Загадочный Чонрэй
Я нервно кусала губы. То, что сейчас происходило на площадке, было неправильно. Это не честный бой, а избиение! Мне самой инстинктивно не нравился Ши-Вэйн, а у Марка, наверное, имелся немалый счёт к сокурснику, но это не значит, что стоило опускаться до подобного.
Чонрэйцы продолжали подначивать Марка. Ни один не пытался его остановить.
Времени раздумывать и оценивать последствия не было.
Я метнулась вперёд.
– Стася!.. – испуганно крикнула мне вслед Маина.
Мгновенно оказалась между Марком и лежащим на земле Вэйном. И следующий удар приняла на свой шест. Сила его была такова, что шест чуть не выбило из рук, а на ногах я удержалась с трудом.
– Остановись! – закричала я.
Лицо Марка перекосилось от ярости. Глаза безумно горели. Он с трудом сфокусировал взгляд на мне.
– Уйди…
– Остановись, – повторила я. – Ты убьёшь его!
На лице парня отразилась внутренняя борьба, а затем он, прорычав ругательство, откинул шест. Развернулся и направился прочь. Круг молча расступился перед ним.
Сделав несколько шагов, Марк обернулся. Бросил тяжёлый взгляд на нас с Вэйном и глухо сказал:
– Может, и стоило убить…
Да что, Тьма побери, здесь происходит?!
Однокурсники, перешёптываясь, тоже начали расходиться.
Вэйн лежал на земле. Казалось, на нём не осталось живого места – тело сплошь покрывали ссадины и кровоподтёки. Рубаха и штаны порвались, испачкались в грязи. Парень смотрел на небо, затянутое грозовыми облаками, и улыбался.
Чокнутый мазохист! Угораздило же связаться с придурком!
– Давай помогу, – со вздохом я протянула ему руку.
Приподнявшись на локте, Вэйн окинул меня взглядом исподлобья. Сплюнул кровь и криво усмехнулся.
– Сам справлюсь!
– Сам так сам… – пожала плечами. Навязываться я не собиралась.
Да и улыбочка у Вэйна жуткая вышла. Вообще, сам он был жутким…
Как оказалась, я вовремя прекратила избиение – из замка к нам бежали учитель Догэн, профессор Тэян и несколько слуг.
Ко мне тут же подлетела Маина. Зашептала на ухо:
– Что бы ни случилось, не выдавай Марка!
Я неуверенно посмотрела на Вэйна, который, опираясь на шест, пытался подняться с земли. Пусть я не питала нежных чувств к отличнику и с удовольствием стёрла бы мерзкую ухмылочку с его лица, но оставлять безнаказанным поступок Марка было нельзя.
– Вэйн заслужил, – поняв мои сомнения, сказала Маина, а затем добавила: – Он убил девушку Марка.
– Он… что?..
– Вечером расскажу.
– Ага… – кивнула я, пытаясь справиться с потрясением.
Если Вэйн действительно убийца, то картина вырисовывалась совсем иная и поступку Марка, при всей внешней неприглядности, можно найти оправдание.
Но как в школе могло произойти убийство? И более того, как убийца мог остаться здесь учиться? Безумие какое-то…
Вэйна унесли на носилках в лазарет, а всему курсу приказали выстроиться в ряд. Догэн обрушил на нас отборную брань, затем Тэян попытался выяснить, что произошло. Но ни одного вразумительного ответа ни первый, ни второй так и не получили.
Вскоре появился ректор Хон в развевающихся небесно-синих одеждах.
– Данный инцидент я не намерен оставлять безнаказанным. Драка – само по себе серьёзное дисциплинарное нарушение. Но избиение и самосуд – это уже преступление. Зачинщик будет отчислен, остальные участники понесут серьёзное наказание.
– Ректор Хон! – выступил вперёд Джитэ. – Вам не кажется, что в поединке всегда виноваты двое? И если наказывать…
– Ан-Джитэ, – сухо сказал профессор Тэян, – минус пять баллов за неуважение к главе школы.
Дружок Марка тут же трусливо попятился.
– С Ши-Вэйном, разумеется, тоже будет проведена беседа, – добавил ректор. – Но, зная характер этого ученика, сомневаюсь, что он выступил зачинщиком.
По ряду пронеслись шепотки, общая суть которых сводилась к «ничего вы, ректор Хон, не знаете, и знать не хотите».
