Проклятые судьбы (ЛП)
Болтовня заполнила комнату, пока все решали, что делать, и Милдред снова топнула ногой.
— Скажи им, снукамс. — Ее голос внезапно стал сладким, как пирог, когда она посмотрела на Дариуса.
Другие Наследники посмотрели на него, и его челюсть задергалась от раздражения. Он натянуто кивнул, и цунами людей поднялось со своих стульев, устремившись к ней, чтобы зарегистрироваться.
Джеральдина издала звук, похожий на рычание разъяренного бульдога, и я обернулась, обнаружив, что она взбирается на наш стол с яростью в глазах.
— Наследники, Официально Правящие Обществом? — сплюнула Джеральдина, закатывая рукава, как будто собиралась наброситься на Милдред. И я с удовольствием куплю билет на это шоу. — Ты имеешь в виду, что ты — Лошадь? — она засмеялась, и все члены Ослов присоединились к ней.
Я обменялась взглядом с Тори, фыркая от смеха. Как будто Джеральдина даже не понимала, как пишется название ее клуба. Но я должна была признать, что это было, возможно, еще смешнее.
— Это произносится как Хорес, — огрызнулась Милдред. — И не смей разговаривать со мной, ты, грязная предательница Наследников.
— Я буду говорить с тобой так, как мне заблагорассудится, Милдред ужасная! — воскликнула Джеральдина, а затем указала на толпу, несущуюся к ее ногам. — Вы там! Вы, тупицы, все стекаетесь к этой ужасной рыбе-ведьме! Кого вы на самом деле поддерживаете? Четыре отвратительные барракуды, которые расхаживают по этому месту, как будто им уже принадлежит весь мир, или классные каракатицы, которые элегантно плавают в наших водах, демонстрируя только грацию, уравновешенность и излучая атмосферу истинной королевской семьи!
Все взгляды метнулись между нами и Наследниками, и некоторые люди начали отступать из очереди в клуб Милдред, а за Джеральдиной образовалась новая очередь. Мы с Тори старались сохранять невозмутимые лица, пока Джеральдина подзывала к себе всех в комнате, ее ноги сгибались в полуприседе, вверх-вниз, вверх-вниз, когда она махала людям.
— Четыре Наследника представляют каждый из Элементов. Вместе они создают гармонию, идеальный баланс. Дариус храбр и благороден, и его сердце сделано из железа, он будет править с огнем в душе рядом со мной и приведет Солярию к величию! — Милдред закричала в отместку. — Сет может быть безжалостным, как шторм, или нежным, как летний бриз, его страсть к единству объединит Солярию как одну семью. Дух Макса необуздан, как река, и его способность чувствовать боль и любовь своего народа будет тем, что исцелит наше королевство. И связь Калеба с землей сделает наши посевы процветающими и накормит его голодную армию, которая защитит всех нас от далеких сил. Или выберете двух девушек, у которых нет опыта в управлении, нет опекунов, которые научили бы их тонкостям нашего мира, у которых даже не было форы в обучении магии, что означает то же самое, что спустить наши жизни в унитаз!
— Было так красноречиво, — пробормотала я, и Тори расхохоталась.
Все больше студентов устремились к Милдред, выкрикивая имена Наследников, но я видела, что Джеральдина не собиралась этого терпеть.
Она начала хлопать в такт, и все члены Ослов присоединились к ней, когда она жестом подозвала их. Мои губы приоткрылись, когда Джеральдина открыла рот и начала петь в такт.
— Они пришли из-за холма, чтобы убивать, монстров, зверей и хулиганов. Принцессы пришли со своими блестящими коронами, две красавицы в своих струящихся платьях. И тогда они закричали: «Прочь, прочь, прочь!«
— Прочь, прочь, прочь! — пропели в ответ Ослы, как будто знали слова, и у меня отвисла челюсть.
— Монстры сказали, что мы здесь останемся, поднимая вилки, палки и заостренные кирки. Принцессы пришли со своими серебряными клинками, две красавицы со своими верными служанками. И тогда они закричали: «Прочь, прочь, прочь!» — Она начала танцевать, дважды топнув ногой влево, затем дважды вправо, прежде чем подпрыгнуть и хлопнуть в ладоши над головой.
