Проклятые судьбы (ЛП)

— Почему бы тебе не поразить меня огнем Феникса? — насмехался он, пока я колдовала лозы, вырывающиеся из половиц у его ног и опутывающие его тело.
Я снова попыталась дотянуться до своего Феникса, пока Лайонел был вынужден сосредоточиться на борьбе с виноградными лозами, и мое сердце затрепетало в панике, когда я не смогла вытащить его из кожи.
— Что ты со мной сделал? — зарычала я, бросая больше магии в лозы, покрывая их льдом и фиксируя их на месте вокруг его ног.
— Я не хотел, чтобы ты использовала свои дары Ордена и сбежала, прежде чем предложишь свои услуги, поэтому мы наполнили дом Подавителем Ордена. Ты не сможешь призвать своего любимого Феникса в течение нескольких часов — по крайней мере, если не примешь противоядие, как мы с Кларой. — Лайонел ухмыльнулся мне, раскрывая всю глубину этой ловушки, и я прокляла себя за то, что была такой упрямой идиоткой, раз угодила прямо в нее.
Я в ужасе уставилась на него, а Лайонел воспользовался возможностью и разрушил мои лозы со льдом мощным потоком огненной магии, после чего отправил их в мою сторону.
Я приготовилась к этому, создавая вокруг себя свой собственный огонь, и жар пламени только усилил мою мощь, и я перетянула весь его огонь под свой контроль, поглощая взрыв, а затем швыряя его обратно в него в десятикратном размере.
Я зарычала на него, когда он пытался защититься, и за моей атакой последовал поток воды, который я заморозила по всей поверхности его щита, делая его все толще и толще, пытаясь сдержать его, пока мчалась к разбитому окну.
Я отчаянно выругалась, когда обнаружила, что мой путь все еще заблокирован его воздушным щитом, но тут же обратила внимание на стену, пока звук трескающегося льда заполнял комнату.
Я собрала силу в свои руки и запустила огонь и воздух в стену со всем, что у меня было. Со стороны дома посыпались кирпичи и штукатурка, а я крепче сжала свой щит, когда на меня посыпались новые осколки.
Я побежала к пещерному отверстию, которое пробила в стене дома, но Лайонел бросил за мной огненные плети.
Они закручивались вокруг моего воздушного щита, плотно обхватывая его, заставляя остановиться, пока я боролась за целостность щита.
Я ахнула, когда мои ноги начали скользить по паркету, ведь Лайонел использовал кнуты, притягивая меня к себе.
Я стиснула зубы и вложила еще больше энергии в свой щит, сосредоточившись на тех местах, где сжимались кнуты.
Магия воздуха врезалась в верхнюю часть щита с такой силой, что у меня перехватило дыхание, а когда я сосредоточилась на боковых сторонах, его магия пробила мою.
Я закричала, когда меня зажало в воздушной клетке и повалило с ног.
Моя спина ударилась об обеденный стол из красного дерева, и боль пронзила позвоночник, когда нити магии воздуха обвились вокруг меня, удерживая на месте.
Я боролась с ними изо всех сил, но по мере того, как мои руки прижимались, мне становилось все труднее и труднее подчинить силу своей воле.
Лайонел двинулся, вставая у моих ног, и я проклинала его, пока билась в путах, сумев высвободить ногу и ударить ему прямо в нос.
Ужасный рык сорвался с его губ, когда кровь залила его лицо, и вспышка триумфа наполнила меня, пока я боролась, как кошка, освобождаясь от остатков его магии.
Лайонел схватил меня за ногу, его пальцы впились в икру с такой силой, что я вскрикнула, когда он снова прижал ее к столу.
Но я не собиралась сдаваться. Я, блядь, отказывалась подчиняться прихотям этого психопата и была готова пролить кровь за свою свободу, если это было необходимо.
Тени лизнули кожу, и я скользнула в их объятия так же легко, как дышала, покрывая свою кожу тьмой, жаждущей крови.
Тени извивались из моего тела, потянувшись к нему, и обвились вокруг его запястий, пока он пытался удержать меня.
Я подстегивала их, когда они проникали под его кожу, стремясь к его сердцу, его душе, его силе.
