Академия магии. Притяжение воды и пламени. Часть 2

«Да что же это со мной? Подрался и подрался. Он ведь не маленький», — сказала самой себе и прикрыла глаза. Мысленные уговоры нисколько не усмиряли мое беспокойство и желание позаботиться.
Но я все же вновь прошла в глубь комнаты, заглянула в ванную, убеждаясь, что на полу совсем не осталось воды, и в то же время проклиная Вацлава. Всего парой слов он словно сотворил пропасть между нами, глубокую, как Марианская впадина. Может быть, раньше в глубине души я и питала к нему симпатию, но теперь как отрезало.
Виной тому были мои гордость и максимализм. Я не привыкла мириться с меньшим. Опустишь планку хоть раз — и это будет преследовать тебя если не всю жизнь, то долгое время. Я не отличалась от остальных девушек — мне хотелось, чтобы меня любили. Но любили без оглядки и сомнений, а не «я наберусь терпения и подожду». В каждом слове Вацлава слышалось сомнение, он сам еще гадал: а не обычное ли я увлечение, что со временем наскучит. Так если ты до конца не уверен, надо вообще молчать!
По всей видимости, про обещание провести вечер с магом можно с радостью забыть… Оно и к лучшему.
Придя в себя, я поняла, что стою на месте и пыхчу как паровоз.
«Подходящий момент… тьфу! Лучше я подожду подходящего случая, чтобы научить тебя, чего точно не стоит говорить девушке», — решила про себя и приступила к уборке комнаты. Давно следовало вытереть с полок пыль и помыть пол.
Ну, по крайней мере в ванной я уже убралась…
Спустя пару часов, когда солнце село, а я вышла на балкон подышать свежим воздухом и насладиться видом, меня внезапно потревожили замечанием:
— Ты хорошо поешь.
Я едва не подпрыгнула, заметив Розенталя. Наши балконы были так близко, что при желании и сноровке можно было перепрыгнуть с одного на другой.
— Да? Брат мне всегда говорил, чтобы я перестала выть, — хмыкнула, отмечая занимательное совпадение: Александр жил именно в соседней спальне. А я и не обратила внимания, к какой двери он подходил, когда выглядывала в коридор.
Огневик облокотился о перила балкона и подпер ладонью щеку. Я вновь мельком увидела сбитые костяшки.
— Сходим куда-нибудь прямо сейчас?
— Вообще-то уже темно, нам нельзя, — нахмурившись, отозвалась я.
— Об этом никто не узнает. Просто не бери с собой маячок.
— А вдруг ты что-нибудь решишь со мной сделать. Кто тебя знает? Маячок — хоть какая-то гарантия безопасности.
Брови Розенталя приподнялись, и я поспешно добавила, предостерегая себя от порции очередных горячих и смущающих фраз:
— Молчи. Я и так знаю, что ты хочешь сказать.
— Неужели я такой предсказуемый? — усмехнулся он.
— Лишь иногда. Но в данный момент даже пророком быть не надо, чтобы угадать.
— Угадать что?
Я уставилась на свет ближайшего фонаря, сжимая пальцами железные перила.
— Я уже давно хочу с тобой что-нибудь сделать. У меня много желаний… — передразнила его не своим голосом. Так или иначе эти слова все равно оказались произнесены вслух.
— Почти угадала, водница. Умничка, — похвалил огневик, вынуждая посмотреть на себя, и выпрямился, добавляя: — Жду тебя внизу. Поужинаем в ресторане. Помнишь ведь, что я обещал тебе кое-что рассказать? Это касается твоего маньяка.
— Маньяка? — переспросила я. — Ты что-то узнал?
— Жду тебя внизу, — лишь ответил Александр и скрылся в комнате.
Я, перекинув плащ через руку, крадучись спустилась по лестнице. Тусклые светильники пускали по стенам трепещущие тени, словно намекая мне, что из каждого угла навстречу может выскочить призрак. Стол Магды пустовал. В это время суток дом выглядел бесхозным, слишком тихим и таинственным. И я вспомнила линии, что увидела на плане ректора. Место, где я поселилась, оказалось гораздо загадочнее, чем считалось изначально.
— Я уже заждался, — прошептал Розенталь, выходя из тени лестницы — он стоял на первом этаже, прислонившись спиной к ее перилам и сложив руки на груди.
