Околозима (СИ)
— Сто? — Хохотнул батя, — Полмиллиона! — Выдал он какую-то совсем невероятную цифру.
— А?! Чуть больше месяца же прошло! Откуда столько? — Не поверил я.
— Само собой, это цифра до налогового вычета, — Уточнил батя и начал объяснять: — Эти песни играли везде — по телевидению, по всем радиостанциям, в магазинах. Не только в Японии, но и за рубежом! Так что ничего удивительного! — Мужик остановился, хлопнул меня по плечу, — Горжусь тобой, сын!
Нет, я знал, что за музон хорошо платят, но настолько?! Твою мать, да я через пару лет миллиардером буду!
— Как и ожидалось от Иоши-самы! — Восхищенно выдохнула Нанако свое стандартное.
В столовой батя включил чайник, мы помогли ему выставить на стол чашки, печеньки и конфеты, уселись ждать гостей. Отец хохотнул и выкатил еще одну новость:
— Три дня назад я ужинал с главой дизайнерского отдела.
— Показывал мои рисунки? — Влез я.
— Не перебивай отца! — Грозно сверкнул батя глазами, дождался покаянного кивка и продолжил: — Показал ему твои рисунки. Похоже, ему понравилось, потому что дизайнерский отдел со вчерашнего дня буквально ходит ходуном!
— Ну нормально, — Одобрил я, — Рад за «Хонду»!
— Меня радует, что мой сын настолько полезен нашей корпорации! — Зачем-то добавил батя и так очевидное, — Ты не думал о рекламе?
— Думал! Машинки мы рекламировали, но мотоциклы нет! Это несправедливо, верно? — Спросил я отца, тот радостно кивнул и вооружился блокнотиком.
— Знаешь такую фишку, когда официант выдергивает скатерть прямо из-под посуды?
Отец ожидаемо кивнул.
— Тогда…
[ https://www.youtube.com/watch?v=HOGIb6lVbSI&ab_channel=XuTrыЙLuS ]
— Отлично! — Одобрил батя.
— Пока больше ничего в голову не пришло, но постараюсь придумать еще чего-нибудь в ближайшие дни, — Пообещал я.
— Уж постарайся! — Покивал отец, делая какие-то пометки.
— Слушай, ты ведь меня не возненавидишь, если однажды поток рекламы иссякнет? — Заволновался я.
— Не говори ерунды! — Фыркнул батя, — Да, твоя реклама — совсем другого уровня, но зачем, по-твоему, «Хонде» целый штат специально обученных людей?
— Так вот кто заставил Ван Дамма сесть на шпагат между двух «Хонд»! — Внезапно закричала Нанако и испуганно зажала ротик ладошками.
— Ничего страшного, Курой-сан! — Улыбнулся ей батя, — Если бы я не был отцом этого замечательного юноши, — Указал на меня, — Вполне возможно, я бы реагировал точно так же!
— А откуда ты знаешь Ван Дамма? — Спросил я девушку, снова принявшую невозмутимый вид, — У нас «Кровавый спорт» же до сих пор не вышел?
— Родители любят американское кино, — Пояснила Нанако, — Им какие-то знакомые кассеты присылают.
— А что, рекламу уже показывают? — Спросил я отца.
— Уже пару недель как, — Пожал он плечами, — Если бы ты смотрел с нами телевизор по вечерам, ты бы знал!
— Нету времени, — Вздохнул я, — Но буду стараться делать это чаще. Стоп! — Вдруг вспомнил я о важном, — А там ведь есть предупреждение типа: «Все трюки выполнены профессионалами, не пытайтесь повторить»?
— Само собой!
Покивав, решил провести инструктаж:
— Отец, Нанако, у меня к вам просьба! — Добившись внимания, огласил: — У Китано-сенсея — очень тяжелый характер, поэтому я не знаю, как он отреагирует, когда я начну исправлять то, что он там наснимал. Прошу вас — что бы ни случилось, не вмешивайтесь!
Батя пожевал губами, хмуро посмотрел на меня и спросил:
— И почему ты решил, что вручить несколько миллионов долларов в руки человеку, чей результат придется «исправлять» — хорошая идея?
— А может и не придется! — Успокоил я батю, — Не парься, деньги есть, если что — компенсируем «Хонде» потери из своих. Тц, — Цыкнул я, — Знал бы, что пиндосы так засуетятся, снимал бы только на свои!
— Сын, «на свои» — это неправильно, — Принялся за воспитание отец, — Наша страна славится умением кооперироваться и работать сообща для достижения наилучших результатов! Кроме того, — Он подмигнул, — Критики будут гораздо осторожнее, зная, что за тобой стоят такие титаны как «Хонда» и «Шочику»!
