Проклятые судьбы (ЛП)

Прямо по центру комнаты был раскол, и казалось, что все выбирают чью-то сторону.
Мой пульс участился, когда Джастин подхватил меня на руки, поцеловал в щеку, прежде чем поднять и поставить на стол рядом с Дарси, которая выглядела такой же ошеломленной, как и я.
— Это безумие! — закричала она так, чтобы я смогла услышать ее сквозь пение, которое начала Джеральдина.
Вега за трон!
Истинные королевы дома!
Вега за трон!
Истинные королевы дома!
— Почему я чувствую, что наша жизнь только что стала намного сложнее? — крикнула я в ответ, и Дарси рассмеялась так, что это граничило с истерикой.
— Теперь пути назад нет, — сказала она.
— Пути назад нет, — согласилась я, поворачиваясь, чтобы посмотреть на море тел, заполнивших Сферу.
Мой взгляд упал на четырех Наследников, которые стояли на столе среди собственной ликующей толпы. Милдред кричала о своей поддержке вместе с Маргерет, Кайли и многими другими, но я была удивлена, обнаружив, что это было довольно равномерное разделение. Даже несмотря на все дерьмо, которое Лайонел и Наследники распространяли о нас в прессе, было много людей, готовых проигнорировать их и разделить с нами свою судьбу.
Я ожидала ненависти, враждебности и откровенной враждебности, когда встретила взгляды Наследников, но это было не то, что я увидела. Вместо этого все они смотрели на нас с вызовом в глазах и намеком на предвкушение. Как будто это было то, чего они ждали. И они были готовы отдать все, что у них было.
Тогда давайте, придурки.
Последние несколько дней были… странными.
Начнем с того, что никто не знал о Лайонеле и Нимфах, так что, хотя наша маленькая группа все еще была потрясена информацией и отчаянно пыталась найти способы отделить его от новообретенной армии и, предположительно, спасти Клару, ничего не изменилось. Хотя к последней части относился Лэнс, а остальные из нас были слишком добрыми или, может быть, слишком трусливыми, чтобы указать на то, что девушка была сумасшедшей с большой буквы и ее нужно было срочно убрать. Мысль об этом терзала меня после всего, что мы сделали, помогая ему вернуть ее, и я могу лишь посочувствовать его желанию верить, что его сестра все еще живет в своей темной душе, но мне было трудно это видеть.
Клара не просто соблазнилась тенями, овладев ими в своей форме фейри, пока мы все учились. Она была буквально поглощена ими и втянута в Царство Теней на долгие годы. Я имею в виду, чем вообше она питалась, пока там была? Никто никогда не упоминал об этом, но мне казался этот факт очень важным. Я видела достаточно бесплодной пустоши, где обитали тени, уверенная, что там не было мастера по приготовлению тостов, который просто сидел там и ждал, когда же его попросят приготовить их. Да и заказать из Доминас тоже не было возможности. А ведь людям нужна еда для существования на протяжении всей жизни. Что, на мой взгляд, делало мою теорию неопровержимой. Ни еды, ни Клары. Чем бы ни было то существо, которое Дарси и Орион вытащили из Царства Теней, это явно не его сестра. Возможно, оно носило ее лицо и украло ее воспоминания, но это была не она.
Даже наши шпионы в поместье Акрукс не дали нам никаких оснований предполагать обратное. Не то чтобы кто-то знал о том, что мама Дариуса теперь отчитывается передо мной, а Ксавьер передает ему сообщения. Но мне было бы довольно сложно объяснить, почему она помогает мне, не имея возможности раскрыть, что именно я сделала для нее взамен. И последнее, что мне было нужно, это нарушить звездный договор и заставить звезды проклять меня ещё и годами невезения. Эти придурки и так достали меня.
