Плетеная экскурсия (СИ)

Ну хорошо, болеть они несколько недель не будут: чтоб они болели, нужна эта полумагическая-полуодержимая пыльца. Но текущее решение временное, да и не решение толком: через пару недель опять попрёт сорняк, для истребления которого нужен Кащей массового поражения, блин.
И самое поганое — этот йыний сын так и не появился на акт гербицида! То есть «мазнул вниманием», но ни локализовать его толком, ни понять, что он из себя «на пощупать» представляет — не вышло. Типа он есть — ну йепанутся теперь от щасья! Где он, даже его силу не понять: сорняк — это автономный небывальский конструкт. А если экстраполировать легенды, так Йын его даже не создавал — просто хранил.
Пока я с Зелёнкой невосторженно обсуждал расклады, к Траку подтопал радостный, не зелёный, и даже почти не матерящийся староста ельфячьего поселения.
— Господин Кащей, госпожа Елена, нет слов чтобы, выразить нашу благодарность, за избавление от этих лядских берёз! — выдал ушастый, почти не выглядящий, как засранец.
Вот только своими «спасибками» он и так не радужное настроение не поднимал, чтоб его!
— Нет слов — не выражайтесь, — мудро отметил я. — Проблема — не решена. Корневая система этой пакости под землёй. И если я её изведу…
— Полностью лишённая витала область, на полкилометра, а то и на километр, — уточнила Ленка.
— А нечистик? — поник ушами остроухий.
— А чёрт его знает…
— Геннадий.
— Чёрт его знает, Геннадий. Не появлялся и не появляется. Как вы пыльцу-то не определили? — заинтересовался я.
— Точность определения, Кащей, — ответила мне Зелёнка. — Эти мелкие духи практически не выявляются в небывальщине, тут нужно оперирование сетью высочашего уровня.
— Или знать, где искать, — покивал постепенно кислеющий Гена. — Мы пыльцу отмечали, но даже не думали…
— Заметно, — отметил я, а пока ушастый беззвучно возмущался — забавное было зрелище, призадумался. — Так, Геннадий, боюсь, вам придётся готовится к переезду. Если решать проблему берёз окончательно — у вас тут мёртвая пустыня будет. И зачем вам это? Не говоря о том, что Йын этот, чтоб его, может ещё что-нибудь придумать.
— А вы с ним не?.. — понятно недоговорил Гена.
— Пятьдесят на пятьдесят. Или справимся, или нет. Мы его даже не видели.
— Ху…во, — констатировал ушастый, придя в близкое к изначальному состояние духа и манере общения.
— Вот да, — подтвердил я. — Собственно, я опасался подобной хрени от божеств, но оказывается, просто сильным нечистикам подобное доступно. Ладно, будем думать. У вас недели две, пока этот сорняк отрастёт. Рекомендую подготовиться и, когда появятся ростки, если мы не решим проблему, валить. Селиться и становиться у вас гербицидом я не собираюсь.
— Да чтоб его! — изысканно высказался Гена. — Это я про этого Йына, сучару позорную, — уточнил он.
— Да понятно. В общем — пока так. Будем думать и разбираться, может и выйдет что.
Ну и утопал ушастый, вполголоса матерясь на сволочизм и неустройства Мира. А мы с Ленкой принялись думать, а делать-то нам что.
— Можно поехать к озеру, — выдала Зелёнка.
— Можно и в шахту, Лен. Толку-то? То что легенды — отражение внешних проявлений, а не сути, мы на практике проверили, — отметил я.
— А что ты предлагаешь? — заинтересованно помотала ушами Зелёнка.
— Попробовать выйти с этим паразитом на контакт в небывальщине. Скорее всего, найду, правда чёрт знает, справлюсь или нет. Ну сбегу, если что, — вслух рассуждал я. — А то я в этой небывальщине как корова на льду, хоть и получше, конечно — Имя помогает. В общем, попробую с небывальской стороны, посмотрим, как выйдет.
— Только будь осторожнее, — после минуты хмурых размышлений выдала супруга.
Ну, в общем — понятно, что вариантов-то других нет. Разве что озеро осушать, а шахту взрывать.
— И не собираюсь рисковать. Именно посмотреть и попробовать выйти на контакт. И вообще — возможно, озера или шахта именно на местопребывание этого Йына завязано.
