Плетеная экскурсия (СИ)

— Нет, — отрезал я, заменяя тросами свои травмы и прочие поломки.
— Тогда с вашего позволения, я займусь собой. Служение не закончено, мне рано на Колесо.
— Занимайся. Прощай, — похромал я из ступы.
Черти неприличные! Не то, чтобы «больно». Это — ерунда. Но такой, хороший щелчок по Чувству Собственного Величия. Буддисты, чтоб их, усмехнулся я.
— Больно? — сочувственно спросила Зелёнка первым делом, как я появился в Траке.
— У меня свою, эксклюзивные отношения с Болью, — усмехнулась моя мужественность. — Терпимо, Лен. Обидно довольно — ну ты и сама видела.
— Что?! — вытаращилась на меня Ленка.
— Как — «что»? Как меня, как щенка…
— Кащей, — неожиданно серьёзно спросила супруга. — Ты представляешь, с КЕМ ты дрался?
— С чёртом в ступе, конечно, — хмыкнул я.
— Это, конечно, «да», — хихикнула Ленка. — Только Ваджрапани на протяжении десяти тысяч лет, подтверждённо, воевал. Каждый день, каждый час. А ты его задел! И не раз, — с гордостью посмотрела на меня супруга.
— Эммм… мдя?
— Да. Он не бог, а именно олицетворение мощи. Военной, силы, битвы…
— Понял-принял. Ну, всё равно я лещей огрёб, — справедливо признал я. — Но не так обидно, факт.
— Ты мой злодей, — обняла меня Зелёнка, сверкая преувеличенно-восхищёнными глазами.
— Я такой, моя вредина, — надулся я. — Данные-то интересные?
— Очень! Да сам понимаешь!
— В общем — да, а в детали лезть неохота, — честно признал я. — Поедем или…
— А тебе точно не больно? — уточнила Ленка, на что я помотал головой. — Тогда «или».
А после «или», на следующий день, мы продолжили путь. И к полудню наткнулись… ну, наверное, мегаполис, по теперешним меркам. Поля занимали десятки, а то и сотни квадратных километров. Само поселение состояло из Меллорна (который, кстати, ни черта не был «центральным»), нескольких готично-гнумьих, но с местным колоритом замков, ну и просто каменно-деревянных домов, тоже в юрта-стайле.
Навскидку, да и по данным сети, тут под миллион разумных. И нам стало интересно — что тут и как. Потому как само селение явный «новодел», города тут не было. Ну и посмотреть, как они живут — а почему бы и «да»?
Кроме того, к Траку приближались помахивающий магострелами, шашками и кулаками сборный отряд. Не агрессивно, но явно «стоять-предъявить документ». И давить Траком эти пару десятков магов разных видов (людей и металюдей) на явно изменённых конях, да и пару десятков кентавров, половина из которых тоже были весьма странными, не стоило. А стоило поговорить, может, посмотреть на городок, ну и вообще.
Тормознули мы, я собрался, в открытую дверь рожу высунул, и тут на меня дружно рявкнули:
— Слава Палачу Орды!
Ну звиздец, окосел я. Это, блин, что щаз будет? Как-то в то, что раз уж меня опознали, удастся выйти без капитального и кровавого месилова — верится с трудом.
  
9. Апельсиновый караван
 
Стоят эти типы полукругом, вокруг калитки из трака. Буркалами своими узкими лупают, и вообще. Но, на удивление, за дубины-магострелы не хватаются и не магичат в мой адрес, даже не готовятся. Это что-то я не понял, озадачился я, текстя Зелёнке: «а чего енто они?» — может, знает. А то спрашивать товарищей на тему: «а чё это вы мне не мстите за стотысячные жертвы?» — как-то уж совсем дебильно.
— Знают, естественно, — последовал текст на визоре. — И сеть, и пророки вроде есть. А что?
— И в Конфедерации знали?
— Естественно, сеть же есть. Плакатов не развешивали, но кому интересно — знал.
— Мдя. Ладно, а чего они меня не убивают?
— Жить хотят?
— Ну, вообще, такое, не самое странное желание у человеков, — признал я.
А эти пограничники-стражники стоят и продолжают лупать. Ну ладно.
— Здрасти, — помахал я лапой. — А что вам надо, уважаемые?
— Не нам, — пробасил самый расфуфыренный, с цепочками, мехами и прочей фигнёй кентавр.
Из «странных». Странность же заключалась в том, что человеческий мускулистый торс был присобачен вместо не конячей, а волчьей головы. Такая, здоровенная киноидная туша, излишне длиннолапая для волка — хотя хрен знает, тут степные водятся, может, они и такие. Я им лапы не мерял, да. Ну и в холке метра полтора. То есть, поменьше кентавроконей, но массивнее и мохнатее.
 
