Великий могучий эльфийский народ (СИ)

Улицы города Вира, в который Летрезен семьсот лет назад официально переехал, были полны разнообразного народу. Вторая столица Эльфийского Союза являлась открытой торговой зоной для всех соседних государств. У гномов, к примеру, здесь была огромная мастерская, где Летрезен и приобрёл «музыкон».
Герцог направлялся в гости к своей давней подруге Сэллиен, которая так же переехала в этот город. Когда Тэлиэль узнала, куда собрался герцог, она по своему обыкновению расстроилась, хоть и дружила с Сэллиен и очень её уважала. Летрезена это очень позабавило. Он даже позволил себе чмокнуть на прощание Тэлиэль в щёчку, чем вызвал у неё очередную волну смущения.
Солнце поднималось всё выше. Погода была прекрасная. Хотелось петь, и Летрезен не стал себе отказывать в этом удовольствии.
— Союз нерушимый эльфийских народов
Навеки сплотила родная земля!
Одна ты на свете, одна ты такая,
Хранимая Хроно святая страна! — вполголоса пропел он.
Почему-то гимн Союза оказался именно тем, что было нужно для поддержания великолепного настроения. Летрезен старался поменьше думать о предстоящих делах, хотя порой, совершенно неожиданно, его настигали воспоминания о совсем иной жизни. О событиях почти девятисотлетней давности, когда демоны были сокрушены и у Союза не осталось более соперников.
Дом Сэллиен был недалеко, и вскоре Летрезен оказался на месте. Немного потоптался у порога, а затем решительно постучал в дверь. Некоторое время никто не открывал. Подумав, Летрезен постучал решительнее и громче. На этот раз дверь распахнулась, и на пороге появилась Сэллиен. Звон колокольчиков сопровождал её появление.
— Здравствуй, милый Летти! — невообразимо красивым голосом поприветствовала она герцога.
— Привет, Сэлли. Я тут мимо прохо… — закончить он не успел, так как Сэлли повисла у него на шее, обнимая, нежно прижимаясь и чуть ли не мурлыча от счастья.
— Я так соскучилась! — сообщила она. — Ты очень давно не приходил ко мне в гости.
— Мы же виделись три недели назад…
— На том ужасном официальном приёме! Мы даже не успели как следует поговорить!
— Успеем ещё поговорить. У тебя, кстати, вкусненького ничего нет? — с невинным видом спросил Летрезен.
— Обжора! Конечно, есть. Проходи.
Они вошли внутрь. Это был трёхэтажный дом, каких много в Вире. Однако, оказавшись внутри, полностью терялось впечатление, что дом создан руками людей. Сэллиен являлась уроженкой Камии, и перестроила полностью своё жилище на эльфийский манер. В крыше были проделаны длинные прямоугольные окошки, освещавшие главный зал. Сам зал был больше похож на оранжерею или на небольшой парк, неведомо как занесённый в этот ничем не примечательный снаружи дом. Прямо посреди зала рос маленький меллорн с серебристым стволом и золотыми листьями, какие встречаются только в Камии. Вокруг ствола спиралью вилась лестница, от которой на каждом этаже расходились эстакады.
Летрезен оглядывался, пытаясь найти что-то новое в окружающей обстановке. Он знал — Сэллиен любила что-нибудь менять в своём импровизированном лесу. Он заметил, что теперь в высокой кроне меллорна и среди других растений поблёскивали маленькие зеркала и рассеивающие линзы, искусно спрятанные и создающие неповторимое впечатление светящегося воздуха.
— Ну, как тебе? — спросила Сэллиен.
— Очень симпатично. Особенно мне нравятся вон те кустики с жёлтыми цветочками. — И, подойдя к одному из указанных кустов, герцог весело спросил: — Я сорву один?
— Нет, — ровным бесчувственным голосом ответила Сэллиен. Повернулась и пошла дальше, увлекая герцога вглубь особняка. Летрезен невольно залюбовался ею. Сэлли, так же как и Тэлиэль, была дриадой, выросшей в Камии, со светлыми шелковистыми волосами и очень приятными чертами лица. Глаза её были янтарного цвета. У Тэлиэль глаза зелёные. Иногда Летрезену доставляло удовольствие сравнивать этих двух эльфиек. Сэллиен неожиданно обернулась. — Кстати, у меня гости! — сообщила она.
— Кто именно?
— Рулф, посланник Колема. А также один из твоих военачальников.
 
— Неужели Эрвил? — тоскливо вздохнув, спросил герцог.
