Плетеная экскурсия (СИ)

Правда с «платой за услугу» у Маблунга было кисло. Караван вёз магические поделки и небывальский шёлк, выплетаемый-выделяемый некими металюдьми. Что за металюди — я догадывался, но не уточнял: что люди-пауки, что люди-гусеницы меня не то, что пугали. Просто слушать про них не очень хотелось.
И ничего из ними везомого нам было не интересно. Наконец, заламывавший лапки Маблунг предложил нам пару сородичей «в услужение», робко попросив «не очень их обижать».
— Лен, тебе пузатые цитрусовые эльфы нужны? — поинтересовался я у супруги.
— Не представляю, зачем, — отрицательно помахала ушами Зелёнка. — С жертвами духам я не связываюсь, — на последнем апельсиновая морда лица ушастого приобрела сходство с лаймом. — А в остальном — Трифон справляется.
— Так что, уважаемый, нет, — развёл я лапами. — Корми ещё их, их потребности всякие учитывай-удоволетворяй… Не надо нам ушастых в рабство! — голосом прожжённого аболициониста ехидствовало моё бессмертие.
— Вы нам не поможете? — грустно проныл апельсин, столь скорбно поникнув ухами, что они стали напоминать его вислые усики, только из ушей.
— Поможем, — не стал я глумиться перед отпихаленным. — Первое — всю доступную информацию по ущелью, не под клятвой. Второе — за вами как за караваном, ну и за каждым его участником будет… Должок! — фирменно поматал я пальцем. — Может, и не стребуем, да может, и не увидимся никогда. Но долг перед Елёной Вредной и Кащеем Бессмертным будет.
— А сильный?
— А соразмерный. Это не нам нужно, а больше вам.
— Понимаю, законы Небесного Императора, — по-апельсински обозвал законы небывальщины Маблунг.
В общем, договорились. Караванные разбили лагерь рядом с Траком, а мы принялись с Зелёнкой искать хоть-что то достоверное по этому гую. Я — пытался почувствовать, Ленка — шерстила сеть, ну и вообще.
И ничего. Если бы меня самолично не провели по каравану и не показали следы вредительства (причём, явно небывальского — упихать лютые песчины в подшипники телег без небывальщины было просто нереально) на повозках — я бы подумал, что у цитрусовых глюки от видового воздержания.
Пытались продемонстрировать повреждённые пихательные, но мне и дыхательных хватило, да и вообще, разглядывать последствия не очень сексуальной активности нечистика я желанием не горел.
То есть, этот паразит — есть. Точно есть, не глюк ельфячий, что могло бы быть небывальщиной сынтерпретировано как правда. Но не истина, по факту.
Но его потенциальное наличие никак не проявлялось, хоть облазил я весь караван. Даже прихватил Ленку, на тему осмотреть отпихаленых дам-с в сети: всё же часть нечистиков размножались. Но нет, ничего, просто оттраханы очень насухую, до кровавых мозолей, но никаких иных последствий.
И про дяосюэгуя информация была. Как в мифах, так и в сети. Но ни черта она не давала: он вообще полагался этаким энергетическим вампиром, оперирующим воздухом, не имевшим тела как факта. Пугает, дует в «неудачные» момент, вплоть до смерти обдутого, но никаких «насмерть оттраханных».
Правда тут стоит учесть, что нечистик этот «городского-поселенского» типа. И в текущем времени толком не успел «развернуться», как все поселения довольно оперативно были перекрыты для агрессивной нечисти (или обитатели померли, но и в этом случае информации ни хрена не будет). А в мифах… ну как бы отпихаленные, вне зависимости от пола, могли просто не орать об этом на каждом перекрёстке. Неприятно, болезненно, но последствий никаких. А этноменталитет оповещать о подобном не велит: затравят добрые соседи, приятели и вообще — окружающие.
Так что ждали мы сумерек в информационном вакууме, на тему будет ли это «типичный» нечистик, нечистик одержимый Идеей, или вообще — караванные поехали крышей и трахают, по примеру госаппарата одной пропавшей страны страны, друг друга ручкой от швабры.
Хоть за Ленку я не беспокоился — поясок и колечко из меня пребывало на супруге. И попытка близкого контакта с ней, седьмой степени, от нечистика закончится для него быстрым и резким контактом шестой степени, уже по моей инициативе, хех.
