Магистрат (СИ)

Из стопы бумаг я выудил его, — артефакт. Я сразу понял, о чем говорил вампир.
Это была перьевая ручка, — прекрасное устройство из темного металла, с раздвоенным перьевым наконечником в виде блестящей пластинки. На открытом и позолоченном пере стояла гравировка в виде герба и рун. Только посмотрев на нее, сразу понимаешь, что эта вещь ручной работы и очень ценная. Я попробовал острый наконечник подушечкой пальца, и почувствовал болезненный укол. Как же ей писать-то, бумагу же насквозь пронзит, — подумал я, растирая проступившую на пальце кровь. А потом до меня дошло. Я разложил в воображении все предметы, необходимые для ритуала, и получил ответ.
У есть таинство, есть загадочная книга и острое перо. Книга откроется только владельцу магии крови, который имеет оба предмета. Ясно, что нужно написать что-то в книге, и написать это кровью. Перо в этом случае выступает фильтром, который должен отсеивать потомков чернокнижников от других магов. Да, эти ребята основательно подошли к конспирологии, этого у них не отнять.
Я сунул артефакт во внутренний карман пальто, огляделся и свистнул. Из кухни выпорхнул мой потрепанный гримуар и послушно завис передо мной. Фактически это был гримуар Ани, моя бедная зеленая книжка погибла в магазине игрушек, и я присвоил чужой том, совсем об этом позабыв.
Я мягко погладил фолиант по корешку. Ну что дружок, послужишь мне ещё раз?
Магии в нем осталось совсем немного, да и толку от красного тома против ламия почти не было, но не идти же против ламия с голыми руками.
Я вышел из квартиры через дыру в стене, где раньше была входная дверь, по пути проворачивая кольца на пальцах, будто знание того, что они зачарованы, могло меня успокоить. Чтобы я не предпринял, вампир был сильнее. Ни амулеты, ни мои заклинания не способны его остановить.
На лестничной клетке меня караулила соседка, встревоженная шумом. Она выскочила из дома в одном халате и босиком и смотрела на меня с неподдельным ужасом.
— Костик… Костик, что происходит?! Неужели землетрясение?
— Все нормально, теть Люд. — Ответил я спокойно.
Я хотя бы начал различать звуки.
Пока она непонимающе хлопала глазами, я прочел пару слов, успокаивая округу. Тетя Люда понимающе улыбнулась и скрылась за дверью, а я продолжил восхождение.
Что мне делать?
За столом было три игрока, — три пешки, каждой из которых можно было пожертвовать. Это была Алиса, конструкт и я. Вампира в расчет не берем, этого слона со стола никто не скинет.
Как же погано на душе. Хуже не бывает.
Если я отдам перо, все три пешки упадут с доски. Это был худший вариант.
Правильным было бы прямо сейчас бросить маяк. Алиса все равно погибнет, а так я мог сорвать план чернокнижников и сохранить конструкт. Нужно было пожертвовать только одной пешкой, чтобы сохранить остальные.
Тогда почему я продолжаю подниматься по этим чертовым ступеням?
Потому что был ещё один вариант. Я надеялся, что он был.
Дверь на крышу ожидаемо была закрыта, но меня это не остановило. Одно движение и висячий замок на цепи упал на бетон. В лицо ударил холодный воздух, я поднялся на крышу, осторожно высматривая противника. Горизонт на востоке подернула алая поволока, ярко и лазурно вставало красное солнце между домами.
Внизу, по правой стороне блестел металл соседских гаражей, а чуть дальше был виден родной дворик с парковкой.
На углу, у самого края крыши открылся портал и из него вышел ламий, также придерживая моего ученика за горло левой рукой.
Солнце заволокло пыльной пленкой, сияние угасло, будто перед сильным ливнем. За одну секунду наступило затмение. Вампир затмил солнце. Я о такой магии только слышал, да и то в сказках.
Это было невероятно, зарница потухла как свеча.
Он стоял недвижимым изваянием, ледяной ветер колыхал его одежды и трепал волосы Алисы, которая на цыпочках пыталась устоять на краю.
Медленно, тщательно измеряя каждый шаг, я двинулся к вампиру.
— Отдай перо. Сейчас. — Произнес ламий металлическим голосом. — Иначе она умрет.
Внутри все дрожало. Казалось, сердце достигло горла и мешало дышать.
 
