Продавщица: Назад в пятидесятые (СИ)

Я раскрыла дверцы шкафа и в задумчивости остановилась. Что бы надеть? Вещи на вешалках были разделены на три части: моя, Лиды и Веры, третьей нашей подружки. Вот только что из этого всего мое? Как не ошибиться? Время поджимает. Кинув взгляд на стул, я увидела на нем платье, в котором вчера неожиданно здесь очутилась, и, ни минуты не раздумывая, надела его.
Открыв тумбочку, я нашла нехитрый набор: новую запечатанную зубную щетку, жестяную баночку, на которой было написано: "Зубной порошок", губную помаду, крем для рук и еще какие-то необходимые женщинам мелочи. На спинке моей кровати висело полотенце. Так, надо быстренько пойти умыться. Выйдя из комнаты, я увидела девочек с полотенцами в руках, куда-то направлявшихся, очевидно, туда же, куда и я. Я пристроилась за ними. Навстречу мне шла Лида со сковородкой в руках, от которой доносился аромат аппетично шкворчащей яичницы. Значит, подгореть она все-таки не успела, и мы сытно позавтракаем. Увидев меня, подружка одобрительно кивнула.
- Давай, умывайся, и завтракать! - скомандовала она.
- А Вера где? - неуверенно спросила я, все еще не веря, что все происходящее со мной - не сон.
- Так в красный уголок пошла, конспекты свои читать, - хмыкнула Лида. - Не спится ей с утра пораньше. На выходе потом встретимся, вместе поедем.
Наскоро умывшись и приведя себя в порядок, я позавтракала вместе с Лидой и спустилась на первый этаж, вместе с толпой таких же юных красивых девчонок. В общежитии жили только девочки. Все они куда-то спешили. Из случайно услышанных отрывков разговоров я услышала, что часть живущих здесь девочек работала на одном заводе с нами, другие - на автозаводе по соседству. Им даже не нужно было садиться на автобус - до завода можно было дойти пешком минут за тридцать. Поэтому они могли себе позволить поспать подольше.
В холле общежития сидела все та же вахтерша. Лида кивнула ей и окликнула поджидавшую нас Веру, которая внимательно читала конспект:
- Пойдем, автобус вот-вот подойдет. - Да вылези ты уже из своих тетрадок!
Поежившись от утренного холода, мы залезли в подошедший автобус и залезли. Мест нам не хватило, значит, ближайшие полчаса придется ехать стоя. Что ж, я молодая, могу и постоять. Пытаясь не привлечь внимание, я разглядывала окружающих. Как будто я попала в атмосферу советских фильмов! Парни, которые, видимо жили в недавно заселенных блочных пятиэтажках, явно тоже ехали на свои заводы или фабрики. Одеты были они очень просто: рубахи, брюки с высокой талией. На некоторых, однако, были джинсы и остроносые ботинки. Эти, наверное, из семей побогаче, предположила я.
- Надо же билет купить! - вспомнила я. - Где тут "Подорожник" приложить?
- Какой подорожник, Дашка, ты что, порезалась, приложить хочешь? - вздохнула Лида. - Опять тебе какие-то кошмары снились? Давай сюда деньги.
Ну точно! Какой "Подорожник"? Он и современной-то Москве не сработает, а уж тем более - в Москве пятидесятых. Ладно, буду изображать из себя простушку, только недавно приехавшую в Москву. Судя по рассказам девочек, я такая и есть. А если будут задавать вопросы - скажу, что не выспалась.
На стуле рядом с платьем висела небольшая сумочка на ремешке, ее-то я и взяла с собой. Раскрыв ее, я достала оттуда пригоршню мелочи и протянула Лиде на ладони. Та взяла десять копеек, протиснулась куда-то в толпе и вернулась уже с билетом.
- На, держи.
С чувством легкой ностальгии я взяла у нее из рук билетик, отдаленно напоминающий те, которые мы в детстве покупали с бабушкой. Надо же, какой интересный...
Ехали мы довольно быстро. Я с интересом глядела в окно, рассматривая проезжающие автомобили. Теперь такие остались, наверное, только в музеях ретро-машин. Ну ладно, это сейчас не главное. Интересно, как пройдет мой первый день на заводе? Что придется делать?
