Магистрат (СИ)

— Я пришел увидеть Дюмара! — Крикнул я. — Я без оружия!
Колдун медленно приблизился. Это была девушка в черной накидке с капюшоном и маске, которая закрывала нижнюю часть лица, как бандана. Её глаза опасливо пробежали по мне, по Алисе. Они пока не слезились кровью, были слегка алыми, в темной магии девушка была новичком.
— А с ней что? — Глухо спросила колдунья.
— Она аудиторе, на первый курс поступает, как она тебе навредит? — Ответил я. — Пропусти нас, мне нужно поговорить с моим ментором.
— Я знаю кто ты… — Прошипела плакальщица. — Он сказал, что ты придешь, если бы не это, я бы тебе уже кишки через глотку вытащила…
— А, теперь понял. — Ухмыльнулся я. — Я убил кого-то из твоих дружков.
— Заткнись, мразь, иначе не сдержусь.
— Так он нас ждет, или как?
Колдунья коротко кивнула в сторону входа и отступила. Это оказалось легче, чем я думал…
Мы подошли к огромным тяжелым дверям, которые приоткрылись сами при нашем приближении.
Пришло время встретиться с ментором.
  
Часть 2 — глава 11
 
Глава 11.
Мы прошли через притвор, выложенный гладким и блестящим камнем, и вступили в главный зал. На входе нас провожали взглядами двое магов в черном.
Переступая порог, я позавидовал Алисе, ведь впервые оказавшись в Айя Софии испытываешь по-настоящему необыкновенные чувства. Увидев это в первый раз невозможно сдержать восторг, грудь сжимается от какого-то детского удивления перед размерами этого колосса. Внутри мечеть казалась даже больше чем снаружи, солнцеобразный купол будто висел выше небес, и сразу в мозг врезалась мысль, что эта самая большая комната, в которой тебе приходилось побывать.
Алиса замерла, пытаясь охватить это огромное пространство, впитать его и принять. Пробежала глазами по потолку, по массивным колоннам, по десяткам окон вдоль галереи, разглядывая навесы, арки, полусводы и десятки люстр, что испускали оранжевый свет, перекрашивая все вокруг в золотистую палитру.
Входя сюда понимаешь всех паломников, что струились в это место бесконечным потоком только чтобы обратиться с Богу. Какое, наверное, сильное влияние это грандиозное место оказывало на человека средних веков! Даже мы чувствовали себя насекомыми в этом просторе архитектурной мысли, мелкими сошками под чьей-то пятой.
Я бы хотел остановиться и рассказать ученику о невероятных мозаиках, о том, как днем солнце проникает внутрь через окошки-бойницы и освещает купол, об исламских символах, что так органично вписались в некогда христианскую святыню… Но было совсем не до этого.
Совсем.
У стен, на галерее, у колонн и подле балюстрады стояли люди в черных мантиях, каждый из них монотонно читал заклинания. На нас они не обращали никакого внимания и скорее были увлечены своим занятием. Стояли они к нам спиной, будто что-то изучая на древнем мраморе.
Мы прошли к центру комнаты и остановились в нерешительности. Я абсолютно ничего не понимал.
— Ты все-таки добрался. — Разнесся по залу знакомый мне голос.
Голос звучный, с хрипотцой, вызванной регулярным командованием, бесконечным ведением лекций, публичными выступлениями и курением магических смесей. Сорванный голос человека, который всегда обращался к другим немного высокомерно, созданный для того, чтобы раздавать приказы и критиковать.
— Ты сомневался? — Крикнул я в ответ.
— Немного.
Дюмар появился перед нами резко, со звуком хлопающих крыльев, сотканный из тьмы и кровавой магии. Эффектный способ телепортации, я даже не нашел что сказать. Подобного я раньше не видел, у нас не принято перемещаться без телепортов!
Тьма спала и мы оказались лицом к лицу, вглядываясь другому в глаза. Он почти не изменился.
Очень высокий, как я его и помнил, на голову выше меня. По причине большого роста ментор всегда немного горбился, опуская плечи, это был его маленький психологический трюк, — когда было нужно, он резко выпрямлялся, нависая над оппонентом, и в этот момент не растеряться было сложно. Лицо, почти лишенное морщин, острые скулы, плотно сжатые губы, ровный нос с небольшой горбинкой, тонкие брови и пронзительные карие глаза как у дочери. И как у дочери, у него были черные как смоль волосы, которые он зачесывал назад, позволяя им спадать на плечи. В висках проскальзывала легкая седина.
 
