Господин маг. Трилогия (СИ)

Катя опять погрузилась в себя, видимо, оценивая свое состояние.
— Нормально, так сойдет. После тренировок бывало и хуже самочувствие. Ты-то сам к целителям не хочешь? Видок у тебя — краше в гроб кладут.
— Здоров я. Перенапрягся. Слишком много энергии через себя пропустил, — И, увидев недоуменный взгляд девушки, пояснил: — Накопитель у меня мощный.
— Мощнее моего? Покажи! — Катя явно приходила в себя.
Петя молча выудил из-за ворота чуть ли не десяток амулетов на кожаных ремешках:
— Где-то здесь. Алмаз. Извини, плохо себя контролирую. Надо хотя бы полчаса помедитировать, — И, как был, в одежде и амулетами на груди поверх ее, улегся на свободную койку.
Вообще-то медитировать рекомендуется сидя в специальной позе, соблюдая баланс и симметрию, но Петя слишком устал. Тем более, в казарме на первом курсе он именно так и медитировал, лежа на своей койке. Час после отбоя и час перед подъемом. Вот и сейчас он легко и быстро провалился в пограничное состояние между «астралом и явью», как говорил на занятиях по Маге (магической практике) покойный преподаватель Карл Фридрихович Глок, и очень быстро перешел из него в обычный сон.
Проснулся рывком и с чувством страха: «Неужели проспал?!», но увидел, что с соседней койки ему улыбается Павлова, и успокоился. Не полностью, внутренние часы подсказывали, что проспал он часа три, так что построение безнадежно пропустил. Зато чувствовал себя намного лучше. Теперь бы еще часок настоящей медитации, и совсем в норму придет. А то, что дисциплину нарушил… Плохо, но за это не выгонят. Пусть Левашов порадуется, а то переживал, что мало ему нарядов вне очереди назначил. Как-нибудь выдержит, не впервой.
— Алмаз у тебя шикарный, — подала голос Павлова, как будто и не было перерыва на сон: — А держишься так, как будто на одну стипендию живешь.
— Трофей это. С чжурчжэньского мага снял. На практике на Дальнем Востоке повоевать пришлось. Да ты, наверняка, в курсе. А живу, и правда, на стипендию. Ни поместья, ни богатых родственников у меня нет, а заниматься коммерцией Левашов строжайше запрещает. Мол, недостойно это мага и офицера. Даже гонорары за лечение брать не велит.
— Странно, — удивилась Катя: — Целитель — уважаемая профессия, это не в лавке торговать. И гонорары берут все целители.
Петя удержал лицо. Все-таки профессию лавочника эта барышня достойной не считает. А как же богатые купцы? Тот же Карташов, например? Тоже перед ними нос кривить будет? Но вслух говорить ничего не стал. Во-первых, ни к чему Павлову против себя настраивать, а во-вторых, спорить было просто лень. И так самочувствие, как после тяжелой болезни. Вроде, поправился, а силы еще не те…
— Остальные амулеты — всякие простейшие лечилки? — Павлова Петину заминку не заметила и продолжила говорить вполне по-дружески. Раньше они как-то не особо общались, хоть и считались «земляками». Из одной губернии. Но если для дворян такое «землячество» еще могло играть роль, то на мещан, вроде Птахина, оно не распространялось. Нигде их пути до Академии не пересекались.
Вот и сейчас, непонятно. Девушка к Пете прониклась благодарностью за целительскую помощь или ей после пережитого стресса поговорить захотелось, а больше не с кем? Или она всегда такой была, да только негде им было общаться между собой. На занятиях — специализации разные, а в кадетский клуб Петя, практически, не ходит, хоть и платит взносы исправно.
— Я так и поняла. Очень похожи на те, что мы в прошлом году на артефакторике делали, Петя только кивал в такт ее словам, а других ответов девушке, похоже, было и не нужно.
И еще Петя мысленно себя похвалил, что артефакт-фигурка, который теневую рысь вызывает, у него не на шее висит, а в сумку убран. Правда, произошло это не по его дальновидности, а потому, что постоянно колоть грудь шипом-хвостом фигурки совершенно не хотелось. Как и вызывать «рысь» на глазах у других. Возможно, ее и не будет видно, как не видят обычные люди и маги других шаманских духов, но лучше не рисковать. Так что все получилось удачно, видеть амулет сокурснице совершенно ни к чему.
 
— Пока ты спал, я у тебя в сумке немного покопалась, — Как ни в чем не бывало продолжила девушка: — Надеюсь, ты не в обиде? Мазью натерлась. Хорошо, горшочек подписанный был, да тут и по запаху ошибиться сложно. После каждого занятия на полигоне все ее горстями переводили.
