Эсминцы. Коса смерти
Семейное торжество началось, как обычно, с поздравлений имениннику и выдачи ему подарков. Наташа с Сашей, хотя сказали, что отправляются за подарками, ничего отцу не купили, потому что в воскресный день большинство магазинов не работали. Впрочем, это не помешало подарок выдать. Просто Саша заранее приготовил его и сейчас от себя и Наташи поздравил родителя, вручив ему новенький фотоаппарат «ФЭД», купленный по случаю пару месяцев назад. Игорь и Нина подарили отличный цейсовский бинокль, а Леша принес великолепную модель парусника-клиппера «Катти Сарк». Ну и, конечно, подняли тосты за именинника. Тут уж Александр не сдержался и пил алкоголь вместе со всеми. Мужчинам разлили армянский коньяк, а женщины пили вино из Грузии с названием «Хванчкара». Говорили, что именно такое предпочитает товарищ Сталин. И разумеется, за здоровье товарища Сталина тоже подняли тост.
Когда все немного захмелели, то начали петь песни. В гостиной стояло пианино марки «Красный октябрь», и дядя Игорь играл на нем мелодии романсов, а Нина пела приятным сильным голосом, почти как настоящая певица. Понемногу стол опустел и перешли к чаю с большим тортом. Когда его открывали, все увидели на картонной крышке белых медведей, эмблему знаменитой кондитерской «Север», которая перед войной называлась на английский манер «Норд».
Алкоголь ударил в голову и Александру и, выпив чай из серебряного подстаканника с барельефом в виде серпа и молота на фоне восходящего солнца, он закусил куском вкуснейшего торта, потом снял со стены гитару и начал петь песни Высоцкого. Когда-то, еще не будучи старым, он этими песнями очень увлекался. Все родственники застыли и слушали неизвестные песни буквально открыв рты, так слова подействовали на них. Просили спеть еще. После каждой песни все аплодировали. А захмелевший отец даже сказал, что надо бы изучить, какие там песни Сашка еще знает и выбрать из них репертуар для передач по радио с целью поднятия боевого духа краснофлотцев и красноармейцев, и что он, как комиссар, об этом обязательно позаботится.
А Леша подсел поближе, положил руку Саше на плечо и проговорил немного заплетающимся языком выпившего с непривычки человека:
– Кстати, про локаторы. Я вот тут сегодня утром с ребятами поговорил. Так обещают сделать образец новой радиолокационной станции на «Светлане» и экспериментальную радиолабораторию помогут мне создать на «Арсенале». Тогда и у меня ребята-электронщики смогут устроиться и делать электронную технику. А на Путиловском уже по моим чертежам самоходки начали изготавливать. Да, еще новость есть, на моем заводе в экспериментальном цехе попробовали многозарядное противотанковое ружье тоже смастерить. И оно стреляет! Назвал его «Противотанковая автоматическая винтовка Добрынина», сокращенно ПТАВД. Так что, давайте, ребята, мне еще информацию. Все техническое пригодится в моей работе.
Услышав, что Леша, обычно непьющий, выпив на семейном празднике несколько стопок коньяка, начал уже разбалтывать военные тайны, дядя Игорь стал прощаться. А именинник отошел ненадолго, потом вернулся в гостиную и сказал, что вызвал по телефону своего шофера, который на служебной машине развезет гостей по домам. Условились, что сначала поедут отвезут Лешу, который сегодня, предвидя, что от выпивки отвертеться будет невозможно, явился в гости не за рулем, а пешком, и Игорь поможет подняться двоюродному брату на его третий этаж и заберет из его квартиры своего ребенка. Так семейное торжество и закончилось, а вместе с ним заканчивался и воскресный день. До начала войны оставалось две недели.
Глава 30
За две недели Александром Лебедевым на всех эсминцах были подготовлены группы диверсантов-корректировщиков, которые после интенсивных тренировок к двадцатым числам июня уже могли справляться с задачей скрытной высадки на берег и корректировки корабельной артиллерии с помощью рации. С нужными инструкторами помог отец. Его знакомые, опытные ветераны Первой мировой и Гражданской, которые все еще находились в строю, учили начинающих диверсантов навыкам стрелкового и рукопашного боя, а также минно-взрывному делу.