Лайонел застонал, когда мои тени вторглись в него, и извращенная улыбка заиграла на моих губах, когда я почувствовала, как их голод заражает меня. Чем больше я гналась за тем, чего они хотели, тем крепче становилась их хватка и тем слаще звучал их зов.
 
К моему удивлению, Лайонел не пытался бороться со мной, вместо этого его глаза загорелись ликованием, когда я погружалась все дальше и дальше в темноту.
— Вот и все, — вздохнул он, его хватка на моей ноге ослабла, и он стал ласкать меня, а не сдерживать. — Прими их.
Его слова звучали в моих ушах как колокольный звон, а все мое тело покалывало от удовольствия, которое доставляли мне тени. Они жаждали, чтобы я еще глубже погрузилась в них, звали меня по имени, как в самой сладкой песне. Но когда я практически приблизилась к забвению, которое они предлагали, воспоминание о голосе сестры позвало меня обратно.
С рычанием неповиновения я отпрянула от темноты, прислонившись спиной к столу, и потянула за магические путы, сковывающие мои запястья, заставляя тени вернуться под мою кожу.
Губы Лайонела скривились в усмешке, его магия быстро обвилась вокруг моей свободной ноги, и он привязал ее тоже.
Магия воздуха сжалась вокруг моих рук, прижимая их к столу, и он наложил на них плотный щит, фиксируя неподвижно, чтобы я не смогла использовать какую-либо магию.
— Какого хуя тебе нужно? — закричала я на него, когда он потянулся залечить повреждения, которые я нанесла его лицу.
— Мне нужна Вега, которая готова поклониться мне, — промурлыкал он, обходя стол, его глаза загорелись, когда он посмотрел на меня сверху вниз, прижатую к нему, как бабочка на доске, ожидающая конца.
— Я скорее умру, — прорычала я.
Лайонел фыркнул, как будто я была для него не более чем помехой.
— Меня всегда поражало, как многие фейри бросаются такими словами, будто они ничего не значат. Да, смерть может быть простым освобождением, но что, если сделать это не таким легким способом? Что, если я буду стоять здесь и резать тебя на части кусочек за кусочком, пока ты не согласишься на мои условия? В любой момент, когда ты станешь близка к смерти, я просто исцелю тебя и начну все сначала. Как долго, по-твоему, ты будешь сопротивляться мне?
Он придвинулся ближе посмотреть мне в глаза, а я плюнула ему в лицо.
Псих даже не вздрогнул, но его взгляд жадно потемнел, когда он протянул руку, чтобы убрать волосы с моего лица.
— Все, что тебе нужно сделать, чтобы я остановился, — отдаться теням, — выдохнул он, двигаясь вокруг стола, его пальцы скользили по моему телу от шеи до лодыжки, вызывая дрожь отвращения, пока он не остановился у моих ног. — Как только ты подчинишься силе тьмы, ты будешь добровольно следовать за Принцессой Теней и выполнять мои приказы, когда потребуется.
— Никогда, — прорычала я, и уголок его губ дернулся в усмешке.
Я пыталась сдержать свой страх, когда он стянул с меня кроссовок и провел большим пальцем по стопе.
— Что ты делаешь? — спросила я, мои мышцы напряглись, когда он вытащил нож из-за пояса.
— Ты точно должна знать, кому принадлежишь, — выдохнул Лайонел, и выражение его лица загорелось жадностью. — И у меня есть небольшая теория, что с блокировкой твоей формы Ордена, ты больше не имеешь иммунитета к огню Дракона. Как думаешь, сколько раз мне придется выжечь свое имя на твоей коже, прежде чем смысл сказанного дойдет до тебя?
Его хватка на моей ноге внезапно усилилась, и я в панике ударилась о стол, когда он положил нож и поднял палец, прижав его к моей стопе, чтобы я могла прочувствовать расплавленный жар его магии.
— Подожди, — ахнула я, но он не упустил момент, прижал палец к моей коже и начал выжигать букву «А» на ступне.
Боль была ослепляющей, каждый нерв в моем теле горел, как в огне, когда я пыталась вырваться из своих оков, пока его магия удерживала меня. Я никогда раньше не чувствовала боли от огня, и она не была похожа ни на что, что я когда-либо знала. Ожог, пронзивший меня насквозь, прорвался сквозь моё тело и зажег меня агонией, когда он провел пальцем по моей коже.