36 и 6, или Любовь по рецепту (СИ)

– Скворцова и Полянский? – уточнила женщина в круглых очках.
– Скворцова, – кивнула я.
– И Полянский, – отозвался Стас.
Все прошло за десять минут: отдали паспорта, поставили подписи в журнале регистрации, забрали свидетельства и проштампованные паспорта обратно.
– Кольца! – вспомнил Стас уже в коридоре и полез в карман пиджака за коробочкой с обручальными украшениями.
Мне вдруг стало смешно от всей этой суматохи, которую мы сами создали:
– Могли бы и дома ими обменяться.
– Ну хоть что-то мы должны сделать по-человечески! – Стас тоже улыбался, доставая кольца. – Давайте ваш палец, госпожа Полянская, сейчас окольцуем вас…
– Звучит как-то устрашающе, – усмехнулась я и позволила ему надеть украшение на безымянный палец. Как я ни бодрилась и шутила, но все же испытала в этот момент волнительный трепет, до мурашек. Особенно когда он назвал меня «госпожа Полянская». – Сейчас я отомщу вам тем же… –  и в следующую секунду уже сама надевала кольцо на палец Стаса.
– Теперь ты моя жена, – он обнял меня за талию и притянул к себе. – Официально. И фамилия у тебя теперь моя… И, вообще, ты вся моя.
– Какой, оказывается, мой муж собственник, – ответила я игриво. И мысленно несколько раз повторила со щемящей радостью: «Мой муж».
– Это нужно скрепить поцелуем, не забыла?
– А здесь можно? – я покосилась на двух тетечек-работниц, проходивших мимо.
– Здесь нужно! – Стас со смехом поцеловал меня, потом еще раз, уже более «вдумчиво».
У выхода из ЗАГСа он подхватил меня на руки, когда же мы вышли на крыльцо… На нас посыпался рис, лепестки роз и еще какая-то мишура. Сперва я решила, что мы случайно попали под поздравительный обстрел другой пары молодоженов, или же нас кем-то спутали, но потом поняла, что на крыльце мы одни. А еще миг спустя увидела Таньку. И возвышающегося за ней Лешу. Смеющегося Данилу. Ухмыляющегося Бориса. И даже сестру с племяшкой.
– Ага! – радостно закричала подруга, бросая в нас очередную горсть риса. – Думали, мы не узнаем?
– Откуда вы узнали? – охнула я и взглядом попросила Стаса поставить меня на землю: как-то не очень было выяснять причины в таком положении.
– У нас есть свои шпионы, – Данила всучил мне огромный букет роз.
– Какие шпионы? – я уже вовсю улыбалась, забыв о возмущении. – Кто?
– Мы его тоже пригласили, – Даник кивнул в сторону Леши, и из-за его спины вдруг робко выглянул мой медбрат.
– Кирилл? – моему изумлению не было предела.
– Он слышал ваш разговор с Боссом о росписи в ЗАГСе, – подмигнул мне Данила.
А Кирилл покраснел и пробормотал:
– Извините…
– Но как он вам об этом рассказал? – не до конца поняла я.
– А мы с ним с некоторых пор дружим, – хохотнул Данила.
– Только не говорите, что… – я с подозрением посмотрела на Стаса.
– Я просто держу руку на пульсе, – тот сделал невинное лицо.
– Ну все, прекратите! Потом разберетесь, – Танька растолкала мужчин, тоже вручила мне букет и крепко обняла. – Поздравляю тебя, подруженька! – и уже понизив голос: – Я же говорила, что тот ритуал на любовь действует, а ты не верила. Мы с Лешиком, кстати, тоже хотим подать заявление. Только вначале мне предстоит знакомство с его мамой… В следующую субботу.
