Плетеная экскурсия (СИ)
— Нет, потому что я вас не буду кушать, — справился с голосом я, а то что-то в тросах горла запершило. — Вас ждут родители и… Мать вашу!
Последнее мое высказывание было связанно с тем, что за спинуой у меня всколыхнуло небывальщину. Я в первую долю секунды напрягся — уж не червяк ли речной пришёл разборки чинить. Но нет, металюдь, причём местный, причём довольно слабый. Метнул я к нему тросы руки, не отворачиваясь от спиногрызов… а последующая фраза была последствиями этого метания.
Этот паразит имел какое-то подлючее резало, которым отхватил мне лапу. И взирал, задрав наглый и остроухий нос с превосходство на мою обернувшуюся персону.
— Я… — раззявил он пасть, после чего с оттяжкой получил по наглой морде подхваченной тросами рукой.
Она после усекновения стала человечьей лапой, но быть мной не перестала. И резало — охреннно неприятное, но не слишком опасное мне — целостность тела мне не очень важна. Так что подхватил лапу и, как перчаткой, зарядил её по наглой остроухой роже. А не хрен честным Кащеям руки оттяпывать, потому что!
Под моей лапой аж что-то хрустнуло, ушастый воен поплыл сознанием, закачался в полуметре от земли, ну и выпустил пыряло из лап. Я пыряло подхватил, ну и для полноты картины воткнул его в жёпу этому воителю…
— Упс, — озвучил орошённый кровью и прочими деталями остроухого я. — Вообще упс, — кинул я взгляд на забрызганных кровищей спиногрызов, решивших, что потерять сознание в их положении — оптимальный выход.
Дело в том, что пыряло было именно режущим. Всережущим. Ну и я думал этого свинотраха ушастого в жопу уязвить. А теперь у меня две неравные половины ушастого, щедро раскинушегося богатым внутренним миром по округе. Ну и мне со спиногрызами заоодно.
— Да-а-а… — протянул я, оглядывая батальное полотно. — Одно хорошо: НИКТО после этого меня не назовёт «героем».
— Точно, мой злодей:-D — оттекстила Ленка. — А ты не специально?
— Ну я же не… — начал было возмущаться я, припомнил веселье с Ордой, и решил не возмущаться. — Не специально. Думал ему нож в жопу воткнуть, чтоб не тыкал им в Кащеев.
— Да, как-то масштабно получилось, — нашла хоть какое-то определение Зелёнка. — А чего ты ждёщь?
— Я — думаю.
— А о чём?
— О том, оставлять ли в живых врагов.
— О_о Милый, ты не находишь, что полмиллиона — это НЕМНОГО слишком?!
— Нахожу, — хмыкнул я. — Но прикинуть и подумать — стоило. Но они свинотрахи: рядом с ними появляться не стоит, а искать и мстить… ОНИ ЖЕ ЗНАЮТ, ЧТО ТОГДА Я ВЕРНУСЬ! — прогрохотал я. — И ВЫЖГУ САМУ ПАМЯТЬ О НИХ!
— Надеюсь — хватит.
— Я тоже, — уже оттекстил я, подхватывая карапузов тросами.
Повертел в руках пыряло — ну, неплохое, но не слишком нужное. Принцип «луча смерти» в коротеньком мачете, не слишком удачно сделанном, с людоедскими тратами небывальщины.
— Эй, червяк речной! — вежливо обратился я, одновременно транслируя обращение в небывальщину. — Типа подарок, — метнул я ножик в реку. — И чтоб сви… от нас отплывшая семья — доплыла!
В ответ речка булькнула что-то типа «присмотрю, благодарю». Но сам червяк показываться не стал, от чего я не расстроился. Макнул спиногрызов в реку, приводя в сознание и ополаскивая от деталей располовиненного, ну и залетел в Трак, где всучил хренеющих карапузов подпрыгивающим родителям.
— Вот ведь бред-то, — хмыкнул я, отстыковываясь от байка.
— Угу. И в сети вой и ной, — хихикнула Зелёнка. — О «коварном нападении поганого лаовая, спасайтесь, кто может и готовьтесь обороняться от поганого иноземца!»
— И чего? — заинтересовался я.
— Ну так детали спрашивают, — ехидно улыбалась она. — А прямо врать местные сетевики не желают. И сейчас полсети Поднебесной ржёт на тему того, как они напали на западного архимага, огребли и ноют!
— Ну забавно, да, — хмыкнул я. — Ладно, Лен, давай отъедем на десяток километров и сплавим эту семейку… к Яшмовым Вратам, хех.
