Академия магии. Притяжение воды и пламени. Часть 2

Я застыла на месте, смотря, как его прямая спина исчезает в толпе, а потом вновь появляется, когда та на несколько секунд расходится. Вскоре дверь красного экипажа открылась, поглотив обоих, — Александра и слугу, — а затем он стремительно сорвался с места.
— Нам стоит встретиться с Тарой, — проговорила я, отворачиваясь. И мой голос звучал уверенно, что удивительно, потому что уверенности я в себе совсем не ощущала.
— Я сказал то же самое несколько секунд назад, — отозвался Мартин.
Я мысленно выругалась про себя, надеясь, что не покраснела.
— Прости, не услышала.
— Он соврал. Он ничего не говорил, — вдруг сдал водника Альбер.
Теперь же я почувствовала себя действительно по-дурацки, возмущенно уставившись на Белроуза.
— Ну, зато теперь ты злишься, а не грустишь. Это ведь гораздо лучше? — философски произнес маг и закинул мне руку на плечи — по-дружески, совсем не как это делал Александр. Мартин скорее сгребал меня в охапку, прижимая к себе как какой-то мешок. — Мы со всем разберемся. Все прекрасно. Просто надо еще раз хорошенько подумать.
Что ж, в этом водник оказался прав. Я кивнула, чувствуя себя действительно гораздо лучше. Уже через несколько секунд мы отправились за Вацлавом, в то самое кафе, где нас ожидали.
***
— Они будто боятся, что мы сбежим. Поэтому здесь собрали, — сказала Ралина, не отрывая своего внимания от тарелки с салатом и, лениво шевеля вилкой, отделяя овощи от кусочков мяса. Последние небрежно откидывались на самый край, как мусор.
Голос у девушки был низким и грубоватым, хотя полностью соответствовал ее внешности.
Я промолчала, так и не найдя что ответить и бездумно рассматривая столики в этом небольшом ресторане, устроенном при гостинице. Заведение было старым, с налетом шика, в самый раз для аристократов, еще сумевших сохранить свое богатство. Хотя по мимолетным рассказам я знала, что таких осталось не так уж и много.
Но в этот вечер почти все столики заняли участники турнира. Мы словно ворвались в не предназначенный для нас мир.
«По крайней мере, предназначенный не для всех нас…» — поправила саму себя.
Многие из нашей команды уже успели поужинать и подняться к себе. Но Розенталь все еще не возвращался, и я сидела здесь в надежде увидеть его первой. С моего места через небольшое декоративное окошко в стене прекрасно просматривался вход.
Но я уже почти час потратила впустую, глядя на медленно опускавшуюся ночь за окном. У меня закрадывалось опасение, что Александр может и вовсе не явиться сюда. Хотя это ведь королевский турнир. Даже его отец не посмеет помешать участию стихийника. Наверное…
Мы знали, что второй день турнира пройдет за городской чертой, на огромной территории, что краем заползала на поле, основной частью пролегала в лесу и даже задевала низкие скалы. На карте местности я заметила узкую полоску реки, уходившей в столицу и протекавшей через весь Западный район. Тот самый, над которым главенствовал Лерой Розенталь.
Лишь воспоминание о нем заставляло меня нервно ерзать на стуле.
«Не беспокойся. Все будет хорошо», — сказала самой себе. Хотя это не сильно помогло.
— Ты не видела Альбера? Он спускался? — вдруг поинтересовалась я у Ралины, но та отрицательно покачала головой.
— Не-а. Наверное, сидит в своем номере, — безразлично отозвалась она, и тогда я, недолго думая, поднялась на ноги, оставив после себя почти не тронутую яичницу, что давно успела остыть.
Завернув в холл, я подошла к стойке администрации, за которой стояла молодая девушка в бордовой мантии, и спросила номер комнаты Димитара. После сокрушительного провала всего нашего плана я нуждалась в его злой иронии. А еще мне надо было с кем-то поговорить. Маг земли хорошо знал как Розенталей, так и Манселлов, а мне просто необходимо было занять хоть чем-то свои мысли. Например, разработкой нового плана действий.
Тара выглядела сегодня усталой и расстроилась от неудачи не меньше моего. Хотя они с братом Вацлава, кажется, нашли общий язык. Пока девушка рассказывала, мужчина не перебивая смотрел на нее, будто ловил каждое слово.