– О, – протянула я шепотом, – желаю удачи…
И все-таки сваха получилась из меня отличная! Леша просто с первого взгляда по уши влюбился в Таню, ну а та, как видите, ответила ему взаимностью. Вот уже и с мамой нашего Терминатора идут знакомиться. Но я как-то ни капли не сомневаюсь, что Таня той понравится…
Пока мы обнимались с подругой, Стаса уже успела поздравить моя сестра. Лера с некоторых пор не чает в нем души, что не удивительно: как только адвокат Полянский вышел из тени («восстал из мертвых», как он сам до сих пор шутит) и вернулся к работе, то первой его клиенткой стала моя сестра. Нужно ли говорить, что ему с легкостью удалось отсудить мою племянницу у отца-самодура? Вдобавок господин адвокат обзавелся еще одной обожательницей. Вернее, двумя: Лерина дочка тоже любит «дядю Стаса» до безумия.
 
– Мама с папой ждут в ресторане, – заговорщицки сообщила мне Лера. – При полном параде и готовности.
– Но они же никакую родню больше не пригласили, нет? – замирая от ужаса, спросила я.
– Нет, но каравай с солью уже наготове, – «успокоила» сестра. – И частушки от папы.
Что ж, каравай я еще выдержу, а частушки… Папа, за что?
– Где тут у нас новобрачные? – отвлек меня от мысленных стенаний знакомый голос.
– Владлен Филиппович! – я на радостях было кинулась к старику, но тут наткнулась взглядом на Ларису, идущую позади.
– Я на минутку, – она усмехнулась, заметив мою растерянность. – Привезла дядю к вам, заодно и поздравлю.
– Но ты ведь приглашена в ресторан, – я попыталась замять собственную оплошность.
– Действительно, ты чего? – Стас тоже подошел к ней.
– Мне на работу надо, – Лариса снова улыбнулась, но одними губами, взгляд ее при этом был напряжен. – Потом расскажете, фотографии покажете…
– А может, вечером подъедете? – встрял Данила. – Там танцы начнутся, фейерверк…
– Я посмотрю, если получится… – ушла от ответа майор Карпенко. – Но не ждите меня… Кстати, Стас… – замялась она потом. – У меня новость. Не хотела сообщать ее при таких радостных обстоятельствах, но, думаю, тебе будет важно узнать ее одному из первых.
– Касается Черкасова? – Стас сразу стал серьезным.
Мы все тоже обратили взгляды на Ларису.
– Он покончил собой сегодня ночью, в камере… – ответила она тихо. – Все-таки не вынес своего приговора…
Двадцать пять лет строго режима. Именно к такому наказанию приговорил суд Черкасова несколькими днями ранее. Трудно было предположить, что он доживет до его окончания. Да и с таким «послужным списком» его вряд ли бы встретили на зоне с распростертыми объятиями, вот он, похоже, и выбрал более легкий путь. Ушел из жизни сам.
– Пока мы расследуем, как это произошло, и кто ему помог, – продолжала между тем Лариса, – но факт уже свершился…
– Спасибо за информацию, – нахмурившись, кивнул Стас.
– Все, забудь пока, – Лариса с улыбкой похлопала его по плечу. – У вас сегодня более важное событие. Веселитесь. Еще раз поздравляю. И ухожу… Дядю посадите на такси!
– Посадим, – с ответной улыбкой пообещал Стас. – Не волнуйся.
– Я и сам доеду, Лара, что ты со мной, как с маленьким? – обиженно вставил Владлен Филиппович.
Лариса еще раз улыбнулась, взмахнула рукой на прощанье и направилась к машине.
– Ну что, в ресторан? Или сперва по бокальчику? – желая разрядить обстановку, показал бутылку шампанского Данила. Потом встряхнул ее хорошенько – и пробка с громким хлопком улетела в неизвестном направлении. – Набегай!
Таня тем временем подсуетилась и раздала всем пластиковые стаканчики.
– Ну что, дорогие мои! – Владлен Филиппович по старшинству поднял стаканчик первым. – Что я могу сказать? Горько!
И следом веселый хор голосов:
– Горько! Горько!
– Вот этого я и боялась больше всего, – шепотом сказала я Стасу и засмеялась.
– От судьбы не уйдешь! – он тут же заключил меня в объятия и запечатлел на губах нежный поцелуй. – А теперь праздновать…