Продавщица: Назад в пятидесятые (СИ)
Распрощавшись с былым возлюбленным и порадовавшись, что все обошлось без штампа в паспорте и, соответственно, необходимо погашать долги супруга, я утащила все свои скромные пожитки и снова зажила в родительской квартире. Родители к тому времени уже умерли, и хрущоба досталась мне. Наверное, это было единственное что-то хорошее в моей жизни. И до работы снова стало близко.
***
Вдруг открылась соседская дверь, прервав мои воспоминания о жизни с Толиком, и из нее высунулась любопытная тетя Маша. Ни говоря ни слова, она просто уставилась на нас, явно ожидая интересного продолжения разговора. Я так же молча с вызовом уставилась на нее в ответ. Устраивать разборки в присутствии посторонних в мои планы явно не входило. Из квартиры высунулась пара любопытных кошачьих глаз и донесся резкий запах туалета. Я поморщилась. Поняв, что игру в молчанку она не выиграет, тетя Маша показала пакет с мусором и елейным голоском попросила:
- Галенька, у меня ножки старые, больные, ты, может быть, выкинешь?
- Тетя Маша, а у меня грыжи в позвоночнике, может быть, Вы за меня машину на работе разгрузите?
Соседка удивленно поджала губы и продолжала так же молча и с вызовом смотреть на меня.
Поняв, что косарь на пиво с воблою не обломится, Толик тяжело вздохнул и поплелся к выходу. За ним тянулся шлейф перегара и немытого тела. Тетя Маша все так же глядела на меня, только уже сочувственно.
- Галь, ты чего? - робко начала одна. - Хороший мужик ведь...
- Вот и забирай себе, будешь на каталке возить, когда инсульт хватит. Он жалуется, что есть нечего, а сам пиво с кальмарами каждый день жрет! - почти заорала я от безысходности, неожиданно для себя перейдя на "ты".
- Ладно, ладно, - торопливо заговорила соседка. - Я лишь имела в виду, что, может быть, ты повременишь, подумаешь...
- Пока думаешь, уже поздно будет, - отрезала я и захлопнула дверь. Снова оказавшись в квартире, я плюхнулась на пуфик, стоящий в прихожей, и, тяжело дыша, оперлась спиной о стену. Со мной явно происходило что-то не то. Ну не разговариваю я так обычно с пожилыми людьми, даже тогда, когда они этого заслуживают. Было острое ощущение, что какой-то этап в жизни закончился. И навсегда.
Нет, на первый взгляд, все выглядело, как обычно. Я заварила себе кофе, разогрела макароны, которые вчера так и не успела съесть, потому что, придя домой просто плюхнулась на кровать в одежде и уснула, немного потупила в социальных сетях и, надев тапки и накинув куртку, спустилась пешком на первый этаж. Лифта в моей хрущобе нет. Тольки, как и следовало ожидать, в подъезде уже не было. О былом возлюбленном напоминал только стойкий запах. Нажав на кнопку рядом с дверью, я вышла на улицу и изумилась, не веря своим глазам.
Глава 3. Прыжок в СССР
Выйдя из подъезда, я замерла, как вкопанная. Ничего себе. Это что такое? Куда я попала? Что происходит? Может, я сплю сейчас у себя дома, а над ухом надрывается надоевшая мелодия будильника "Звуки леса"? Я на всякий случай поморгала несколько раз. Ничего не поменялось. Ну Галюсик же у нас упрямая, попробую еще раз. Теперь я ущипнула себя за руку. Снова ничего не поменялось. Только на моей руке, которая привыкла ежедневно таскать палеты с продуктами, рядом со следом от давнего ожога появилось красное пятно. Значит, все, что со мной происходит, это никакой не сон? А где же я тогда?
Я еще раз пару раз моргнула и, поняв, что это ничего не меняет, в растерянности огляделась по сторонам. Вообще какое-то незнакомое место. Если я не сплю, тогда остается только один вариант. Неужто Галюсик потеряла память? Да рановато вроде, мне еще и пятидесяти нет. Немолода, конечно, но и не старушка еще. Хотя мой сосед по хрущевке, дядя Петя, с которым мой бывший сожитель Толик любил периодически раздавить "пару пузырей", уже к сорока годам начал вести себя странновато: мог потеряться во дворе, когда выходил за хлебом, запросто выйти на станции метро "Купчино" и пойти домой на проспект Просвещения пешком. А мог поехать на работу на Комендантский проспект, а выйти на станции метро "Адмиралтейская".