В отличии большинства лекторов, Дюмар не страдал худобой. Он был стройным, но не худым, а скорее даже крупным, учитывая его рост. В каждом его движении сквозила сила и удивительная легкость, несмотря на образ здоровяка. Сколько мне ни занимайся в тренажерном зале, такой формы было не заполучить.
Одет он был неброско, но официально — в темную рубашку и серое пальто, амулетов при нем почти не было, только перстень на пальце и дорогие часы. Но я чувствовал, что все это, весь его образ лишь фикция, магическая маска, скрывающая истинное лицо.
Он горой навис надо мной, пристально разглядывая.
— Но я все-таки здесь. — Сказал я ему в лицо.
— И что? Я выковал тебя, — произнес он, — но закалить не успел. Мой ученик бы выбил эти двери и ворвался словно вихрь, бросил бы мне под ноги головы охраны, которую я выставил. А кого вижу я? Ты устал и вымотан, у тебя даже книги нет.
— Я не драться пришел. Я хочу поговорить.
— Поговорить? — Усмехнулся он. — Знаешь, почему я тебя не убил? Моя дочь попросила сохранить тебе жизнь. Она все ещё питает к тебе… эмоциональную привязанность.
— Где она?
— Не здесь. Она опасалась, что ты пойдешь за ней, и я отпустил её.
— Влад, я просто пытаюсь понять, вот и все. Почему это все происходит? Почему я должен считать тебя врагом?
Он помолчал, задумчиво разглядывая меня, а потом резко переключил внимание на Алису.
— А кого это ты привел? — Спросил он мягко, как-то играючи. — А ну, выходи дитя, хочу на тебя посмотреть.
Алиса с опаской шагнула вперед, будто школьница на параде. Он наклонился к ней, сильно втянул ноздрями воздух, будто пытаясь всосать её запах.
— Хмм… Форестьер. — Удовлетворенно произнес он. — Ого, Левит, ты отхватил драгоценность, да? Как же тебе, неучу, досталась такое маленькое сокровище?
— Завидуешь? — Процедил я сквозь зубы.
— Немного. — Улыбнулся он краем губ.
Он вел себя странно. Сначала я решил, что он настроен враждебно, но теперь лукавая полуулыбка не сходила с его губ, заставляя меня волноваться. Он точно что-то задумал, но что, я понять пока не мог. Другого выхода я не видел, придется играть по его правилам.
— Так ты хочешь понять, что происходит… — Сказал он, неторопливо обходя нас по кругу.
— Я заслужил хотя бы объяснения.
— Полагаю, да. Времени у нас много, ночь ведь только началась. Хорошо! — Кивнул он. — Мне все равно нечего делать, кроме ожидания. Полагаю, вы измотаны долгим путешествием. Идем.
Он возложил руки нам на плечи и перенес на боковую галерею, где было оборудовано место для отдыха. Несколько декоративных кресел и столик. Похоже, он подготовился заранее. На столике стояла бутылка незнакомого мне коньяка, наверняка дорогого и редкого. С высоты Дюмар мог смаковать напиток и наблюдать за происходящем в зале. Неплохо устроился.
— Прошу, присаживайтесь. — Он расслабленно упал в кресло.
Мы сели напротив, буквально провалившись в мягкое сиденье. Я с удовольствием вытянул уставшие ноги, достал пачку, вопросительно посмотрел на Дюмара, он безразлично пожал плечами, я закурил.
— Хочешь знать, что случилось?
— Да, Влад. Я хочу понять.
— Вся проблема, в том, Левит, что ты не поймешь. Если бы ты мог, ты бы сидел не напротив меня, а рядом. Но ты не готов. Но я до сих пор питаю надежду, что ты изменишься, повзрослеешь, пересмотришь свои принципы. И сейчас, это очень важно ученик, я объясню тебе причину так просто, насколько это возможно. И я знаю, что ты все равно не поймёшь, но запомни, мои слова останутся в твоей голове и будут царапаться в мозгу, вызывая сомнения. И может быть, может быть, когда-нибудь, ты поймешь, что я прав. И если к этому моменту ты ещё будешь жив, ты придешь ко мне и попросишь моей милости. Ты скажешь, что понял. Скажешь, что опустошен. И попросишь принять тебя. И я приму.