— Прошло всего пять минут.
— Да? Значит, я стал нетерпелив, — сказал он, расплетая руки. — Воспользуемся запасным входом.
 
Я молча кивнула — не хотелось создавать шума и привлекать чужое внимание.
Мы выскользнули на темную улицу, и я поймала себя на мысли, что окончательно привыкла к местной обстановке — покрытым брусчаткой улицам, невысоким домам с острыми крышами и прямоугольными дымоходами, торчащими из них…
Нарушение запрета вызывало слабую тревогу. Но с другой стороны, я отчетливо понимала, что с огневиком никакой маньяк мне не страшен.
— Ты оглядываешься по сторонам как испуганный кролик, — уронил Александр, не испытывавший, судя по поведению, никаких мук совести. — Белый кролик.
— Я стражу высматриваю. Мне не хочется попасться и получить наказание.
— Не беспокойся, не получишь ты наказания.
Я вопросительно взглянула на него из-под капюшона плаща. Розенталь молчаливо вытащил из кармана пачку банкнот. Закатив глаза, я обозвала его мажором, на что вид его стал крайне недоуменным, и пришлось пояснить:
— Отпрыск богатеньких родителей.
— Ты меня будто обозвала.
— Ну не сказала бы что будто… У этого слова негативный оттенок, говорящий, что ты живешь на всем готовом, — пожала я плечами, замечая огни ресторана — того самого, с отдельными комнатками.
Это место было дорогим и умело хранить чужие тайны. Даже входная дверь оказалась заперта. Александр постучал, и на уровне его глаз открылась створка. Служащий по ту сторону сразу же узнал постоянного посетителя и пригласил нас войти внутрь. Вскоре нас проводили в приватную комнату, точную копию той, что я посетила в первый свой визит. Из мебели здесь были только округлый диван и столик в центре.
— Я с тобой еще за прошлый раз не расплатилась… — недовольно сказала я.
Розенталь промолчал, раздеваясь и забирая мой плащ, чтобы повесить его рядом со своим на вешалку. Он успел сесть за стол, когда, коротко постучав, внутрь проникла официантка. Ее взгляд быстро мазнул по мне — я все еще стояла на ногах, не спеша занимать место, — и полностью сосредоточился на Александре. Парень делал заказ быстро, не заглядывая в меню, и я поняла, что он назвал слишком много блюд для одного, но заметила еще одну странность — служащая и огневик разговаривали слишком неформально, будто давно друг друга знали, а девушка пыталась всячески ему угодить, помогая с выбором. Приняв же заказ, она с радостной улыбкой вылетела в коридор.
Я уставилась на Розенталя, видя отголоски тех самых радостных эмоций и в нем.
— Что? — заметив мое внимание, спросил парень.
— Ничего, — мотнула головой, сама еще не осознавая, что меня так задело.
Александр усмехнулся.
— Раз заказ делал я, то и платить мне, Ева, — сказал он как бы между прочим. — А Розе я однажды просто помог.
— Чем?
— У нее брат игрок. Выносил все из дома, создавал огромные долги, — со скучающим видом поведал он, откладывая в сторону меню.
— И ты их оплатил?
— Нет. Я с ним просто поговорил, как и еще с парочкой знакомых мне людей, чтобы не подпускали его к казино.
— Откуда у тебя столько знакомых?
— Ева, моя фамилия Розенталь, и пусть на тебя это не производит большого впечатления, но ты даже не представляешь, сколько человек хотят поддерживать с нашим родом хорошие отношения. — Он вновь посмотрел на меня и повеселевшим тоном спросил: — Ты собираешься садиться?
— Собираюсь, — отозвалась я, но, не сдвинувшись с места, поинтересовалась: — Как думаешь, ты готов отказаться от всех благ и влияния? Если ты все же разорвешь связи с отцом, отношение окружающих изменится. Хотя, конечно, твой дар тоже будет внушать уважение, но для тех, кому важны лишь деньги…
— Если бы я все тщательно не обдумал, то ничего бы не затевал, — резко прервал он меня.
В дверь постучали — вернулась официантка, уже с подносом в руке. Вскоре на столе оказалось две тарелки с ароматно пахнущим рагу.
— Ты помнишь свое условие? — проговорил Александр, когда служащая покинула комнату.