"Зарубежная фантастика 2024-1" Компиляция. Книги 1-17 (СИ)

– Миас сказала, что вопрос решен, – ответил Джорон.
– Плохая супруга корабля, – заявил ветрогон.
– Ты знаешь, что это не так. – Ветрогон зашипел. – Я скажу лишенному ветра, чтобы он находился рядом с тобой только в том случае, если тебе будет грозить опасность.
– Не в гнезде. – Он шагнул к гнезду и сел. – Нет вора в гнезде.
– Я позабочусь о том, чтобы он это знал, – заверил его Джорон.
– Не хотеть.
– Мы сделаем вид, что ты согласен. Возможно, потом Миас забудет, и мы тихо обойдем ее приказ? – Джорон знал, что она не забудет, но рассчитывал, что со временем ветрогон перестанет испытывать неприязнь к лишенному ветра.
– Плохая супруга корабля, – снова прошипел он.
Джорон не стал ему отвечать, повернулся и вышел.
Снаружи он нашел лишенного ветра, который убил вожака.
– Не хочет меня, – сказал он.
– Ну да, – ответил Джорон. – Возможно, будет лучше, если ты станешь соблюдать дистанцию, пока ветрогон к тебе не привыкнет.
– Дистанцию, – сказал лишенный ветра.
– Да, – сказал Джорон.
Лишенный ветра кивнул и устроился на полу рядом с дверью.
– Я не очень уверен, что это отвечает слову дистанция, – проговорил Джорон.
Однако лишенный ветра ничего не ответил и даже не взглянул в его сторону, но Джорон знал, что ветрогоны обладают поразительной способностью слышать то, что они хотят, а потом действовать на этом основании. В конечном счете было проще дать им все обдумать самостоятельно. Поэтому он оставил говорящего-с-ветром и лишенного ветра, разделенных костяной стеной и тонкой дверью, надеясь, что позже его не призовут сюда, чтобы он прекратил драку. Впрочем, то, что он видел на борту «Сокровищ девы», убеждало, что схватки ветрогонов быстры, жестоки и смертельны. Он вспомнил жуткий коготь лишенного ветра и подумал, что ему очень не хотелось бы вступать с ним в единоборство.
Джорон прошел по кораблю и отметил, что, несмотря на новую и странную команду, которую Миас привела на борт, жизнь шла обычным чередом. Женщины и мужчины дневных вахт привычно выполняли свою работу, остальные спали. Некоторые находились на грузовых палубах, где переставляли груз так, чтобы корабль мог лучше летать, другие поднимались на мачты, чтобы поставить крылья. Несколько человек проверяли большие дуголуки на палубе, остальные мыли и красили. Проходя мимо работавших людей, Джорон старался найти слово для каждого, хотя часть из них встречали его с вежливой угрюмостью.
Он миновал Спракина, который ничего конкретного не делал. Джорон знал, что следует указать ему на это, но увидел Квелл и решил пройти мимо, словно он их не заметил. В большой каюте Миас и Динил склонились над картой – почувствовал ли он ревность? – и обнаружил курсера Эйлерина, стоявшего у них за спиной, его лицо Джорон не видел.
– Джорон, – сказала Миас, – Эйлерин говорит, что ему приснился хороший ветер и спокойное море на следующие несколько недель, пока мы будем лететь в Безопасную гавань, поэтому я решила, что мы отведем туда «Сокровища девы». Каррад часто повторяет, что нам требуются корабли. Кроме того, мы можем оставить там лишенных ветра.
– Это порадует нашего ветрогона, – ответил Джорон.
– Да, – кивнула она.
Все время, пока она говорила, Динил смотрел на него, и Джорон отчаянно сражался с желанием переступить с ноги на ногу под его взглядом. Во всех вопросах, связанных с флотом, Динил превосходил Джорона – его выделил Индил Каррад, и он прошел прекрасную подготовку, в то время как Джорон был всего лишь сыном рыбака. И все же Миас, по каким-то собственным причинам, предпочла его Динилу – с тех пор прошло два года. И один год после того, как он отсек Динилу руку, чтобы спасти Миас и уничтожить дружбу, которая у них возникла. Каждый день Джорону приходилось напряженно работать, чтобы все убедились, что он ничуть не хуже Динила и больше подходит для роли офицера. Каждый день он трудился изо всех сил и жил под холодным, оценивающим взглядом человека, который когда-то был его другом, любовником и источником тепла.