Бумагу, составленную Трибуцем и Пантелеевым о преобразованиях на Балтийском флоте, задуманную ими первоначально, как отписка, Евгений Лебедев воспринял всерьез. И сразу начал принимать меры по реализации всего перечисленного. Трибуц зря надеялся, что наверху, получив обширный список требуемого для активизации флота, бумагу завернут и оставят все, как есть. Произошло обратное. Поскольку Жуков всерьез намеревался использовать флоты в предстоящей войне активно, в качестве полноценного прикрытия флангов сухопутных войск, едва получив бумагу с Балтфлота, он разослал директивы о немедленной модернизации кораблей всем наркоматам и управлениям, от кого она зависела.
При заводе вооружений номер семь за неделю создали не просто радиолабораторию, а опытный радиоцех особого назначения, в который собрали лучших специалистов в области электроники, тех, кого порекомендовал директор завода Алексей Добрынин, получив информацию от Александра. И результат не заставил себя ждать. Буквально за три дня была немного переделана и доработана конструкция старой радиолокационной станции РУС-1, которая после модернизации стала способна обнаруживать самолеты за две сотни километров. Мало того, приняли решение поднять ее на дирижабле, что сразу дало увеличение радиуса обнаружения еще в полтора раза.
Готового дирижабля не имелось, и пришлось импровизировать. Дирижабль изготовили сборной конструкции, связав вместе пять аэростатов заграждения и привесив под них гондолу, сделанную из части фюзеляжа списанного бомбардировщика. На обрубки крыльев установили два мотора, которые не только обеспечивали перемещение, а вращая генераторы, выдавали электроэнергию. Спереди и сзади расположили по пулемету, на всякий случай. Электронную аппаратуру поставили внутри гондолы, а антенны РЛС подвесили снизу. Систему назвали «Полет». Единственным существенным недостатком оказалось то, что этот импровизированный дирижабль не мог садиться без риска сломать антенны РЛС. Впрочем, пока решили причаливать его к специальной вышке. Одновременно велись работы по установке радиолокационных станций на флагманский эсминец нового флотского соединения ПВО «Яков Свердлов». В ближайшее время планировалось оснастить подобными РЛС оба линкора, оба крейсера «Киров» и оба лидера эсминцев.
Вопреки тому, что идею Трибуца о переименовании старых эсминцев типа «Новик» в малые легкие крейсера ПВО нарком ВМФ Кузнецов утвердил, в верхах такое переименование не поддержали. Нарком обороны Тимошенко и Жуков потребовали решение о выделении перевооруженных эсминцев в новый класс кораблей аннулировать и оставить наименование «эсминцы ПВО». Так что бумажная комбинация с переименованием не удалась, зато реальное перевооружение получилось. А еще все семь старых эсминцев привели в порядок, подлатали и покрасили. Последним переоборудовали эсминец «Ленин». Он находился в самом плохом состоянии из всего соединения старых эсминцев. После того, как Государственная комиссия приняла корабли, прошедшие модернизацию, Трибуц даже решил провести смотр всех семи переделанных эсминцев на Неве 22-го июня, чтобы поднять боевой дух жителей Ленинграда.
Исходя из того, что немцы в самом начале войны бомбить Ленинград, вроде бы, не планировали, Генштаб распорядился передать половину имеющихся вокруг города сил ПВО в войска второго эшелона для усиления противовоздушной обороны укрепрайонов старой границы. Интенсивно готовили и зенитчиков. Особое внимание уделялось не только быстроте и точности захвата и сопровождения целей, но и различению своих и чужих самолетов по их силуэтам. Под руководством начальника Генерального штаба РККА генерала армии Жукова на картах были проведены командно-штабные учения по теме: «Ведение боевых действий в зонах ПВО крупных городов при отражении массированных ударов авиации противника, как в дневных, так и в ночных условиях». В учениях задействовали оперативные группы штабов ПВО и истребительной авиации.