— Понял, — Кивнул я, — Спасибо за очередной полезный урок, уважаемый отец!
Батя хорошо скрытой иронии не понял, поэтому гордо кивнул. Раздался звонок в дверь, и я с трудом подавил желание ломануться открывать первым, тоскливым взглядом провожая спину покидающего столовую отца. Бубнеж, топот, и мы с Нанако встали с мест, раскланиваясь с Такеши и Рику-саном. Первый — немного загорел, одет в темно-синий пиджак, на лице — солнечные очки-«авиаторы». Второй — как обычно, в черном костюме и очках «медицинских». Впрочем, оправа выглядит значительно дороже, чем было до этого. И как я это понял?!
— Пфф! — С улыбкой ткнул пальцем в мою рожу Такеши, — Что это у тебя?
Объяснил, уселись, итатакимаснули, похлюпали чаем и похрустели печеньками. Видимо, Такеши заметил бросаемые на него взгляды, поэтому решил пояснить:
— Глаза болят, — Он снял очки и продемонстрировал покрасневшие глазные яблоки, — Работаем не покладая рук! — Улыбнулся, надев очки обратно, — А еще песок, пустыня…
Все понятливо покивали. Ритуальная часть визита подошла к концу, и мы «перекатились» в гостиную. Мы с Такеши и батей заняли диван, Рику-сан и Нанако разместились в креслах.
— Кониси-сан… — Укоризненно сказал секретарю Такеши спустя полминуты недоуменной тишины.
— Точно! Извините! — Покраснел секретарь, сходил в коридор и вернулся с кассетой.
Хохотнув, я забрал древний носитель информации и воткнул в видак. Сел обратно. Посмотрели набор сцен — все из «пустынного» сегмента. Такеши пояснил:
— Массовку будем снимать позже, когда достроят декорации. Погода в тех местах позволяет, но зима приближается, поэтому сцены в городе снимем в последнюю очередь.
Набор сцен — солдаты и ученый идут по пустыне, солдаты отдыхают в «полевом лагере», солдаты подыхают от инопланетян в колонном зале. В ответ на мой недоуменный взгляд режиссер пояснил:
— Спецэффекты в виде лучей из инопланетных посохов нарисуют на пост-продакшене, — Ухмыльнулся и подколол меня: — Ты что, Одзава-кун, не знаешь, как это работает?
— Знаю! — Ухмыльнулся я, — Потому и удивлен — если мы умеем строить мехи и мобильные доспехи Гандам, почему до сих пор не сделали бластеры?
Присутствующие зависли на несколько секунд, потом заржали. Продолжили просмотр — кассета заканчивалась сценой, где пыльный окровавленный Такеши с жуткой рожей взрывает окруженного «протокитайцами» себя гранатой с криком «Банзай!». Невольно гоготнул:
— А тебе явно нравится подыхать в кадре, Китано-сенсей!
Такеши хохотнул:
— Конечно! «Из всех путей выбирай тот, что ведет к смерти!» — Процитировал он Бусидо.
— Ну что ж! — Нажав перемотку, подошел к телеку вместе с пультом, — Я ожидал худшего результата!
Такеши нахмурился, но выступать не стал. А нефиг зазнаваться! Сейчас я тебя!..
— Записывай, Такеши-сенсей! — Приказал я. Он фыркнул, но достал из кармана блокнотик и ручку, демонстративно щелкнул ей у своего лица, заставив мои ассоциативные ряды одобрительно заурчать — теперь я знаю, какая книжка пойдет в альманах! Но это потом, а пока…
— Вот этот кадр слишком затянут, — Ткнул я пальцем, поставив фильм на паузу, — Смысл показывать, как чуваки идут по пустыне НАСТОЛЬКО долго? Сократим секунд на пять.
Такеши поморщился и записал.
— Вот сюда, — Ткнул пальцем в пустующий кусок фона, — Надо поставить какую-нибудь блестящую хромированную лабуду научного вида!
Записано.
— Вот это надо переснять целиком! Какого черта на его роже, — Я ткнул пальцем в «протокитайца», — Такое унылое выражение лица?
— Он словил тепловой удар! — Скучным тоном буркнул Такеши.
— Да мне плевать! Я тебе дал бюджет, как у «Годзиллы», а ты не смог найти дублера?
— Как ты со мной разговариваешь! — Заорал в ответ Такеши, снимая очки, отшвыривая блокнот и надвигаясь на меня. Жуть!!! Но слабину давать нельзя.