Я тяжело вздохнула и заставила себя забыть обо всем этом на время. Каким бы безумным это ни было, мы знали, что мир находится в процессе захвата сумасшедшим королем ящеров и его шлюхой Теней — слова Каталины, а не мои, — но мы ничего не могли с этим поделать. Я должна была признать, что мне нравится мама Дариуса. Странно, да, я знаю. Но мы вроде как становились… приятелями по переписке. Я догадывалась, что ей было довольно одиноко торчать в этом гребаном поместье и при этом притворяться, что она связана Темным принуждением Лайонела. Поэтому она использовала любой предлог, чтобы написать мне о самых разных вещах, многие из которых, она даже не могла притвориться, были связаны с информацией о том, что задумали Лайонел и Клара. Она отчаянно боялась за Ксавье и даже не могла рискнуть подойти к нему как-то по-другому, когда она стала свободной, на случай, если Лайонел поймет, что больше не контролирует ее. На мой взгляд, мысль о том, что он украл у нее способность любить и заботиться о своих детях, на самом деле была худшим из того, что он с ней сделал.
 
Но сегодня у меня было кое-что более важное, чем беспокоиться обо всем этом. Сегодня я должна была заслужить всеобщее одобрение.
Я стояла в раздевалке на Питбол арене, старательно завязывая розовую ленту, предназначенную для моих волос, в чокер на шее, пока Бернис стояла на коленях позади меня и рисовала краской для лица на моей заднице.
Вся моя мини-команда занималась тем же самым. Куда бы я ни посмотрела, ленты для волос превращались в чокеры, дымчатые глаза и кроваво-красные губы заменили липкий розовый блеск для губ, которым обычно пользовалась команда Маргарет, а ягодицы были расписаны. Идеально.
Бернис закончила рисовать на моей заднице и встала рядом со мной с улыбкой, поправляя декольте в темно-синем укороченном топе с серебряной надписью ZA.
Я оглядела группу девушек, все они сияли от возбуждения.
На самом деле, я тоже улыбалась. Как бы мне ни было неприятно это признавать, чирлидинг на самом деле был забавным занятием. И все эти девушки были довольно крутыми. Бернис была мне как родная сестра. Язвительные комментарии и неприкрытые оскорбления срывались с ее губ настолько беспощадно, что она часто вызывала у меня удивленный смех. Как команда, мы много смеялись и работали изо всех сил, чтобы усовершенствовать эту программу. К моему большому удивлению, на самом деле меня заботила победа в этом конкурсе по гораздо большим причинам, чем просто надрать задницы Маргарет и Кайли. Я хотела поболеть за предстоящий матч по питболу против Академии Авроры, выкрикивая имена моей сестры и Джеральдины, пока они играют.
— Все готовы? — крикнула я, привлекая внимание своей команды, готовясь произнести им ободряющую речь.
Но прежде чем они закончили взволновано мне отвечать, дверь раздевалки открылась.
— Убедись, что ваши задницы прикрыты! — позвал Вошер, когда он с важным видом вошел прямо в комнату, одетый в костюм из лайкры «все в одном», который, как я догадалась, предназначался для езды на велосипеде. Вещь была красной с серебряной молнией, проходящей по центру его груди, которая, конечно, не была застегнута даже наполовину. У него были укорочены штанины, заканчивающиеся у колен, но с тем, насколько тесной была эта чертова штука, он мог быто просто голым.
— Мы как раз выходим на поле, — сказала я сквозь стиснутые зубы, когда он пробирался сквозь группу, проводя руками по рукам девушек и проходя мимо, вызывая у них слабые вдохи, когда он использовал на них свои дары Ордена.
С тех пор, как он был назначен помогать Ориону с наблюдением за тренировками по питболу и чирлидингу, мы слишком часто подвергались такого рода визитам, и если бы мне пришлось ещё раз слушать, как он предлагает добавить больше наклонов и шпагатов в нашу программу, я закричу.
— Я просто хотел прийти и предложить свои услуги для вашего выступления, — сказал он с широкой улыбкой. Его зубы были слишком белыми на оранжевом лице, но, похоже, он сам захотел так выглядеть. — Я просто чувствую, что финал будет лучше, если вы будете все мокрыми.
— Что? — спросила я, нахмурившись.
— Ну, знаете, водное шоу в конце. Всего пара струек, и вы все будете трясти мокрыми волосами под музыку и…
— На данный момент мы не можем изменить нашу программу, — сказала я сквозь стиснутые зубы.