Господин маг. Трилогия (СИ)
Неожиданно зашел удачно. Шнайдер обнаружился не в мастерской, а на скамейке под единственным деревом перед его домом. Но Пете очень обрадовался и буквально потащил его на примерку. Деньги ему, что ли, срочно понадобились? Или просто свое дело любит?
Форма была почти готова. После примерки портной попросил часок погулять, и можно ее забирать.
«Погулять часок». Очень неприятная формулировка. Далеко не отойдешь, в тот же порт не съездишь. Посещение музея или тем паче театра тоже невозможно. Еще в одном кафе посидеть? Поесть не мешало бы, но в «свое» кафе Петя ходит не просто так. Все надеется на весточку от Луки. В общем, прошелся по ближайшим лавкам, как будто мало только что времени на рынке провел. Купил себе еще один баул — форму нести. И шейный платок. Просто так. Понравился.
Затем посидел на прежнем месте Шнайдера под деревом, помедитировал. Форму все-таки дождался, хотя ждать потребовалось не час, а чуть ли не вдвое дольше. Потом чуть не час вежливо терпел поток красноречия портного, который не просто заставил его примерить готовую форму, но и долго восхищался собственным мастерством и тем, как же она Пете идет. Даже поддакивал и тоже говорил комплименты. Но чаевых после этого давать не стал, хоть первоначально и собирался. Терпение тоже денег стоит.
Вот теперь времени до назначенной встречи почти не осталось. В кафе заглянуть еще успел (никто его там не ждал и приветов через полового не передавал), а вот поесть — уже нет. Занести домой форму — тоже. Так и явился на пост с баулом.
Штерн уже в своем кабинете и не один, а с жандармом примерно его же возраста. Унтер. Фигура отнюдь не бравого вояки, но в облике было что-то такое, что весь Петин опыт работы в лавке забился в истерике. Такой прицепится, без штанов оставит.
На Петин баул начальник поста посмотрел с ехидным прищуром:
— С покупками? А кто пошлину платить будет? Она для всех, таможенники не исключение.
В то, что таможенники сами с себя берут деньги, Петя не верил. Но мысленно себя отругал. Не надо было с вещами на пост идти, вполне мог бы и завтра подземным тоннелем это сделать.
— Да вот, на новую парадную форму разориться пришлось. Старую-то, вы помните, мне в первый же день какие-то мерзавцы порезали. Их, кстати, не нашли? Вы же обещали, что так это дело не оставите.
Штерн поморщился.
— Ладно. Для такого случая у нас копилка есть, — на углу его стола, действительно, стояла шкатулка с резной крышкой. Видимо, чей-то подарок. Или конфискат?: — Для первого раза с вас рубль. Серебром. Кладите, не стесняйтесь.
Петя не стал спорить и рубль положил. Кстати, столь крупная монета там была единственная, еще немного какой-то мелочи лежало.
— На чай потратим, — пояснил Герман Абелевич.
То есть не в казну деньги, а на собственные нужды. И Петю тут чаем никто не поил. Еще несколько очков в его глазах начальник поста потерял. Нет, с таким кашу точно не сваришь. Правильно его Петя «прохвостом» определил.
Снаружи их, оказывается, ждала пролетка.
— Как баре доедем, — довольно произнес Штерн, залезая внутрь. Жандарм, не чинясь, отправился на козлы. Петя сел рядом с начальником. Баул пришлось на колени поставить, так как больше его нигде в двухместном экипаже приткнуть было негде. И, вообще, было довольно тесно, сиденье на двоих, но явно худых пассажиров рассчитано. Штерн худым не был, а Петя, хоть и строен, был довольно плечист. Ну да ладно. Зато не придется ноги бить.
Доехали быстро. Платформа оказалась на внешней окраине «Садов», но поезд встал не у нее, а немного дальше, там где пути разветвлялись на четверо параллельных. Причем добавленные два пути скрывались в ангаре.
Когда они подъехали, сзади к пассажирскому поезду были уже прицеплены два вагона, вроде как, багажных. Сейчас цепляли третий. Выглядит несколько странно. Когда Петя сюда ехал, багажный вагон был только один. И один почтовый. Сейчас он, кстати, тоже имеется. Наверное можно и дополнительные багажные вагоны цеплять. По особому тарифу? Для особо ценного багажа. Типа сорока ящиков с бутылками вина [31]. Оно же ведь ценный груз? Так почему почтенный купец не может для личных нужд вина прихватить? Всего-то один вагон…
— Ну и масштабы у них, — подумал Петя: — Вагонами воруют. Или погрузка собственных товаров мимо таможни — это не воровство, а коммерческая операция?