— Почтенный Хакым-Ага желает поговорить о предстоящем пути с Палачом Орды, — явно с натугой выдал этот человековолк. — Лядь, вроде так? — оглядел он подчинённых.
Последние реагировали довольно занятно. Часть человеков сделали морды снобские, нейтральные, на которых прям читалось «Отец-Небо, за что в иерархической лестницы ты поставил над нами ЭТОГО?» Но не все, а большинство просто покивало-пожало плечами.
— Понял? — не с наездом, а с искренним беспокойством о моём понимании осведомился этот тип.
— В целом — да.
— Зашибись, щаз подковыляет, — оскалился он.
А я задумался: маг — сильный, этакий огонь и ветер, судя по ощущениям в небывальщине. А магами тупые становились редко, это как бы… ну, выбраковка по Дарвину выходила. Чтоб научиться магичить, надо извилинами весьма бодро шевелить, причём, в нужную сторону. А то гробанёшься, хорошо если только сам.
Этот волчара именно маг, его сородичи рядом, была бы видовая склонность — она в них бы хоть наполшишечки проявилась. Но этого нет, значит маг. И значит — не тупой. Играет? А нахрена? И если он играет тупого-сильного, то у нас тут не пограничники, а труппа на выезде. Очень у ребят реакции достоверные.
Хотя, с другой стороны, всякие словесные выкрутасы, как и умение их выплетать — ни черта не непременный признак ума. Какой-нибудь пастух-охотник-байкер, в теории, поумнее мудрилы с десятком высших образований быть. Просто точки приложения ума палаты не нашлось, а вот с небывальщиной нашлось.
Или просто социопат, толком с человеками общаться не умеющий, а учиться лень. И такое возможно.
А пока я всё это думал, пограничники стали потихоньку… рассасываться. То есть встретили, да и почесали по своим делам. Забавно, оценил я.
И тут из каких-то аграрных кустов появилась макушка, возвышающаяся над землёй метра на три. А потом — и туловище из кустов выковырялось. Зеленокожий огр без рогов, столь скрюченый и изукрашенный перами, кусками меха и финтифлюшками, что быть кем-то, кроме шамана, он не мог.
— Почтенный Хакым-Ага, — потыкал в ковыляющего огра волчара. — Пошли мы.
И свалили эти пограничники. А огрина подтелепался, извлёк из своих недр какую-то шкуру, постелил на землю. Шмякнулся на неё, похлопал лапой по месту рядом с собой.
— Мог и поздороваться, — занудно отметил я, шмякаясь на шукру.
— Лень, — пробасил шаман.
— Аргумент, — не мог не признать я. — А от меня чего нужно?
— Ты в Железные Врата войдёшь, Палач.
— Ну да, задолбаюсь объезжать, — подумав, ответил я.
— Хрен ты там сгинешь, бессмертный ты, — продолжыл этот Хакым.
— Это верно, хрен, — признал я.
— А значит — угомонишь ветра. Что за это хочешь?
— Чегось? — немножко офигел я, любуясь текстом от Зелёнки с тем же смыслом.
И тут начал огр, с матом, разбавленным этничными витиеватостями, выдавать такие данные. Железные Врата — ущелье, длинное, разделяющее Восток и Запад континента. Ну таких разделов вообще-то до фига, но один из них — точно.
И там постоянно шарашит ветер, то в одну сторону, то в другую — ещё до конца так было.
А вот после конца поселились в этом ущелье… да коммуна нечистиков, если послушать огра. Из кучи мифологий, воздушные духи, нечистики, нежить. Вроде и главный есть, но кто таков — ни сам огр не знал, ни Ленка в сети не нашла.
И эти типы злостно препятствуют путешественникам и купцам. Не убивают-не пускают, а требуют совершенно неподъёмную мзду. Их реально до хрена, у всех свои запросы… в общем, помимо того, что караван, проходящий через Ворота, оставляет не менее половины товара, так ещё и ездовую скотину (видно, чтоб порожняком не гонять, да). И людей и металюдей. В жёны-наложницы эти духи требуют и забирают.