— Он самый.
— Я надеялся, что мы сможем пообедать вдвоём, наедине, — соврал Летрезен, и в очередной раз удостоился улыбки Сэллиен.
— Заходи почаще, и тогда твои надежды не будут напрасными, — хихикнула дриада.
Они вошли в просторную столовую. За длинным столом, приветливо улыбаясь, сидел Эрвил. Помахав Летрезену крепко сжатой вилкой, он вновь обернулся к тарелке, продолжая прерванную трапезу. Рядом сидел Рулф, глава гномьего посольства, с которым Летрезену приходилось периодически встречаться во дворце. В отличие от своих соплеменников, Рулф регулярно брился, чем и выделялся из толпы. В плечах он был не слишком широк, зато имел объёмный живот и сильные руки. И, не смотря на некоторую застенчивость, он являлся одним из самых умных и смелых представителей своего народа. Не удивительно, что Колем выделял его среди прочих. Сейчас же Рулф тихонько сидел в сторонке, пережёвывая кусочек мяса, и его квадратный подбородок неторопливо двигался в такт посторонним мыслям. Вероятно, он просто пришёл за компанию. Эрвил любил в своё время захаживать сюда, когда Летрезен был здесь постоянным посетителем.
— Здравствуйте, Рулф, — поприветствовал Летрезен гнома.
— Приветствую вас, герцог. Рад видеть вас в добром здравии и хорошем настроении.
Летрезен сел за стол напротив Эрвила и задумчиво, ни на кого не глядя, произнёс:
— Эх, сейчас бы мясного чего-нибудь…
Сэллиен улыбнулась и вышла. Не успел Летрезен обернуться, как она вернулась с тарелкой аппетитного рагу.
— Спасибо, — пробурчал Летрезен и набросился на еду, добавив немного салатика, одного из многих, в изобилии стоявших на столе. Так же здесь пестрело великое разнообразие графинов с соками. Герцог особенно любил яблочный сок и регулярно подливал его себе в чашечку из дорогого фарфора.
— Похоже, ты сегодня не выспался, — заметил Эрвил. Герцог только кивнул, не отвлекаясь от еды.
— Подождите-ка, — вмешался гном. — Я всегда думал, что эльфы никогда не спят!
— Это касается только эльфов Камии, — прожевав, ответил Летрезен. — Те, кто вырос в Сиорике или Астии, более очеловечились. Да и первые города Сиорики, между прочим, создали именно люди. Кстати, не только эльфы подверглись такому «очеловечиванию». Держу пари, что у вас была в своё время гораздо более длинная борода, чем сейчас.
Эрвил при этих словах издал смешок. Его забавляло, когда речь заходила о вещах, которых нет.
— Вы правы, — печально вздохнул гном. — Когда переехал сюда, пришлось регулярно посещать брадобрея. Но так, пожалуй, даже лучше. — На мгновенье гном замолчал, о чём-то задумавшись. — А почему вы не высыпаетесь, герцог?
— Вопрос в другом — почему я вообще сплю! Я бы мог бодрствовать столетиями, но жизнь моя, увы, скучна и неинтересна. И она отнюдь не наполнена событиями.
— Неужели у главнокомандующего всеми эльфийскими армиями нет никаких дел? Не может быть!
Летрезен переглянулся с Эрвилом.
— Вообще-то есть, — неохотно признал Летрезен. — Ко мне приходят донесения военачальников. Я вынужден подписывать рапорты и отдавать приказы. Но всё это занимает не больше часа. Да-да, в мирное время совершенно негде проявить себя. Иногда приходится делать проверки в войсках, но не так часто, как хотелось бы.
— Не верится, что вы не способны найти себе достойного занятия.
— Я мог бы, к примеру, устроить учения на южном берегу Ривена, — невинным голосом сказал Летрезен, и Рулф, решивший именно в этот момент глотнуть сока, поперхнулся и закашлял. Летрезен снисходительно улыбнулся. — Простите меня. Это была неудачная шутка.
— Ничего…
Действительно, последние совместные учения с войсками гномов неожиданно закончились настоящим сражением и объявлением войны. И хоть Летрезен пытался решить дело миром, постаревший, но гордый король Колем отверг все попытки переговоров. Пришлось в очередной раз продемонстрировать, что армиям Эльфийского Союза нет равных. До этого вся Южная Астия между реками Омр и Ривен принадлежала гномам. После войны эльфам достались земли севернее Акиремы, то есть Союз теперь контролировал оба берега Ривена.