18. Не та Фэя
Отогнали мы Трак на пятнадцать километров вниз по течению, ну и стали со спасёнными спиногрызами и их багажом, в рожах родителей. Нет, я понимаю, что эта лисица с муженьком — результат даже не культуры, а типа и вида цивилизации. Азиятской, которая.
Но, тем не менее, эмпатия уровня табуретки на бытовом уровне даже массового убийцу и злодей, типа меня бесила. Ведь и этим, и вообще ВСЕМ было пофиг, пока это не касалось непосредственно их! Бесит, в общем, так что я целенаправленно не узнавал имена и вообще свёл общение с семейкой к минимуму. Хотя помочь им пришлось: когда парочка пела про «у нас всё есть», они рассчитывали вернутся в город. Ну а сейчас у них только то, что на них…
В общем, пришлось мне им металлокинезом плоскодонку творить, припасами обеспечивать, даже фигню из «обменного фонда» типа гребешков и одежды выделять. Собрали мы с зелёнкой этих типов за час, у самих головы от поклонов закружились, а они всё кланяются, паразиты.
Когда всё было почти готово, Зелёнка подёргала меня за деталь (гардероба, а не меня, на удивление) и шёпотом уточнила вполне резонный вопрос.
— Увидишь, — кивнул я. — Всё учтено могучим Бессмертным, — покивал я.
— Мой злодей, — преувеличенно восхищённо похлопала ресничками зелёная вредина. — Но интересно. Смотрю, — требовательно уставилась она на меня.
— Так, граждане туне… тьфу, воссоединенные семьёй! — обратился я к парочке. — И хорош уже кланятся, задолбали! — возмутился я.
— Что угодно великому господину, чья добро…
— Чтоб меня слушали, — отрезал я. — Вы, именно как семья — мне должны. Не потому, что я с вас что-то хочу поиметь — у вас ничего, кроме вас, нет.
— Если господин пожелает — мы будем счастливы служить…
— Да вы охерели, — ласково улыбнулся я. — Спас, обеспечил, даже в куда идти — пальцем ткнул. А теперь ещё вас счастливыми делать?! Вот вам! — продемонстрировал я дулю.
— Господин желает меня? Я… как пожелает господин, — поникла лиса.
— Шобля? — вытаращился я.
— Хи-хи, — веселилась Зелёнка. — Кащей, это у них… ну как средний палец, «давай потрахаемся», в грубом выражении, хи-хи-хи!
— Йопнутые, — припечатал я всяческих азиятов. — В общем, не буду я вас счастливыми делать, пи… кхм, валите в… кхм, Яшмовые Врата и вообще! Но! Долг есть, и вас небывальщина если не прибьёт, то житься вам будет хреново. И мне прилетит — мог назначить цену, а не назначил. Так что, мы тут подумали, и я решил…
— Ты подумал. Или ваше величество изволило… — начала было вредина язвить, посмотрела на меня и преувеличенно испуганно закрыла рот ладонями.
— Вот да, — покивал я ей. — В общем, первого ребёнка их, — потыкал я в детей. — Уж неважно мне, от кого и чей он будет, я требую себе. Внука вашего, в общем, — уточнил я.
— Осмелюсь спросить о солнцеликого, прошу, не гневайтесь…
— Не звиздите! — прервал я извивы. — Ясен пень, что хотите знать, зачем, — на что последовали кивки. — А посмотрим, — порадовал я семейку. — Может, служить будет, может, в ученики возьму. Он не родился ещё, откуда я знаю, на кой хрен… в смысле, в каком плане он или она мне пригодится. Сами тоже можете припереться в город Стальной. Где — разберётесь. Всё, кыш, — послал я семейку подальше.
— Первенец? — удивлённо уточнила Зелёнка, когда мы уже были недине в Траке.
— Угу.
— Ведьмак?
— Не совсем, хотя и он, наполшишечки, — хмыкнул я. — Пан же это право неожиданности не придумал. Это древний ритуал. В общем, они, Лен, КРУПНО задолжали. Очень. И отказываясь их брать в рабство — мы как бы не хуже им делали, чем с этим оборотнем, скажем так. Баланс, чтоб его. Я же реально думал, взвешивал.
— Судья, — понимающе помахала ушами Ленка.
— Ну да, в общем-то, — признал я. — И для баланса нужен был ритуал. И вот так вот вышло.
— А что ты с этим ребёнком делать будешь?
— Есть не буду точно, — подумав, решил я. — Младенцы сопливые, громкие, да ещё и обгаженные почти всегда, — под хихиканье Ленки перечислял я. — Правда, Лен, не знаю. Славке помогать, или Хельге. У нас секретарствовать. Или вправду в ученики возьму — хотя чёрт знает, чему я человека, пусть даже метачеловека, смогу научить, — пожал плечами я.