– Ну то, что ты властный самовлюбленный мудак с манией собственного великолепия, я и так поняла, усугублять не стоило, – спокойно констатировала она, судя по всему, не собираясь приходить в ярость и бросаться выцарапывать мне глаза. – И то, что тебе отчего-то приспичило захапать меня себе в качестве секс-игрушки, тоже. Мне нужны четкие гарантии, что мой друг будет жить и не в какой-нибудь там тюрьме, белого света не видя. Взамен обещаю быть образцовым девайсом для наших развлечений, пока это будет в моих силах.
Свои слова она сопроводила нарочито покорным склонением головы, впрочем, нисколько не скрывающим огня какой-то беспечной насмешливости в её глазах. Так иногда смотрят обреченные на смертную казнь. За свою жизнь я много повидал приговоренных и да, далеко не все скулили и молили о милосердии, были и те, кто смотрел вот так. С отвагой, достоинством и безбашенной веселостью, готовностью встретить все как есть. У меня язык зачесался, сказать насколько же она великолепна сейчас, но с этим погожу.
– То есть об условиях своего сосуществования со мной ты речи не ведешь, а насчет своего подельника торговаться пытаешься? – Да что же она так за него держится? Раздражает нешуточно. И пусть эта их взаимная привязанность рисовалась мне весьма удобным рычагом воздействия на нее, если что, но все равно от какого-то иррационально мощного желания разрушить их связь ворочалось в душе. Раз она теперь моя собственность, то только ко мне пусть и привязывается.
Импульс недовольства был таким сильным, что не смог устоять от искушения припугнуть Снежку чуток.
– Что если за комфорт твоего напарника я потребую от тебя ублажать не только меня, но и моих приятелей? Что если мне по нраву постельные игрища пожестче? Ко всему готова?
Судя по тому, как заметался её взгляд, будто ища пути для бегства и дернулось нежное горло, сглатывая, готова ка-хог не была. Впрочем, со страхом она моментально справилась, опять уставившись на меня прямо и с вызовом, а вот у меня отчего-то скрутило в кишках.
– Слушай, Алево, давай на чистоту. Я, конечно, осознаю, что тебе глубоко насрать на меня в принципе и весь твой интерес – трахать меня по-всякому, но ей-богу, ты чуть ошибся с выбором объекта. Ты же видел, как меня крючило там, в том странном подземелье у этой чокнутой бабы. И это станет повторяться чем дальше, тем чаще. Оно тебе надо на такое любоваться? Может, ну его на фиг, давай разбежимся и все? Если мы с Коксом не добудем в самое ближайшее время бабок на операцию мне, то долго я не протяну, и то, во что стану превращаться тебе вряд ли захочется увидеть рядом со своим членом. – И опять же, она не выпрашивала пощады, не давила на жалость, говорила как есть, а ты как хочешь, так и воспринимай.
Пожалуй, мне бы следовало как-то тактично подобрать слова или изобразить некое подобие участия на лице, но с чего бы самому себе портить момент окончательного триумфа театральными кривляниями.
– Жемчужинка моя, никакая операция тебе не поможет. Человеческая медицина не в состоянии спасти твою жизнь, ни за какие деньги. Единственный твой шанс выжить – это я.
Глава 29
– Куда это ты? – спросил мой экстремальный любовник, когда я сделала пару шагов от него, окидывая пристальным взглядом и торопливо одеваясь.
– Да вот не хочу, чтобы меня забрызгало, когда тебя от самомнения порвет. Да и вообще с людьми, страдающими всякими, – покрутила у виска, – расстройствами, специалисты рекомендуют держать дистанцию.
– Удачно, что я не человек, да? – подмигнул Алево, естественно без труда настигая меня, и направил в сторону выхода, беспардонным образом стискивая то одну, то другую мою ягодицу на ходу. – И прежде чем ты начнешь нечто в стиле «не верю-не хочу-так не бывает», вспомни хийса в том самом подземелье.
– Кого?
– Здоровенного такого тощего серокожего и рогатого мужика. Припоминаешь?
– Я предпочла думать, что он мне приглючился в преддверии приступа. – Полностью себя убедить, конечно, не удалось, но, с другой стороны, какие у меня варианты? Пойти сдаться мозгоправам, заявляя, что реально видела такое?
– Нет, жемчужинка моя, не приглючился. Он обычный такой фейри, как и я и наполовину ты.
– Половина хоть какая? Верхняя или нижняя? – Я попыталась хлопнуть по его нахальной конечности, но при его реакции вышло, что шлепнула практически сама себя по заднице, что сопровождалось довольно-похотливым «м-м-м-м-м-да-а-а!»
– Лучшая, сокровище мое, лучшая, – проурчал Алево и умудрился стремительно оставить поцелуй-укус на моей шее и тут же ускользнуть от локтя, которым я метила ему в ребра.
– Фейри, значит. – Мои познания насчет всяких там фэнтезийных персонажей были весьма скудными. Даже постебать его нечем толком. – А где крылышки, светящаяся пыльца, или что там вам… э-э-э, пардон, нам, фейрям, положены?