– Они будут рады увидеть нас в Безопасной гавани, – сказал Джорон, – и им очень пригодятся дополнительные руки для строительства. Насколько велика образовавшаяся там колония?
 
– Тысяча человек, таковы мои последние сведения, – ответила Миас. – И она растет. Те, кто желают мира, узнают о ней и находят нас, или мы их.
– Ваша мать однажды вас отыщет, Миас, вы это знаете, – сказал Динил, и от его слов в кабине стало холоднее.
Смотревшая на карту Миас кивнула.
– Я не сомневаюсь, что моя мать уже все знает, – ответила она.
– Однако она так и не выступила против нас? – сказал Джорон.
– Каррад ее шпион, он контролирует информацию, которую она получает. Она может знать о нашем движении, но не о его размерах. Вероятно, она считает, что нас не стоит брать в расчет.
Динил кивнул.
– Будем надеяться.
Они летели по океану неделю и один день, и добрый ветер позволял им не прибегать к услугам ветрогона. Всякий раз, когда Джорон проходил мимо его каюты, лишенный ветра находился рядом. Джорон ни разу не видел, чтобы тот ел или даже пил, никогда не слышал, чтобы он с кем-то разговаривал или шевелился, и, хотя Джорон всегда помогал тем, кто страдает, он не осмеливался, из страха нарушить дружбу с ветрогоном.
Тем не менее складывалось впечатление, что путешествие будет легким, а ни один дитя палубы не жаловался, если работа становилась не такой тяжелой, и погода, если не была теплой, перестала быть ужасающе холодной.
– Корабль на горизонте!
Крик раздался во время вахты Джорона, в тот странный момент, когда Глаз Скирит еще не успел полностью открыться, лишь посеребрил тучи и окрасил позолотой волновавшееся море. Как только крик прозвучал, Джорон взобрался на главную мачту. Без той легкости, с которой это делала Миас или дети палубы, Джорон знал, что ему никогда ее не достичь – он все еще испытывал страх, когда ощущал хрупкость своего тела и вспоминал о смерти отца, – но все-таки увереннее, чем прежде. Наблюдатель указал в сторону корабля, четыре точки тени справа, Джорон вытащил из кармана подзорную трубу Миас и отыскал корабль. Две мачты, черные паруса.
– Корабль мертвых, – сказал он. – Я думаю, наши союзники на «Оскаленном зубе», но никогда не помешает быть наготове. – Прислонившись к сиденью наблюдателя, он крикнул вниз: – Фарис! Позови супругу корабля, нужно очистить палубу для боя! – Он услышал, как Фарис передает его приказ, зазвонил колокол, начали бить барабаны, и он знал, что палуба скоро будет напоминать муравейник, потревоженный вышедшим на охоту кивелли. Команда выскакивала на палубу из люков, чтобы закрепить паруса и подготовить «Дитя приливов» к схватке.
К тому моменту, когда он спустился на сланец, корабль уже приготовился к войне: команды заняли свои места у дуголуков, вдоль палубы протянули канаты, гамаки привязали к бортам, луки подготовили, чтобы быстро снять с них веревки. Миас заняла свое место на корме.
– Корабль на горизонте, супруга корабля. – Джорона всегда удивляло спокойствие, с которым ему удавалось произносить эти слова, как будто они не были предвестниками смерти, боли и хаоса. – Четыре румба по правому борту. – Он протянул Миас подзорную трубу, она взяла ее и поднялась вверх на несколько шагов по кормовой мачте, одной рукой крепко держась за веревку, а ногами упираясь в кость, пока смотрела вдоль танцевавшей позолоченной воды.
– Это «Оскаленный зуб». Он поднял флаги сообщений и движется к нам. – Миас убрала подзорную трубу и повернулась к стоявшей у руля Барли. – Три румба вправо, – сказала она. – Готовимся к встрече с «Оскаленным зубом» и приему супруги корабля Брекир. – Она повернулась, чтобы отыскать взглядом своего стюарда, Меванса, который, как всегда, уже находился там, где нужно.
– Я организую еду и напитки, супруга корабля, – с улыбкой сказал он, кивнув головой.
И отправился на поиски матери палубы, Серьезного Муффаза.
– Куглин и морская стража будут готовы для встречи супруги корабля Брекир, супруга корабля Миас, – сказал Серьезный Муффаз.