Так! А не Чижов ли с платформы наблюдает, как вагон цепляют? Он, собственной персоной. Выходит, все-таки провернул свою операцию. Поди и не знает, что чудом жив остался.
Заметив пролетку с жандармам на козлах, купец почти бегом отправился к одному из вагонов первого класса и скрылся в купе. Боязливый. Не зря боится.
Жандарм, тем временем, направил пролетку шагом вдоль поезда. Петя без подсказки перешел на магическое зрение.
— Герман Абелевич, — сказал он: — в последнем вагоне вино везут. Немагическое, но через таможню оно не проходило.
Таможенник его слова проигнорировал. Получается, Петя зря на Чижова наговаривал? Выходит, все-таки успел с таможней договориться. Так чего боится? Просто по привычке? Или дополнительных поборов опасается?
— В следующем вагоне что-то магическое есть, но немного. В грузовом перед ним ничего магического не вижу.
Опять обошлось без комментариев. Пролетка все так же катила вдоль поезда. Пошли пассажирские вагоны. Магические предметы нашлись еще в трех вагонах. В обоих каретных первого класса и еще в одном — второго класса.
— Все запомнил? — Штерн обратился к жандарму. Петю он как-то совершенно игнорировал. Вроде, слушает, но никакой внешней реакции не проявляет: — Придется по вагонам пройтись.
Жандарм тоже молча отогнал пролетку к паровозу и поманил пальцем машиниста, стоявшего на земле и наблюдавшего за тем, как грузчики под руководством кочегаров грузят уголь в тендер.
— Проследишь за конем. Пока не вернусь, не уедешь.
Дальше они шли уже пешком. В вагоне второго класса Петя сразу указал на две секции, где из под лавок и с багажной полки фонило магией. К первой пошел жандарм, ко второй таможенник. Петя остался стоять.
Сразу все шумы перекрыл громовой крик унтера:
— Что Прохоров?! Сколько раз тебя предупреждал?! Опять нарушаешь?! Думал мимо мага пройти, а мы его с собой привезли!
Он еще много чего орал, в основном нецензурное. И погнал какого-то купчишку, который полностью растерял солидность, к выходу чуть ли не взашей.
Что говорил Штерн, услышать за этим ревом было нельзя, но результат был аналогичный. Еще один купец понуро пошел на выход.
— Пока ждите здесь, — Сказал, как обрезал, жандарм: — Сейчас остальных нарушителей приведем.
В купе вагонов первого класса заходили все втроем. Петя указывал на тюки или иные упаковки товара, от которых фонило «жизнью», а жандарм (Пете он так и не представился, но один из купцов назвал его Семеном Григорьевичем) и таможенник доходчиво объясняли купцу, что мимо них «хрен чего проскочит», и тот «зря надеялся». После чего просили Петю выйти.
— Может, я…,— попробовал возразить Петя, но был прерван жандармом.
— Не «может», а «так точно!», — рыкнул он: — Совсем распустилась молодежь. Сказали тебе — исполняй. Можешь пока еще раз вдоль вагонов пройтись, понадежнее проверить.
Выходили они через пять минут и деловой походкой шли в следующее отмеченное Петей купе.
Петя и впрямь прошел вдоль вагонов, но ограничился только первым классом. И выглядывал он теперь не столько источники магической энергии, сколько ауры пассажиров. И не только.
Чтобы засечь метку, поставленную им на ботинки «мрачного», заходить в купе не понадобилось. Петя с удовольствием отметил зоркость собственного магического зрения. Проверил ауры. Подручных бандита (с метками на обуви) он еще при заходе в вагон второго класса заметил. Но, естественно, своего узнавания не показал. Те тоже не дергались, хотя было заметно, что при проверке нервничают. Но магических товаров при них не было, так что и претензий к ним быть не могло. Увидав, что из вагона выводят контрабандистов, те успокоились и остались на месте. Но, все равно, Петя удостоверился, что «мрачный» в купе один. Но ничего делать не стал. Его начальники в другое купе позвали.