Про фигурку ни слова. Заметила? Не заметила? Не спрашивает про нее, так что могла глубоко всю сумку не переворачивать. Но наводящие вопросы задавать — будет совсем глупо. Так что опять только кивнул, что Катю вполне устроило, и она продолжила:
— Мы же с тобой в башне потешной крепости находимся. Которую ты должен был охранять. А почему ее не разрушили?
— Я ее военным госпиталем объявил и флаг соответствующий вывесил. Волохов прилетал, покрутился и улетел. Остальные тоже штурмовать не стали.
— Это что же получается, крепость они так и не взяли? Мы что, победили?
— Сомневаюсь. Пришел Левашов, всех обругал и приказал сломать общими силами. Но пока, как видишь, до этой башни ни у кого руки не дошли.
— Даже не знаю, что по этому поводу сказать, — Катя ненадолго замолчала, а потом сменила тему:
— Ты дипломную работу о чем писать собираешься? По целительству? Сегодня, небось, материала набрал достаточно?
Петя задумался. Диплом в Академии, как правило, не слишком серьезная и довольно формальная работа. Больше на реферат похожа. Собирается кадет после выпуска работать целителем (боевиком, строителем или другим, в зависимости от специализации), вот и описывает, что умеет делать и в каком направлении развиваться собирается. И вот тут у Птахина полной ясности не было.
То есть, понятно, что надо использовать свои сильные стороны. Так-то он целитель весьма средненький, пятый разряд — результат далеко не выдающийся. Но у него лучше всех на курсе дела обстоят с магическим зрением и концентрацией. Еще совсем недавно он был уверен, что сделает упор на «волевую магию», станет дамам косметические операции делать, а старым воякам — шрамы сводить. Наверняка спрос на такие услуги будет большой, а, следовательно, и его доходы.
Собственно, он и теперь этой мысли не отказался. Но ведь написание диплома можно использовать, как повод расширить свои знания, а не просто как последний шаг перед получением перстня. И тут его стала интересовать артефакторика. Не тот поверхностный курс, который всем кадетам давали, а дополнительные возможности, которые она открывает.
Ведь что он (как и почти все кадеты) умеет? Переносить с помощью специальных артефактов известные ему заклинания в заготовки амулетов. На первый взгляд, больше ничего сделать и нельзя, если ты, конечно, не маг земли, который эти самые заготовки изготавливает. Но ведь есть еще возможность чтения записанных в амулеты и артефакты заклинаний. Именно чтения, а не опробования методом «тыка», как он в хранилище опричников шаманские артефакты изучал. Подавал на них энергию и смотрел, что получается.
Конечно, в амулете заклинание записано в очень мелком масштабе, к тому же неоднородность материала может вносить искажения в стандартный рисунок. Но у Пети, с его особо острым магическим зрением, высокой концентрацией внимания и неплохими способностями к рисованию, есть все шансы освоить это ремесло (на науку все-таки не тянет).
Только пользы, на первый взгляд, от таких умений будет не много. Целительские заклинания к секретным не относятся, и ничего такого, что нельзя найти в справочниках (в куда более наглядной форме представления) он в амулетах, скорее всего, не найдет. Разве что в перспективе это будет полезно, если он сам конструированием заклинаний захочет заняться.
Но ведь он видит не только целительскую магию, но и шаманскую. И ничего о последней не знает. Зато у него есть кинжал и фигурка рыси в сумке. Наполненные таким количеством заклинаний, что просто страшно представить. Не самое лучшее пособие по шаманской магии, но вдруг хоть что-нибудь удастся освоить. К тому же Пете на жизненном пути могут и другие амулеты попасться. А вот знания и умения по чтению артефактов легче всего будет получить именно в Академии. И потратить на это несколько месяцев обучения — не такая уж большая жертва. Тем более, что, по большому счету, свою программу обучения он выполнил, и никаких серьезных планов на оставшийся семестр у него нет. Пятый разряд достигнут (а четвертый может и вовсе никогда не покориться), все целительские заклинания этого уровня, которые только были в справочниках библиотеки, выучены. Даже основные для четвертого разряда — тоже. Разве что в зельеварении есть куда расти, но там такое количество рецептов, что их за всю жизнь не выучишь. Основные зелья и мази Петя готовить научился, все самые знаменитые рецепты тоже запомнил. А дальше очень многое зависит от того, где ему жить и служить придется. На Дальнем Востоке одни растения растут, в Сибири — другие, в Тундре — третьи, а на Южном море — четвертые. Так что по этому направлению лучше не новые рецепты зубрить, а справочником потолще разжиться. А это вопрос, прежде всего, денег, а не его усердия в учебе.