 
Оранжевые эльфы расположились с весьма скорбными и невосторженными мордами лиц на поночевать. И довольно занятные у них были ельфки: если у ельфов обычных половой диморфизм можно было выявить надёжно, только раздев, то у цитрусовых пухликов, помимо растительности у мужиков на физиономии, были и чёткие и заметные различия. Дамы-с цитрусовые были в один рост, оранжевые, лимонны волосами. Но при этом, имели ощутимое пузико и зад, как бы не побольше мужского. И сиськи, заметные даже сквозь свободные белые накидки, размера четвёртого, а то и пятого, подпёртые округлым пузом (со стороны смотрелось как беременность, но нет — просто такая забавная особенность).
При этом, ручки-ножки и морды лиц у цитрусовых были вполне ельфьми, то есть стройные, если не сказать тощие. Колобки на палочках, в общем, реально смешно смотрящиеся.
И вот, наконец, стало «смеркалось». Ушастые завернулись в какие-то спальники, стараясь заснуть, время от времени вздрагивая и судорожно водя ушастыми башками. Ну, учитывая «веселье» последних дней — и неудивительно.
Я же «втянул тросы» по максимуму — нам надо нечистика поймать или прибить, а не отпугнуть. И вчувствовался в небывальщину со страшной силой. И Ленка в терминал пырилась. Даже Трифон «приглядывал»: обнаружение «потенциально-опасной нечисти» в окрестностях Трака было вполне контрактным.
Но — ничего. Ушастые перестали вздрагивать и дёргатся, ну и задрыхли потихоньку, не считая пары стражей.
Вот, кстати, не узнавал, а довольно непонятно: караван «моновидовой», при том, что все встретившиеся караваны были и с человеками, и с метачеловеками, разделяющими обязанности согласно своих возможностей.
— Как думаешь, расисты? — оттекстил я Ленке, выложив свои мудрые мысли.
Ну, чуять — чую. И за терминалом она смотрит, так что чего ж не початиться, раз не во вред делу?
— Возможно, — ответила Зелёнка. — Культура «Иноземных чертей» очень развита, причём не только в для иностранцев, но и разных народностей. А, возможно, какие-то видовые особенности, связанные с дорогой и торговлей. Все цитрусовые, что мы видели — торгаши, — отметила она.
— Возможно, впрочем, ответы на вопросы — наша плата.
— Если мы справимся с нечистиком. И если он всё-таки есть.
— Думаешь нет?
— Смотри, Кащей: мы не чувствуем и не видим не только его, но его и следов. Ни в сети, ни в небывальщине.
— Песок в подшипниках, — напомнил я.
— И никаких следов. Кроме как от присутствующих.
— Маг, поехавший крышей?
— Не исключённый вариант. А воздействия мы не чувствуем из-за того, что слабое и всё и так его силой пропитано.
— Может быть, хотя флёр безумия я бы ощутил, — вчувствовался я.
— Сам понимаешь — безумие очень… неоднозначный термин.
— Ну да, меня самого… Стопэ!
— Что?
— Небывальщину колыхнуло, — оттекстил я, оглядываясь и вчувствовуясь со страшной силой.
— В сетке ничего. И вроде все на месте, ничего не происходит, — огляделась Ленка.
— Было очень слабое колебание, — задумчиво оттекстил я.
— Так маг во сне может недооформлено колдовать.
— Может. Но надо проверить, — отметил я, плавно приподнявшись.
И стал вглядываться в спящих. В плане — все ли спят? Прошелся под напряжёнными взглядами охранников взад-вперёд, и тут заметил:
Маблунг лежал на боку, с спокойно-расслабленной рожей спящего. Вот только глаза были судорожно вытаращены, блестели в свете костра, а по реснице скатывалась слеза.
Рванул я главе каравана, сдёрнул спальник, и почуял развеивающийся след нечистика. Ну и следы использования ушастого для не очень сексуального насилия наблюдались.
— Ушёл?! — подскочила Зелёнка, а вслед за ней и охранники.
— Угу. Но попался, — оскалился я. — Я его почуял, хрен уйдёт теперь. Лен, матери стоянку в три слоя, — деловито продолжил я, пока охранники суетились над в жопу раненым предводителем.