Однажды любителя долгих пеших прогулок заметил случайный водитель фуры, когда дядя Петя шел по трассе, разговаривая с букетом сирени, который он бережно нес в руках. Болтливого любителя флоры забрали в больницу имени Скворцова-Степанова, и больше я его не видела. Ну а мой сожитель Толик горевал недолго и быстренько нашел себе других собутыльников, благо в нашем районе Питера в них недостатка нет. Пройдись по этажам, предложи пузырь - вот тебе и компания.
Но я-то вообще не пью. Откуда у меня тогда ранние расстройства психики и дезориентация в пространстве? Да и не ездила я никуда сегодня. Мало того что не ездила - вообще из дома не выходила. Просто проснулась утром, в обычное для меня время под назойливый звонок будильника, который я сначала приняла за звуки леса, поругалась с Толиком, нахамила тете Маше (точнее, поставила ту на место, о чем, как ни странно, даже при своем мягком и терпеливом характере ничуть не жалею), попила кофе с макаронами (чудное сочетание) и поперлась на любимую работу в магазин у дома. А где, кстати, этот магазин?
Я повертела головой в поисках до боли знакомой вывески, которую я почти ежедневно наблюдаю уже тридцать лет. Правда, сначала это был просто "Универсам", а потом уже - супермаркет всем известного бренда, когда один дяденька со звучной фамилией Арутюнян вдруг переименовал себя в Галицкого. Однако улица, на которую я вышла, была мне совсем не знакома. Никакой помойки, которую раньше я ежедневно наблюдала из окна из своей квартиры на пятом этаже и которую вывозили раз в три дня, потому что ушлые автолюбители вставали возле нее и мешали мусоровозу, не было. Не было даже намека на помойку. Не было трех жалких деревьев, которые гопники еще не сломали. Не было и моего родного (читай - ненавистного) магазина. Чудесным, необъяснимым и загадочным образом прямо из своего мрачного загаженного подъезда хрущобы я вышла на широкий, шумящий проспект, по которому туда-сюда носились автомобили. По тротуару мимо меня то и дело сновали громко говорящие на какие-то свои, непонятные мне темы, люди. Пару раз меня даже весьма невежливо толкнули. Я недовольно поморщилась. Понимаю, конечно, что дама я полная, но не занимаю же всю ширину улицу. Можно и обойти аккуратно.
- Молодец Стрельцов, здорово в футбол играет! Немцев мы обыграли! - донеслись до меня слова какого-то мальчишки, на вид лет тринадцати, который вместе с компанией шумных друзей прошагал мимо. Не знаю, кто такой этот Стрельцов, но если забил, то молодец, раз ребятня так восхищается. Видимо, какой-то важный гол забил. В футболе я разбираюсь примерно так же, как наша новенькая кассирша - в переклейке ценников. Из футболистов я только Аршавина знаю. За "Зенит" он вроде бы играл. Не уверена точно, но, кажется, это тот, который сказал: "Ваши ожидания - Ваши проблемы". Эту фразу часто любила повторять наш директор магазина, когда мы ей говорили, что ждали зарплату чуток побольше. Тысяч на десять.
Ладно, отойду лучше к краю тротуара, а то вообще снесут. Может, я от всех переживаний, постигших меня за последнее время, начала ходить во сне? И почему мне не холодно, если я вышла на улицу? И почему я так легко одета? Благодаря Толику, который зажал мне тысячу на хорошие добротные теплые колготки из верблюжьей шерсти, я приобрела себе хронический цистит, и теперь даже не в мороз, а просто в прохладную погоду теперь одеваюсь очень тепло. Если на улице меньше плюс пятнадцати - обязательно теплая одежда.
- Поосторожнее, гражданка! - беззлобно попенял мне какой-то старичок. - Вы же прямо на дороге стоите. Отойдите, товарищ, Вас же снесут.
- Что такое ? - мигом ощерилась я. Где я вообще нахожусь? Неужто меня опять коллеги из магазина опять разыгрывают? И какая я "гражданка"? Какой я ему "товарищ"? Так уже лет сорок ни к кому не обращаются. По сравнению с изрядно надоевшим ложным вызовом: "Галя, у нас отмена!" это прямо новшество. Новый розыгрыш, что ли, девчонки придумали? Опять, наверное, от скуки на работе маются. Лучше бы ценники проверили, а то опять придет вчерашний обалдуй с самокатом подмышкой и хвостиком на голове и начнет: "Деевушка, а арбуз бесплатно, на нем ценника не было. Но я его взял и донес до кассы, а поэтому Вы обязаны мне продать бесплатно, я законы знаааю".