До завода мы добрались довольно быстро - никаких пробок не было. Стараясь ничем не отличаться от других, я вместе с Лидой и Верой прошла через проходную и переоделась в спецовку. В комнате для переодевания в ряд стояли несколько шкафчиков, на которых были написаны фамилии работниц. Наши с Верой и Лидой шкафчики были рядом. Вера потянулась к шкафчику с надписью "Злотникова". Утром Лиду окликнули "Варенцова", когда нужно было выключить плиту. Отлично, значит я - Кислицына. Ну хоть не "Пряник", а вполне себе нормальная фамилия. Моя догадка подтвердилась: переодеваясь, я нашла в кармане платья маленькую книжечку темно-зеленого цвета с черной надписью "Паспорт" посередине и черным гербом СССР. Внутри было написано: "Кислицына Дарья Кимовна". Вот и выяснили. Интересно, что за имечко такое у моего названного папы - Ким? И откуда оно произошло?
 
Работа, которой мне предстояло заниматься, оказалась не сложной, механической - штамповать на прессе какие-то металлические заготовки. Положить, нажать на педаль - снять, снова положить, снова снять. Справится даже школьник. Уже примерно через пару часов мне более или менее все стало понятно. Девчонки расположились за соседними станками. Я сидела на табуретке, аккуратно повторяла все, что они делают, изредка вставала, чтобы размяться - от долгого сидения спина все же затекала. Пока мне все нравилось, и я стала относиться к происходящему со мной просто как к забавному приключению. Можно было расслабиться и не переживать. Искать меня вряд ли кто-то будет. Пришедший с очередной просьбой одолжить пятихатку Толик позвонит в дверь, попинает, да и уйдет. А магазин... да пропади он пропадом, этот магазин. Вернусь - скажу, что болела. Если вернусь.
Работать на заводе оказалось ничуть не сложнее, чем в "Магните", а в разы легче. Выяснилось, что тут и обеденный перерыв есть, и работа заканчивается ровно в пять - в это время все, работающие в дневную смену, вставали и шли обратно на проходную. Надо же, нормированный рабочий день... И целый вечер впереди.
- Привет! - внезапно окликнули меня. Я от неожиданности чуть не испортила заготовку.
Обернувшись, я увидела парня, который пытался со мной познакомиться. Ну надо же, опять приклеился. Правильно меня Лида предупреждала. Грубить не хотелось - я тут новенькая, и так всего боюсь, заводить врагов - не в моих интересах. Однако надо как-то вежливо его отшить, так, чтобы больше не приставал.
- Ты же новенькая? - весело спросил он. - Я узнал, ты Даша. Может, вечером в кино сходим? Ты куда-то вчера вечером испарилась, я даже номер твой не успел записать. Ты же в общежитии живешь? Можно позвоню?
Я молчала, не зная, что сказать. Был бы на его месте Толик - давно бы придумала пару отборных ласковых слов. А тут... Даже и не знаю, как девушки отшивали парней в пятидесятых. С одной стороны - я от девочек знаю, что он бабник, и вряд ли они меня обманывали, с другой - мне-то он пока ничего плохого не сделал.
- Ступай себе, Юрец, у тебя линия простаивает, - нарочито спокойно сказала Лида не оборачиваясь. Однако Юрий немного напрягся. Лиду, как я поняла, мальчишки на заводе побаивались. Особо наглых и приставучих парней она отшивала резко, не выбирая выражения.
- А ты мама ей, что ли? - попытался поспорить парнишка.
- У нее жених есть, - рубанула Лида, уже повернувшись к нему и вперив в него недобрый взгляд черных цыганских глаз, - а ты давно ли к Зине заходил?
- К-какой Зине? - заикаясь, пробормотал Юрец, делая вид, что ничего не понимает.
- К той, которая родила недавно. Не знаешь, от кого? - Лида специально говорила громко. В нашу сторону уже начали оборачиваться другие работницы. Парня на заводе явно недолюбливали.
- Ступай себе, ступай, - окликнула издалека Юрия какая-то пожилая работница и добавила: - У тебя линия простаивает.
Поняв, что привлек себе слишком много внимания, парень спешно ретировался, пробормотав: "Работы много". Лида выразительно посмотрела на меня, закатила глаза, будто говоря: "Я же тебя предупреждала!" и продолжила работать. Я тоже вернулась к станку, краем глаза заметив, что Юрий, совершенно не расстроившись, работал на прессе, насвистывая какую-то мелодию. Ну этот вечером точно без компании не останется. Я обратила внимание, что стоящий за соседним от Юрия станком невысокий крепкий парень с густой копной светлых волос понимающе усмехнулся, а потом улыбнулся мне, помахав рукой. Краем глаза посмотрев, не видит ли Лида, я тоже смущенно улыбнулась. Парень покраснел и отвернулся.