Бастард (СИ)
Верга любила разглядывать себя в зеркале, и не только одетой… Точеные линии бедер…высокая грудь с розовыми сосками… плоский живот с тонкой-претонкой талией…и лицо, прекрасное, как с картинки! Она великолепна. Она выше всяких похвал! И вот эту красоту загоняют в проклятую Академию на целых пять лет! Ооо…ууу…ааа!
А этот нищеброд? Этот наглец, тупой ублюдок, который на нее пялился так, будто хотел сожрать! Верга заметила, как он глядел на нее в столовой, и само собой, возмутилась: как он смеет ТАК на нее смотреть?! Как на шлюху какую-то! Разглядывает, видишь ли, мечта-ает!
Верга знала об отношениях мужчин и женщин все, что нужно знать девушке, вошедшей в брачный возраст. Ее просветили во всех подробностях — как и положено в воспитании дворянской девушки, которая должна вести домашнее хозяйство и как следует ублажать мужа, своего господина и повелителя. И да, втайне она мечтала о том, как станет хозяйкой какого-нибудь крупного поместья и станет там править, своей волей карая и награждая многочисленную челядь и рабов.
Да, ей придется рожать — но такова ее работа, ее жизнь. Она еще не была с мужчиной — детские поцелуйчики со сверстниками не в счет. По-настоящему не была с мужчиной. Замуж нужно выходить девственницей — мать вдалбливала ей эту истину с тех самых пор, как Верга стала что-то понимать, и каждый раз, когда им приходилось встречаться с мужчинами где-нибудь в гостях, на балу.
И вот какой-то никчемный мальчишка смеет смотреть на нее так, будто она ему принадлежит, и стоит свистнуть — тут же выпрыгнет из платья и трусиков! Нет, тут надо сразу ставить себя на правильное место. На высшее место! Потому что большинство здешних студентов и ногтя ее не стоят!
Хорошо хоть родители оплатили ей одноместную комнату. Она бы не перенесла соседства с какой-нибудь идиоткой.
Верга сама не знала, почему пошла отмечать знакомство в компании бывших ее приятелей. Скучно было, наверное потому и пошла. А что делать в Академии, когда занятия еще не начались, студентов почти нет, а в город выход ей закрыт? Ибо приличные девушки по улицам города без сопровождения мужчин не ходят. Или без компании таких же как она девушек.
Как и предполагалось, Верга не выдержала соседства с этим мерзавцем и сбежала, напоследок рассказав все, что она думает об этом помоечном мальчишке. Да и не хотелось ей сидеть и слушать плоские шуточки Керла, и рассказы о том, как он купался голышом с этой малолетней шлюхой. И неважно, что тогда они были совсем мелкими детишками. Неприлично! Мерзко! И возбуждает…
Она не была дурой. Потому бросившись на широкую, будто сделанную для молодоженов кровать у себя в комнате, стала размышлять, анализируя свое поведение. Почему этот парень ее так бесит? Почему ей хочется вцепиться в его рожу ногтями, и драть, драть ее, чтобы потекла кровь, чтобы он умылся слезами! И почему он так ее возбуждает…
Идеал. Его внешность — это идеал того парня, о котором они мечтала. Она видела в снах это лицо, эти припухлые губы, эти серые глаза, эту улыбку, похожую на улыбку кота! И вот она его встретила. Своего Императора Грез. И что? Он оказался нищим, убогим, неспособным даже пошить себе форму из приличного материала! Нищим, тупым ублюдком, который не умеет общаться с девушкой из приличной семьи! Хамом, который ногтя ее не стоит!
Теперь она и ненавидела его, и любила. И больше всего ей хотелось, чтобы он исчез из ее жизни и оставил в покое. А ко всему прочему он еще оказался черным магом! Да, да — тем самым черным магом, о которых ходят легенды, о встрече с которыми мечтают не то что курсанты — преподаватели! При ней Диссамбль сказал, что займется Ольгардом персонально. Что весь преподавательский состав будет счастлив с ним пообщаться! И вот как это так?! Какой-то нищий мальчишка из захиревшего рода — и такие привилегии, за что?
Занятая своими мыслями, взбесившаяся окончательно после того, как сама себя распалила (скоро ЭТИ дни, и перед ними Верга была невероятно раздражительна), девушка неслась по коридору со скоростью беговой лошади, и как следовало ожидать — оставить ее смогло только препятствие.