Там у магазина игрушек, когда я впервые встретил проклятого, я надеялся, что ошибся. А ещё больше желал, чтобы догадка оказалась верна. Сейчас же, прислушиваясь к себе, я не мог ошибаться. Я был прав.
Ветер шепнул мне тогда также, как шепчет сейчас.
— Ты не убьешь ее. — Сказал я твердо, глядя прямо в черную маску. — Я знаю тебя.
Вампир не пошевелился, но и пальцы на шее Алисы не сжал.
— Тогда умрешь ты. — Ответил проклятый.
Мне показалось, или в голосе уже не было такой уверенности?
— Если бы это было твоим желанием, я был бы мертв. У тебя был шанс в магазине и сегодня в квартире тоже. Не знаю, кому ты врешь, но ты не можешь причинить мне вред.
Вампир хранил молчание.
Я снова сделал шаг вперед. Меня теперь было не удержать, эмоции бурлили, переливали через край, боль, обида и злость смешались в прекрасный коктейль Молотова. Осталось только чиркнуть спичкой.
— Сними маску! — Закричал я так, что голуби вспорхнули на другой стороне крыши. — Лина, посмотри на меня!
Она медленно стянула маску, показывая белое лицо и глаза с красноватыми радужками, её черные, как нефть, волосы свободно упали на плечи. Она смотрела с обидой, которую невозможно передать. С обидой и грустью.
Это была она, но я с трудом мог узнать ту самую Лину. Поменялась не внешность, но что-то другое, нечто неуловимое.
— Отпусти девочку. — Сказал я, и сделал ещё шажок. — Давай поговорим.
Осталось не больше двух метров.
— Мне нужен конструкт. — Твердо сказала она.
— Я не могу его отдать, ты сама знаешь…
— Отдай мне перо, и никто не пострадает. Обещаю. Иначе мне придется убить её и тебя. — Повторила она. — Я не хочу этого делать, но сделаю. Поверь.
— Алис, будь готова идти ко мне. — Произнес я.
Девчонка коротко кивнула, по щекам катились слезы, от боли или страха, мне неведомо. Медленно, не делая резких движений, я вытащил из кармана перо. Ангелина молча следила за каждым моим движением.
— Почему ты не вернулась? Почему? — Спросил я.
В груди кипела ярость. Чувство несправедливости разрывало меня на части.
— Я больше не твоя судьба, Левит. — Сказала она, и в голосе сквозил холод. — Смерть освободила меня. Мы не больше не связаны.
Зря она это сказала. После такого я не мог больше себя контролировать.
Точка невозврата.
Да и черт с ней, с этой точкой.
Я уже знал, как все закончится. Мы все обладаем даром предзнаменования.
— Сейчас проверим. — Произнес я, и что было сил я вонзил перо себе в правое предплечье, туда, где хитрым завитком заканчивалась татуировка. Туда, где стояла отметка судьбы.
Лина коротко вскрикнула от боли и отпустила Алису, схватившись за левую руку, которая горела так же как и моя. Оставалось мгновение. Один шанс.
Я крикнул всего одно слово, короткое заклинание, которое подсказала книга. Рывок. Время остановилось, заело, замерло, уснуло.
Перо выпало из моих пальцев и зависло в воздухе, а мое тело кинуло вперед, будто ядро. Я успел заметить, что Алиса медленно опускается на крышу, избегая падения. Лина также медленно поворачивалась ко мне, пока не до конца осознавая, что произошло.
Как я и говорил, был ещё один вариант. Ещё одна пешка, которой можно пожертвовать.
Я врезался в неё, и мы соскользнули с крыши вниз.
Из моих пальцев выпорхнула ласточка, стрелой взмывая в небо.
Я прижал Ангелину так сильно, как мог. Я так долго этого хотел.
И вдохнул её запах. Он почти не изменился.
Больше я ничего не почувствовал.
 
Конец первой части.
Антракт.
Выдержка из учебного материала Магистрата “Введение в прикладную беллетристику”. (Домашнее чтение), под авторством ректора Кунца.
Итак, будущий лектор, вы прочитали первую часть прикладной беллетристики и осознали основы литературного строения, правила слога и межстрочное чтение. Сейчас же, я сугубо рекомендую вам, как моим завтрашним студентам и потенциальным лекторам, сделать небольшой перерыв.