Мистер Фермер. Между Адом и Раем! (СИ)

Ожидаемо, но кажется, и это ещё не всё. Внезапно что-то позади со звоном разбилось, щелкнуло — это был антителепортационный барьер. Аорра столкнулась с кем-то в городе, и теперь… Сукин сын, он отвлекал нас! Война пошатнулся, качнув корпусом, вознёс над головой ослабевшую руку и свой здоровенный клинок. Рванул вперёд.
Под лязганье металла и звуки столкновения Войны с существами приходит сообщение от Слуг. Несколько существ, культистов, под прикрытием личей, вместе с кем-то, кто по силе был равен Аорре, пробились через ослабевший барьер и вырвались из города. Скорее всего, осознав, что никак не смогут остановить нас и все погибнут, враг изменил тактику. Главной задачей своей избрал передачу посланий, информации о нашей силе, численности, возможностях и составе армии. Сученыш вновь оставил меня в дураках.
— Поймать всех, никто не должен уйти! — отдал команду я. Война, в прыжке, пропуская удар мечом в бедро, бьёт Легиона ногой в голову. Тело молчаливого приспешника используется как ступень; Война отталкивается и кидается на нас. Целью его стал прибывший посланник, а с ним и я. Уверенный в себе демон, один из четырёх, в мгновение преодолевает десяток метров и сталкивается лбом к лбу с полными сил дриадами. За миг он преодолел добрые пятнадцать метров — похвально в его-то состоянии. Только лишь для того чтобы достать меня, ему понадобилось бы ещё как минимум шесть таких мгновений и полное отсутствие моих слуг на горизонте. Замашистым ударом своего огромного тесака Война намеревается располовинить быструю и верткую Зарю. Девушка, не уклоняясь и двигаясь в разы быстрее, сближается с демоном; мечом своим отделяет от тела врага последнюю конечность и, сама того не подозревая, играет Войне на руку. Этот ублюдок даже не пытался её разрубить! Война вместе с рукой швырнул в меня этот треклятый меч. Вот блин… Толкнув посланника в сторонку, слегка накреняюсь и уворачиваюсь; слышу, как лезвие глухо вонзается в камень позади. Этот демон не перестаёт меня удивлять. К слову, в ужасе и удивлении проворонили этот невероятно красивый бросок «телохранители». Доверяй я только им — хрен знает, что было бы. Может, броня выстояла бы, и я выжил бы, а может, как и рухнувший на колени Война, в очередной раз готовился бы отойти в мир иной.
— Я немедленно отправлюсь следом за сбежавшими. Если вы прикажете, мы с Аоррой…
— Нет. — Перебиваю я Ветерка. — Если в городе нашёлся кто-то равный по силе Аорре, то скорее всего момент упущен, и они уже далеко. К тому же нельзя исключать факта внезапности и ловушки. Отдадим Войне должное: этот ублюдок увёл нас далеко от города; при всём желании пока мы вернёмся, пока найдём телепортационный след — пройдёт слишком много времени.
Стоя на коленях, Война молчал, не придавая никаких значений моим словам, тяжело дышал. Он умирал, обливаясь кровью, с утыканной болтами спиной, оторванными руками, без глаз. Как истинный воин, как фигура на шахматной доске, он, пожертвовав собой, позволил союзнику, тому, кто всем рулит в этой партии, собрать важные сведения, понять мой стиль боя, возможности моих существ и тех, кого я привёл в здешние места. Это было не очень хитро, но мне интересно другое…
— Кто это был? Незнакомец, что с легкостью скрыл свою ауру, а после, с той же легкостью пробив барьер, скрылся от Аорры?
— Глупый человече… ты и вправду думаешь, что я…
— Да… да… — Закатив глаза и не желая тратить время по-просту, взглянул на Облачко, ладошкой пройдясь по горлу, отдал приказ.
— У тебя нет чести? Хочешь, чтобы это сделала женщина, суккуб? Я же Война, рыцарь смерти, так пусть убьёт меня воин, а не шлюха… — Горло распетушившегося молчуна перерезает коготь Облачка. Без жалости, без доли сомнений, едва ли не по самый хребет. Глядя, как жизнь утекает из оболочки мужчины, суккубша становится напротив Войны, ехидно скалится, а после, наклонившись, произносит:
— Я не только убила тебя… смотри, что я могу. — Рука её пробивает сталь, ребра, хватает за тёмное ядро и вырывает его из ещё живого тела Войны. Облизав его острым языком и дождавшись, когда мужчина окажется на грани, почти что мёртвым, клацнув острыми зубами, Облачко раскусывает ядро на пополам. Безрукое тело начинает биться в конвульсиях, сжиматься. Война что-то кричит, после мычит и стонет; это лишь раззадоривает Облачко и, пусть на мгновение, дарит мне чувство отмщения.
 
Это тебе за разорённый юг, сука…
Конец шестого тома.