Плетеная экскурсия (СИ)

  
1. Семейная фамилия
 
Сутки, без шуток и перерывов, мы с Зелёнкой отдавали супружеские долги. И я понял, что с молодильным яблоком погорячился.
Хотя, если подумать, наверное и к лучшему. Оно просто подогнало наши желания друг к другу, да и сейчас пик. А так — структурированный витал яблока придал Ленке сил, здоровья и прочее. А мне — несколько ослабил «болевую блокаду». Да до смешного — раньше я ел, даже ленкину еду, исключительно потому, что это сделала она. И со многим так, а вот после яблока я стал более… Да живым, если совсем начистоту. При этом, став тросами — все эти желания и потребности прекрасно подавлялись, но уже было что подавлять. А не как раньше: «ну, типа, моему бессмертию не помешает, наверное».
Но все, имеющее начало, находит свой конец. И наш марафон закончился… по новой уснувшей, с блаженной улыбкой, Ленкой. Я, конечно, хотел повозмущаться: спала дохренищща, и опять спать! Но проявил несвойственные своей злодейской натуре деликатность и такт. Ну и второе имя Зелёнки — Вредная — вспомнил, не без этого. Так что пусть поспит, заключил я, оставляя супруге часть себя — ну вцепилась, обняла. Пусть будет.
А сам потопал к Славке и Хельге. Рассказывать и вообще. А то, помнится, дюжину часов назад поскреблись. А мы на два голоса послали партнёров делать то, чем мы занимались, как раз часиков на дюжину, хех.
— Семь голов? — задумчиво уточнил Славка. — А по легенде — сотня, — отметил он.
— Либо преувеличение, либо личина. Он сам сказал — «не самое любимое моё имя», — припомнил я.
— А детали? — начал докапываться Славка и уставился на фигу.
— Вот, — помахал я дулей. — Ленка проснётся — всё расскажу. Неохота второй раз пересказывать.
— Мы пойдём, — прихватила Хельга ушастого под руку. — И с утра с удовольствием послушаем.
А я вернулся к Ленке, сросся с собой и уснул. А с утра эти обломщики, в виде ельфа стероидного и дверги флористической наши утренние планы обломали — опять скрестись стали, блин. Ну… надо рассказать. Так что за час я почти всё и рассказал.
— А Ариса? — хамски буркнул остроухий.
— Слав, блин! Что — Ариса? — возмутился я.
— Берегиня из Арискино? — уточнила Ленка, отвлекшись от явно нелёгких дум.
— Она, — подтвердил я. — И она в сети теперь есть, захочешь — поговоришь. У неё доступ… ну, считай, к данным из самой небывальщины, а не из сети.
— Интересно, — заинтересованно помахала ушами Зелёнка. — Но мне интересно, что это молодильное яблоко сделало.
— Проснулась ты, скорее всего, не от яблока, а от факта его присутствия, — начал вещать Славка. — Исполнение мифа. А вот что с ним дальше было?
— Я съела. И кусочек Кащею дала. Проверим?
— Это… — вякнул я.
Но мои вяки ни супругу, ни партнёра не удержали от оттаскивания в лаборатории. И полчаса они всячески глумились над моей бессмертной персоной, нудя «Кащей, оставайся человеком!» Ну, я, в общем-то, не особо от них отбивался. Самому интересно, факт.
А потом Ленка те же полчаса обследовалась. А потом морда Зелёнки становилась всё более ехидной и вредной. А Славка с морды спадал-спадал, да и подхватил Хельгу под руку.
— Мы в Баре отдохнём, — выдал он, и ускакал.
— Так, чего это он? — подозрительно уточнил я у ехидной вредины.
— Да заклятье этой… эльфийки вышло дырявым, Кащей. Точнее, вы с Хельгой его сломали в самом начале, да и идол костяной помог.
— И?
— В общем, снятое проклятье — это не молодильные яблоки, те, что мы съели. Кстати, они не просто, не только молодильные.
— Так, погоди. Древо мудрости, познания добра и зла?
— Примерно так. Конкретно эти плоды — яблоки бессмертия.
— Ну и хорошо, — заключил я. — А чего это Славка сбежал?
— А то… хихихи! — захихикала Ленка.
— А по делу? — возмутился я.
— А по делу — ты мог принести яблоко, Кащей. Любое яблоко. Самое обычное. И всё.
— И заклятье бы спало? — уточнил я, на что Ленка, хихикая, согласно помахала ушами. — Хех, смешно, — оценил я.
— Ты на него не сердишься? — уже серьёзно уточнила Ленка.
 