— «Прочь, прочь, прочь!» — Мы с Тори присоединились к осталтным, между приступами смеха, когда Джастин Мастерс достал из сумки флейту и начал наигрывать мелодию. О боже, это происходит на самом деле.
Джеральдина обратилась к нам, а я пожала плечами Тори, прежде чем подняться, чтобы присоединиться к ней на столе. Она снова начала танцевать, и я повторила ее, подхватывая, когда Тори присоединилась к ней с другой стороны, смеясь, пока Джеральдина продолжала песню.
— Звери, они смеялись с такими черными сердцами, они толкались, они дрались и они нападали. Но принцессы пришли с вихрем и свистом и столкнули этих тварей в озеро Мултуш. И тогда они закричали: «Прочь, прочь, прочь!«
— «Прочь, прочь, прочь!» — я плакала вместе со всеми, вытирая слезы смеха с глаз, когда все больше и больше людей толпилось вокруг нашего стола и присоединялось к нам.
— Хулиганы, они улыбались и издевались над городом, они насмехались, они избивали и заставляли всех хмуриться. Принцессы показали им силу своих душ, ни один хулиган не смог бы оставить вмятину на их стенах. И поэтому они закричали: «Прочь, прочь, прочь!»
Мы хлопали над головой в такт Джеральдине, и все продолжали петь эту последнюю строчку снова и снова, указывая на Наследников, которые смотрели на нас с отвисшими челюстями, как будто не могли до конца поверить в происходящее.
— «Прочь, прочь, прочь!»
Я схватилась за бок, когда мы все разразились смехом, и Джеральдина заключила нас в свои объятия.
— Святые луковые шарики, я уже миллион лет так не пела от всего сердца!
— Мне понравилось, — засмеялась я, затем кто-то потянул меня за юбку, и я обернулась, обнаружив под нами толпу людей.
— Где нам записаться? — окликнули они нас, и я посмотрела на Джеральдину, когда ее лицо расплылось в самой яркой улыбке, которую я когда-либо видела. Милдред по-прежнему занимала около половины комнаты, а Наследники были заняты тем, что подписывали каждый свободный кусочек кожи или рабочие тетради, которые им протягивали, но на их губах тоже играла ухмылка.
Милдред спрыгнула на землю к ним, обняв Дариуса, и он дернулся назад, прежде чем смог остановить себя. Мое сердце сжалось, когда она вторглась в его личное пространство, и он был вынужден поцеловать ее в уголок рта и обнять ее. Я догадалась, что Габриэль был прав, он действительно будет в плохом настроении до конца дня. И я не могу не пожалеть его.
Сет поймал мой взгляд с мрачной улыбкой на лице, и мое сердце забилось сильнее, когда Макс и Калеб повернулись к нам с решимостью на лицах.
Они справились с нашим вызовом. И, как оказалось, я тоже.
Держитесь подальше от нашего трона, мальчики. Прочь, прочь, прочь!
Тори
Каталина:
Мне нужна твоя помощь. Мне больше не к кому обратиться.
Я сидела за столом в своей комнате, пытаясь поработать над заданием по нумерологии, но с тех пор, как пришло это сообщение, я не могла думать ни о чем другом. Потому что все сводилось к следующему — собиралась ли я помочь мамочке Акрукс с ее маленькой проблемой?
Я еще даже не ответила, так что понятия не имею, в чем нужна ей моя помощь, но мне нужно принять решение, прежде чем я возьмусь за это. Доверяю ли я ей? И как далеко я готова зайти ради нее?
Я постучала ручкой по губам, размышляя. Каталина посылала мне сообщения каждый день с тех пор, как мы обменялись номерами. Она дала мне информацию о приходах и уходах Лайонела и Клары и рассказывала все, в чем они проговорились, но она не сказала мне ни одной важной вещи, которая имела бы для нас хоть какое-либо значение. Я понимала, что Лайонел не посвящал ее в свои планы, но все же она не предоставила мне никаких неопровержимых доказательств того, что она на самом деле на моей стороне.
Однако что-то во мне хотело доверять ей. Называйте это интуицией, инстинктами, да как угодно, но у меня просто было такое чувство, что она была искренна.
Тори:
Что случилось?