— Ой! — девушка отбросило назад, и она бы упала, если бы ее не подхватила сильная рука.
— Ох! Крепкая у тебя голова, прекрасная девушка! Чуть дыхания меня не лишила! — на Вергу сверху смотрело красивое, гладкое лицо парня лет двадцати, а перед глазами блестел значок курсанта пятого курса Академии.
— Прости — Верга тихонько выдохнула, не сводя взгляда с мужественного, прекрасного лица парня, с его чувственных, сочных губ, с его белоснежных зубов, между которыми мелькнул острый розовый кончик языка, как-то особенно сладострастно облизнувший полные губы. Верга вдруг почувствовала тяжесть внизу живота и поняла, что вот-вот с ней случится…бежать надо! «Праздники» пришли! В комнату, бежать! Скорее!
Но не могла сойти с места, будто приклеенная к полу.
— Ты первокурсница, да? — улыбнулся парень — Мое имя Шогас Ляверн, из Клана Лявернов — слышала о таком?
Верга медленно кивнула. Кто же не слышал о Лявернах? Старший из них был министром торговли Империи, и поговаривали, что он обладает огромной властью, и огромным капиталом. Богаче его только сам Император.
— Хочешь в нашу компанию? — снова широко улыбнулся Шогас — Посидим, поболтаем…выпьем!
Он указал на трех парней, которые стояли чуть поодаль и тоже улыбались, и ожидающе посмотрел в лицо Верги. И снова она почувствовала волнение, и…возбуждение. Ей ужасно хотелось пойти с этим парнем! Тем более что…это была бы хорошая партия. Все равно как выйти замуж за принца.
— Мне надо забежать в свою комнату! — пролепетала Верга, чувствуя страх от того, что парень может просто развернуться и уйти. Она никогда еще не видела такого красивого мужчину!
— Хорошо! — глаза Шогаса будто мерцали, и Верга не могла оторвать от них взгляда — Приходи…вечером, к восьми часам. Пообщаемся. Тебе же интересно — как тут все устроено. Я имею в виду в Академии. Новичкам ведь все интересно, правда?
— Правда… — кивнула Верга, и глаза ее затуманились.
— Иди! — прервал ее мечты Шогас — Комната один. Восемь часов. Только обязательно, не заставляй себя ждать!
Верга бежала в свою комнату так, будто за ней гнались демоны. Скорее, скорее!
Успела, прежде чем организм успел ее предать.
Часы до вечернего свидания она провела как в тумане — на лекциях сидела будто в полусне, практически не слыша того, что говорил преподаватель. И потом — в столовой, и после нее — ходила сама не своя. Будто после болезни. Ну а потом она надела свое любимое платье и пошла в комнату номер один.
Если бы Шогас был в комнате не один — она бы скорее всего ушла. Но никого, кроме хозяина комнаты не было. Стол ломился от всяческих явств (то-то она не видела Шогаса в столовой), и стояла высокая, красивая бутылка синего стекла, которая стоит так дорого, как если бы она была сделана из настоящего хрусталя. Впрочем, возможно что так оно и было — из хрусталя. При таком богатстве — почему бы и нет?
— Давай выпьем за знакомство! — Шогас разлил по бокалам золотистое вино, поболтал им, взяв бокал за тонкую ножку, и с наслаждением принюхался — Драгоценное, столетнее! Из подвалов папенькиного дома! Представляешь, такого вина больше ни у кого нет. Виноградник, из плодов которого делается это вино, разбит на склоне горы Маджори, а гора эта когда-то была вулканом. Виноград очень сладкий, такой сладкий, что челюсти слипаются от сладости. Вот из него и делают вино — всего несколько бочек, и только для нужд нашего Клана. Мы не продаем это вино! Выпей, и почувствуй сладость поцелуя, и терпкость любви! Нашей любви!
Верга как завороженная взяла бокал в руки, поднесла его к губам и медленно втянула содержимое бокала в себя. Вино и на самом деле было густым, терпким, но совсем не сладким. И даже слегка горчило. Впрочем, она не особо разбиралась в вине, максимум, что ей позволяли — разведенное столовое вино, да и то — если были где-то в гостях и опасались пить простую воду. Давно замечено — если в воду добавить вино, то шанс заболеть желудочными заболеваниями гораздо меньше. Мама Верги хорошо разбиралась в снадобьях.