— Возможно, — согласно помотала ушами Зелёнка, сама заметно сомневаясь.
Да и я сомневался, если на чистоту. Но, Кащей сомневается, а в небывальщину лезет. Так что отогнали мы Трак подальше от небывальской мешанины Наполшишково, расположился я в водительском троне, ну и стал в небывальщину лезть. И пролез, благо опыт уже был, не только «сноходческого» типа.
 
Окрестности небывальщины в слое, где этот Йын наиболее отчётливо «ощущался», были травянисто-кустарниковыми. С берёзами, растущими не рощами, а отдельными разлапистыми деревами. И был довольно забавный эффект — не оптический, а небывальский. Горизонт загибался вверх, то есть что-то типа рефракции, но в небывальщине это было фактом. Как будто на дне чаши.
Ну да ладно, пейзажи и пейзажи. Небо… а это крышка, с мерцающим, похожим на огонёк свечи светилом. Занятно, но фиг бы с ним.
— Йын! — позвало моё бессмертие, порядка ради.
А он взял, и не появился, сволочь такая. Вообще — это явно было «его» место, не знать, что я тут, нечистик не мог. Но «его» — не он, и конкретному Йыну от того, что я начну матом разговаривать или берёзку спилю — ни тепло, ни холодно. То есть методов «призвать» этого типа, если он не желает являться (а, судя по всему, не желает), у меня просто нет. Или я о них не знаю, что в принципе, одно и то же.
И выходило, что либо мне уныло бродить и искать нечисть, которая тут «дома», при этом — не слабее меня… Хотя тут сложно. Определить «силу» в небывальщине получалось очень примерно. Лихо, например, однозначно сильнее меня в небывальщине, но в ней же я его, если доберусь, разберу на запчасти. Оно воздействует невезухой, категорией, кторая в небывальщине просто один из тысяч параметров, для большинства которых нет не то, что названия. Для их определения слов-то хрен найдёшь.
Далее, Малахитница — она сопоставима со мной в небывальщине, при этом однозначно и в разы сильнее в материи. Если я, конечно, не начну запасать душевность, причём с мучениями во внутреннем аду в промышленных масштабах. Этот «тип» небывальщины вообще выходит за пределы стандартного противостояния.
Но, при этом, в небывальщине мы примерно равны, и в случае мордобоя шансов у меня немного больше.
С Горынычем — наоборот. В материи я его однозначно сильнее, троица трахателей явно не озабочивается «накоплением силы», разве что массовым осеменением. Интересно, кстати, это временно или постоянно? Ну, впрочем, дело его. Но в небывальщине он на те же десять-пятнадцать процентов, судя по ощущениям, превосходит меня-нынешнего. В плане мордобоя же. Всё же химерное сращивание безымянного таллида и Имени — не самая удобная «боевая форма», хотя, может, и научусь выдавать всем, совсем и вообще, лещей. Со временем.
В общем, что там в плане «боевого потенциала» с этим Йыном — ни черта не понятно. Если бы тот же сорняк берёзовый не был автономным объектом, а висел на подпитке нечистика — однозначно мне бы был звиздец в случае конфликта. Даже если Йын не особо «боевой» тип.
Но вот как реально — непонятно. Примерно одна весовая категория, а всё остальное зависит от вида и типа этого типа. Не увидишь — не узнаешь, мдя.
И уныло бродить неохота, признал я, распуская щупальцы, вчувствуваясь в окружающую небывальщину изо всех сил. И, вроде бы, что-то начувствовал. В некоем направлении, на некоем расстоянии от меня, чувствовалось проявление Йына. Некое, но стационарное, хех.
Так что полетел я в это некое направление, перебирая щупалами и вообще готовясь. К сожалению, связанное с Именем колдовство проявлялось… ну, рефлекторно, в «боевых» аспектах, без понимания. Приходилось индуктивно пытаться понять, по проявлениям, что я-в-небывальщине творю. То есть, что Кащей МОЖЕТ телепортироваться по небывальщине, призывать всяких йыньих сынов и прочее — я просто знаю. Но не знаю «как», что довольно обидно.
В общем, готовясь к мордобою и роняя себе настроение перечислениями огорчений, через некоторое время, долетел я до «локализованной точки йыньей силы».