 
К сожалению, они не сообщили нам больше ничего действительно важного и радостного. Кроме того, что остались незамеченными. По крайней мере, Рон это гарантировал…
Здание гостиницы было довольно высоким — в шесть этажей — и полностью оправдывающим свое название. Весь его фасад оказался выполнен из дерева с резными деталями, если даже материал просто покрасили в бордовый оттенок, то сделали это весьма натурально.
Поднимаясь по широким ступенькам, я разглядывала узоры на перилах, которые были изготовлены из того же материала, что и все вокруг.
Попадающиеся на пути окна имели форму вытянутого треугольника с округлыми краями, на стенах то и дело встречались картины с разными людьми в причудливых и разнообразных нарядах, иногда напоминающих наше Средневековье. Лица всегда были разными, и лишь обстановка позади оставалась той же — залы, комнаты и коридоры этой гостиницы. Создавалось впечатление, что я переместилась на несколько веков назад в прошлое.
Этому месту позавидовал бы любой музей. Не удивлюсь, если где-нибудь найдутся тайные ходы.
Добравшись наконец-то до пятого этажа, я с удивлением обнаружила, что весь текстиль в этом коридоре имел темно-фиолетовый, ближе к ежевичному, оттенок с мелким вкраплением синего. Например, в моем крыле все оказалось пепельно-голубым, а в ресторане внизу — золотисто-песочным, и это наталкивало на мысль, что у каждой зоны имелся свой цвет.
Номер семьдесят один я отыскала практически сразу — цифры были нарисованы прямо на двери золотой краской. И подойдя вплотную, неожиданно услышала чей-то приглушенный плач.
Женский.
«Может, комнатой ошиблась?» — смутилась я.
Наверное, мне стоит уйти. И почему мне вздумалось поговорить именно с Альбером?
Логичнее было поговорить с Мартином. Но это скорее просто привычка, ведь на протяжении двух месяцев в глуши именно с Димитаром я болтала чаще всего, не считая занятий и нравоучений Хильды.
Альбер был умен, мог дать дельный совет, хотя последний оказывался часто приправлен злой иронией.
Я подняла руку и постучалась. Плач мгновенно стих. Последний, видимо, был достаточно громким, раз я расслышала его даже в коридоре. Все без исключения двери в этой гостинице были очень массивными и прекрасно сдерживали звуки.
— Ева… — удивленно протянул Альбер, приподняв брови. Образовавшийся проем между косяком и дверью был узким, и парень полностью закрывал его своим телом.
— Я помешала, да?
— Ну как сказать… Может и спасла, одеяло моей кровати уже больше часа поливают слезами, — меланхолично обронил стихийник. И тут же его голова дернулась вперед от удара прилетевшей подушки.
Маг скривился.
— Я уже сказал тебе, что давно не исполняю роль твоей утешительной жилетки! — гневно гаркнул парень в ответ. А потом, вновь вернув прежнее умиротворенное выражение лица, полюбопытствовал: — У тебя какое-то дело?
— Э-э-э… — Я замялась, будто разучившись говорить. И следом ошеломленно прошептала: — У тебя что, там Лея?
Он мельком оглянулся и кивнул:
— Да, плачется, что ее никто не любит. После вашей сегодняшней выходки с Розенталем отец бедняжки разозлился и грозится сам разорвать их помолвку. Сказал что-то типа того, что он не позволит унижать свою дочь.
Было что-то неуютное в обсуждении человека, который прекрасно все слышит. А когда этот человек твой враг, неуютней вдвойне.
Лея мне не нравилась, да и какие могут быть симпатии в нашем положении? Но желания позлорадствовать у меня тоже не возникало.
Я некоторое время молчала, думая, что, похоже, мне все же не стоило сюда приходить.
Но неожиданно все стало гораздо хуже… Я испытала прилив восторга и в то же время паники, когда на этаже вдруг появился Розенталь.
Он шел довольно бодро и выглядел как ни в чем не бывало, словно не возвращался из логова дракона, встреча с которым не обещала ничего хорошего. Его брови слегка приподнялись, когда он увидел меня рядом с Альбером, а рука чуть крепче сжала ремешок сумки на плече.