Кирка тысячи атрибутов 2.0 (СИ)

Довольный успехом Торфу комментировал каждый удар:
— Так тебе, ур-р-родина!.. Выкусил?.. Х-ха!.. Нравится, плесень гнилая? А нечего всяким некромантишкам прислуживать!
Ударов киркой было так много, что очередной прок «Воспламенения» не удивил Егора. Все получалось, даже Хас стал критовать чаще, — жизнь босса снижалась медленно и неуклонно. И…
…он рухнул замертво!
С бешеным визгом Мико напрыгнула на Гора, обхватив его руками и ногами, тут же набежали и навалились на них остальные. Был бы Егор в капсуле, почувствовал бы себя футболистом, забившим победный гол.
Едва все они успели обняться, как грянула торжественная музыка, и на каждого полилось сияние, извещающее, что получен новый уровень.
— 92-й! — воскликнула Мико. — Ух ты, еще один! 93-й! Горчик?
— Так же, — кивнул он.
— Два уровня, обалдеть! — обрадовался Крам. — Как же мне повезло, что я нашел тебя, Гор!
— И мы с Крамом взяли 92-й! — ухмыльнулся Хас.
Когда сияние погасло, столб света еще раз накрыл Восимбо.
— У меня три левелапа подряд и 91-й уровень, — спокойно констатировал он.
Долго радовались, орали, прыгали и снова обнимали друг друга. Гор первым отошел от эйфории, полутал труп Дворецкого и под внимательными взглядами погремел найденными «Ключами мажордома».
— Открывают доступ в заднюю часть замка. А вот еще кое-что для кастеров.
Он показал эпический жезл «Касание дракона», дающий ощутимый прирост к силе заклинаний и пятнадцатипроцентный шанс скастовать следующее заклинание без затрат маны. Глаза Мико разгорелись.
— Идеально для меня, — потерла руки она, с надеждой глядя на Егора. — Можно?
— Мне тоже подойдет, и пользы от него будет больше, — оспорил ее право Крам.
— Я б тоже не отказался… — задумчиво произнес Восимбо. — Но решать лидеру.
Мико напряглась, вытянула шею, готовая спорить до хрипоты, но Гор пресек ссору на корню.
— Так, стоп! Не хватало еще, чтобы мы из-за лута поцапались.
— Так рассуди, — посоветовал Хас.
Егор думал недолго. Урон он обеспечит, а вот пользу от более эффективного хила переоценить сложно.
— Народ, вы еще мне спасибо скажете, — сообщил Егор и объявил: — Эпик идет Восимбо.
Монах не стал бравировать приобретением, убрал его в инвентарь и, пожав плечами, обратился к Мико и Краму:
— Не парьтесь, если будем каждый день фармить этот инст, все, кроме Гора, тут полностью оденутся.
— А Гор что? — сначала не понял Хас, а потом треснул себя по лбу. — Ну да, он же и так в легендарном сете и с мифической киркой.
— Не обижайся, — тихо сказал Егор чернокнижнице чуть позже, а она в ответ просто махнула рукой: мол, неважно, я все понимаю.
Механика «Ракуэна» позволяла выбить любой предмет любого качества из любого моба, и «Первозданное кайло Хозяйки Медной горы» тому доказательство. Но в то же время с ростом уровней мобов и их сложности шанс заполучить что-то интересное увеличивался. Скажем, с моба 90-го уровня никогда не выпадет экипировка, годящаяся только новичку. Да и то, что устроило бы игрока 80-го уровня, вряд ли. Требований к уровням вещи не предъявляли, но по сумме бонусов можно было экстраполировать линейку экипировки и понять, кому она подходит больше, в расчете на равных по силе мобов.
После победы над Дворецким Мартинсом сделали перекур, а потом часа на три завязли в бесконечных боях с оккупировавшей замок нежитью. К знакомым скелетам-стражникам прибавился приличный по составу и кошмарности бестиарий: зомби, привидения новых видов, условно мертвые гончие псы и всякие твари вроде Замары, создания Изнанки.
Медленно и с напрягом, вайпаясь, они все же приближались к Башне Ужаса, обиталищу старого некроманта. До крайнего срока окончания божественного квеста оставалось восемь дней.