– Анастасия, вы ничего не хотите мне рассказать? – вдруг спросил Хон-Шин.
Я почувствовала, как ко мне обратились десятки взглядов.
– Никак нет! – вскинув голову, сказала я.
– Ки-Маина?
– Я ничего не знаю…
– Марк Флин, может быть, вы расскажете, что здесь произошло?
– Мне нечего сказать, – хмуро ответил парень.
– Тин-Хойя?
– Никто ничего не скажет. Среди нас трусов и предателей нет.
Моя недавняя противница оказалась права – ректор по имени обратился к каждому и собравшихся ребят, но ни один не рассказал ничего.
– Тогда у меня нет другого выхода. Каждый оштрафован на пятьдесят баллов!
Вновь дружный вздох.
– Но я сниму штраф с того, кто расскажет о случившемся. Есть желающие?
Пятьдесят баллов – это очень много! Если оштрафуют всех, то невелика беда, но если кто-то решит донести о произошедшем, то значительно продвинется в рейтинге успеваемости – войдёт в десятку лучших учеников или упрочнит свои позиции.
Эх, мне бы эти пятьдесят баллов очень не помешали…
Выждав несколько минут и убедившись, что никто не хочет говорить, ректор кивнул.
– Что ж, такое единство похвально и должно быть щедро вознаграждено! До захода солнца у вас будет время подумать над своим поведением и решить, чего хотите добиться в жизни! Разумеется, ужина вы сегодня лишены.
Уже не вздох, а стон пронёсся по ряду.
– Можете на меня положиться, ректор Хон! – вытянувшись по струнке, заявил учитель боевой и физической подготовки. – Я обещаю, что…
– А вам, Догэн, надлежит не мешкая отправиться в родной город.
– Вот после захода солнца и поеду. Моя вина в случившемся тоже есть, а потому…
– Ваше наказание обсудим, когда вернётесь, – оборвал учителя глава школы. – Пока же настоятельно советую поспешить домой. Некоторые дела не терпят отлагательств.
– Я тоже несу ответственность и прослежу за детьми, – шагнул вперёд профессор Тэян.
На лице Догэна отразилась внутренняя борьба, а потом он кивнул и поклонился.
– Спасибо! Я вернусь, как только…
– Считайте, что вы в отпуске, – сказал ректор Хон. – Но если через месяц от вас не будет вестей, мы будем вынуждены взять нового учителя.
Догэн ещё раз поблагодарил Хон-Шина и спешно покинул площадку. Видимо, с его матушкой и правда случилась беда.
– Что ж, если кто-то захочет поговорить, мои двери всегда открыты, – обратился к нам ректор. – Профессор Тэян, надеюсь на вас.
– Можете на меня рассчитывать, – кивнул куратор второго курса.
Собравшись уходить, ректор обернулся и вновь пристально посмотрел на меня.
– Анастасия, вы уверены, что вам нечего сказать? Лучше бы в вашем положении…
Сглотнула.
– Да, ректор Хон. Я ничего не видела.
Увы, должной уверенности в моём голосе не прозвучало. Почему я должна страдать из-за Марка, который по дурости устроил поединок? Или из-за Вэйна, который позволил себя избить? Почему должна тратить ценное время и силы вместо того, чтобы учиться?.. Ректор прав, моё положение весьма шаткое.
Но я не могла предать однокурсников и не хотела, чтобы отчислили Марка.
– Что ж, раз такое дело, проверим вас на стойкость и выдержку, – сказал Тэян, когда ректор ушёл. – Каждый, кто шелохнётся, будет наказан. За каждое движение буду вычитать по баллу!.. Впрочем, если кто-то одумается и захочет рассказать о случившемся, милости прошу, – учитель криво улыбнулся. – Вот и посмотрим, насколько вы доверяете друг другу.
Некоторые время, заложив руки за спину, профессор Тэян стоял перед нами. Затем уселся прямо в воздухе и достал (не иначе как из пространственного кармана) книгу в старинной обложке. Закинул длинные ноги на подлокотник невидимого кресла и, не забывая время от времени поглядывать на нас, принялся за чтение.
* * *Время тянулось томительно медленно. Ноги гудели, нещадно чесались правая лопатка и кончик носа, но я стоически терпела.
Тэян иногда отрывался от чтения, чтобы снять балл с того или другого ученика. Непоседа Джитэ, по моим подсчётам, потерял уже восемь баллов.