— За что? А, — дошло до меня. — Лен, ну например — ты не будешь стареть, если я правильно понял ваши мудрильные речи.
— Да, я теперь тоже — Бессмертная, — надулась Ленка. — Спасибо…
— Для себя старался, — злодейски потёр лапы я. — А со мной что от того кусочка? — поинтересовался я.
— Да, в общем-то, ты и так Бессмертный. Разве что регенерация именно у человеческого тела получше. Возможно — магом чуть сильнее станешь, — как будто извинялась Ленка.
— Ну и зашибись, — довольно отметил я. — А то на отращивание тела совсем людоедские траты энергии выходят. Так, с этим разобрались. Что, как ты думаешь, делать будем с этой Моревной?
— С Дураком познакомим, как воплотится? — невинно похлопала вредина ресничками.
— А вариант, — оценил я. — Но она — враг.
— Совершенно не обязательно. Если, например, воплотится в человеке, которому этот конфликт не интересен. Сам же замечал — доминирует основная черта, а остальное часто подавляется.
— Но рассчитывать на это не стоит, — мудро отметил я.
— Я буду отслеживать. И я — в сеть, Кащей. Мне интересно, что и как было, — полуизвинилась, полу поставила в известность Ленка.
В общем, Зелёнка нацепила маску и стала знакомится с накопившимся в сети, а я на неё любовался. Правда первые четверть часа: потом Ленка стала приподнимать маску и бросать на меня сначала возмущённые, а потом ехидные и вредные взгляды. Именно с таким взглядом, через полчаса, приняв вид оскорблённой вредины и скрестя лапки на груди, Зелёнка на меня уставилась.
— И? — всеобъемлюще поинтересовалась вредина.
— А я чо? А я ничо! — принял я вид непричёмистый, который, в общем-то, соответствовал действительности.
— Некропедопневмафил! — обвиняюще протянула в мою сторону зелёную лапку зелёнка.
— Это… — озадачился я. — Чегось?
— Пневма — дух, — уточнила Ленка. — Ты, пока супруга спала, гарем себе набрать вознамерился? — упёрла она руки в боки. — А говорил — «недосуг», — противным и вредным голоском протянула она. — Берегиняложец!
— Так, ты того! — возмутился я. — Ничего не было, это раз! Она как восьмилетняя девочка выглядит, с костяной ногой! И я не соглашался!
— И не послал!
— Лен, блин… Ты вообще — что про Ариску знаешь?! — возмутился я.
— Берегиня, одна из сильнейших металюдей региона Восточного Меллорна. И вот я просыпаюсь, — театрально положила ладошки на щёки зелёная вредина, — и узнаю… Что она невеста моего супруга!
— Так, — задумался я, в принципе — понимая некоторую, максимум наполшишечки, обоснованность претензий. — Ну, в общем, слушай…
Ну и рассказал, что и как. Действительно девчонку просто жалко, поэтому даже как игру — не мог и не хотел послать. И обтроллила бы, да и взрослой женщине, в детском теле, от одного из немногих, который относится к ней как к человеку, слушать: «А не шла бы ты в жопу со своими матримониальными планами…» Ну, как-то слишком. Я злодей, даже сволочь, но не терминальный свинотрах, в конце-то концов!
— Мда, — аж немного спала с лица Зелёнка, выслушав мой рассказ. — Как-то и не думала даже. Жалко её, — протянула она, под мои кивки. — А мне что — мужа с кем-то делить из жалости?!
— Да не надо делить, блин! — возмутился я. — Ей лет пятьдесят, до момента когда тело берегини физически сможет…
— Знаю, говорила, ехидная такая, — надулась Зелёнка.
— Ну вот я её думал с Горынычем познакомить… — на что послышался смешок, а после Ленка нахмурилась и посмотрела на меня, как на свинотраха.
— Не вздумай! Глупость какую придумал, — важно выдала она, нахмурилась. — Ладно, время есть, подумаем. Может, и встретит кого.
— Вот да.
— И не поддакивай мне! — топнула Зелёнка ножкой, после чего моё бессмертие, в виде тросов, спряталось под диванчик.
— Кто в доме хозяин?! — мужественно пропищал я из под дивана.
— Вылезай из-под дивана, подлый трус! — уже улыбаясь подошла Зелёнка, отвечая ритуальной фразой.