Особые неприятности доставили Придворные шуты-зомби на ходулях, да еще и в колпаках со ржавыми бубенчиками, — мобы веселые и жутковатые. От их пронзительного хохота и скрежета колокольчиков кровь стыла в жилах. Бедолаге Хасу один такой шут длинными, гнущимися во все стороны руками завязал ноги бантиком. «Фокус» сопровождался фонтанами крови и очень натуральным хрустом костей. Звукорежиссер игры явно оторвался на мобах этой локи по полной!
 
Гибли беспрестанно. То Мико шагнет во внезапно открывшийся проход в стене и угодит под лезвие гильотины — ваншот! То Крам попадет ногой в петлю ловушки и окажется подвешенным под потолком рядом с огромным пауком, потирающим мохнатые лапищи в предвкушении обильной трапезы — ваншот! Хас, кстати, того «фокуса» зомби-шута тоже не пережил, и только благодаря «Посоху массового воскрешения» Восимбо группа воевала полным составом. О том, что будет, если ляжет сам целитель, старались не думать — и так понятно, что ничего хорошего, поэтому пытались максимально его защитить.
По длинной спиралевидной лестнице добрались до верха башни. Там их ждали три босса с праздничными именами:
Фестиваль, нежить 98-го уровня
Измененный ученик Шазз’Дари.
Босс подземелья.
Карнавал, нежить 98-го уровня
Измененный ученик Шазз’Дари.
Босс подземелья.
Торжество, нежить 98-го уровня
Измененный ученик Шазз’Дари.
Босс подземелья.
Кто есть кто, разобрать было сложно, профили боссов плыли, прыгали, меняли друг друга. Хотя видок троица имела совсем не праздничный, да и вообще — это была уже не троица в обычном смысле слова. В них не осталось ничего человеческого, потуги продлить жизнь или вовсе стать бессмертными превратили их в сросшуюся биомассу. Внутренние помещения башни были покрыты бугристой буро-розовой и лиловой субстанцией, увитой синеватыми сосудами, с оставшимися клочьями кожи и волос. То там, то здесь торчали пальцы, выпученные глаза, носы. Части тела мигрировали по биомассе, появлялись спонтанно, пучились, переливаясь пузырями с цветом, как у брюшка навозной мухи.
— Мать моя болотная жаба! — вскричал Торфу из кирки при виде этой картины. — Да здесь воняет как в старом нужнике бомжей-водяных на дальних топях!
— Бу-э, ну и запахи, — поддержала его Мико, хватаясь за горло.
Субстанция, бывшая когда-то учениками некроманта, источала отравляющие миазмы, которые понемногу отнимали жизнь; кроме того, выделяемая ею слизь проедала ботинки, нанося еще более ощутимый урон.
— Куда стрелять? — растерянно спросил Хас. — Оно ж прям везде!
— Непонятно, что ли? Куда угодно! — воскликнул Торфу и обратился к мобам: — До чего ж мерзостными вы стали, братцы! А такие ребята были славные, розовощекие, я ж вас помню…
Его голос утонул в грохоте выстрелов. Крам окутался огнем, готовя «Адское пламя», Мико натравила бесов, а Гор с размаху опустил кирку в биомассу. В ней раскрылись три пасти и заверещали на ультразвуке, из-за чего весь отряд замер в «Ошеломлении» и начал трястись, а рты учеников одновременно плюнули кислотой в Гора, Хаса и Крама. Зашкворчала кожа, повалил зеленый пар, вскипела кровь. Крам заорал, хватаясь за лицо, Хас тоже кричал, у него вытекли глаза.
Когда «Ошеломление» отвалилось, Восимбо исцелил группу, почти лишившись маны. Хас и Крам отбежали, а Гор, не чувствующий даже той сильно приглушенной нейрологическими фильтрами боли, которую ощущали они, принялся крошить биомассу киркой — только ошметки полетели.
— По ртам бейте, не дайте им заорать и оглушить вас! — подсказал Торфу.
— Вос, ну куда ты лезешь? Дальше встань! — скомандовал Крам. — Вдруг вайпнемся?
Жизнь у трех боссов оказалась общая. Едва пасть раскрывалась, туда летели пули и касты, а Гор так и норовил разворотить их киркой.
— Запускаю грутов! — предупредил Крам, использовал «Зеленую волну» и в азарте закричал: — Мы! Есть! Грут!
Биомасса забугрилась, выплескивая кислоту. На свет пробились «груты» — хищные кусты, которые выпростали корни и вонзили их в плоть учеников некроманта. Три пасти раскрылись одновременно, но захлопнулись, а кусты, шипя от кислоты, продолжили свое убийственное дело, и урон в босса полился рекой.