Проклятый из рода Распутиных. Том 2

Лакей проверил наши приглашения и пригласил внутрь, где к нам тотчас подошёл слуга с подносом, на котором стояли бокалы с шампанским. Рябушинская ловко цапнула один.
— Ты не будешь? — спросила она.
— Нет. Мне не нравятся пузырьки. Кто, вообще, придумал их делать? И зачем?
Девушка пожала обнажёнными плечами.
— Понятия не имею. Шампанское должно быть таким, — она сделала маленький глоток. — О, неплохое! Обычно на многолюдных встречах подают попроще. Точно не хочешь попробовать?
— Нет, спасибо.
Я искал глазами Глинского.
— Кого ты высматриваешь? — спросила Василиса. — А, ясно! — добавила она вдруг другим тоном. — Не знала, что и она здесь будет! А ты, видимо, был в курсе, да?
В голосе девушки послышался упрёк.
— Ты про кого? — рассеянно спросил я, продолжая искать глазами Глинского.
— Не делай вид, что… Эй, а ты куда смотришь?
Я повернул голову к Василисе.
— Ты не Суворову потерял? — спросила она.
— Она говорила, что будет здесь, да. Но меня интересует не она.
— Неужели? А кто тогда, если не секрет?
— Графиня Мезенцева, конечно. Думаю, я должен представиться. Всё-таки, впервые здесь.
— А! — с облегчением сказала Рябушинская. — Вон она. Пойдём познакомлю вас. Значит, ты был в курсе, что Суворова придёт?
— Да. Кто из них графиня?
Я спросил, потому что мы шли к группе женщин в роскошных нарядах, каждая из которых могла быть Мезенцевой.
— Та, что в голубом, — ответила моя спутница. — Так что насчёт…
— Слушай, успокойся, пожалуйста! Если бы я хотел пойти с Наташей, с ней бы и пошёл.
— А она тебя звала?
— Да. И закроем тему. К тому же, мы почти пришли.
Графиня нас заметила и жестом прервала разговор.
— Василиса! — расплылась она в приветливой улыбке. — Рада видеть! Чудесно выглядишь. Кто твой кавалер? — голубые глаза обежали меня цепким взглядом.
— Ярослав Распутин, — ответила Рябушинская. — Мы вместе учимся.
— Распутин? — приподняла тонкие нарисованные брови графиня. — Неужели? Давно не слышала эту фамилию, — она протянула руку в перчатке, и я склонился, имитируя поцелуй. — Рада знакомству. Меня зовут Софья Павловна.
— Взаимно, графиня, — отозвался я. — У вас чудесный дом.
— Это всё муж, — отмахнулась Мезенцева. — Такой транжира! Ничего не могу с этим поделать? Вы танцуете?
— Скорее, нет.
— Как жаль! А в карты играете? Если скажете, что нет, я расстроюсь.
— Возможно, сегодня получу несколько уроков.
— Я вам помогу, — графиня с улыбкой похлопала меня по плечу. — Садитесь с нами играть. Я займу вам место. Вам обоим, — добавила она, подмигнув Василисе.
— Премного благодарен, — поклонился я. — Уверен, ваши уроки будут мне исключительно полезны.
— Смотря, каким вы окажетесь учеником, господин Распутин.
Я почувствовал, что Рябушинская незаметно потянула меня вправо, давая понять, что для знакомства разговоров достаточно.
— Прошу прощения, — сказал я графине, и мы отошли.
— Кажется, ты её заинтересовал, — заметила Василиса. — Иначе она нас не пригласила бы. О, вот и Суворова!
Последнюю фразу она произнесла с лёгкой неприязнью. Действительно, в нашу сторону направлялась Наталья. Она держала под руку высокого худого парня в коричневом костюме-тройке и бордовом шёлковом галстуке, заколотом крупной жемчужиной. Он нервно поправил очки в чёрной роговой оправе и кивнул нам с Рябушинской.
— Привет, привет! — преувеличенно радостно воскликнула Суворова. — Яр говорил, что вы здесь тоже будете. Как вам обстановка?
— Отлично, — отозвалась Василиса. — А тебе?
— Чудно! Кстати, познакомьтесь, это мой жених Анатолий Кантемиров. Василиса Рябушинская, Ярослав Распутин. Мои одноклассники.
Мы обменялись с парнем рукопожатием. Вот ведь не повезло бедняге. Ещё не женат, а уже с рогами. Хотя у них, наверное, брак будет династический, и появляются вместе они только на таких вот мероприятиях. И всё же, лучше, чтобы Кантемиров не узнал о том, что мы не просто вместе учимся.
Зато Василиса, услышав про жениха, сразу расслабилась и даже улыбнулась мне. Видимо, решила, что просто сама себя накрутила.
 
Наталья тормознула проходившего мимо официанта и взяла с подноса пару бокалов. Один протянула Василисе, так как у той первый уже опустел.
— За отличный вечер, — провозгласила она тост. — Надеюсь, мы повеселимся!
Я поймал её брошенный украдкой взгляд.
— Мне нужно поздороваться кое с кем, — проговорил кавалер Суворовой. — Прошу нас извинить. Ещё увидимся.
И он решительно уволок спутницу в другой угол зала.
— Не знала, что у Наташи есть жених, — проговорила Василиса. — А ты?
А я смотрел в сторону фонтана, устроенного в центре холла, возле которого стоял улыбчивый парень в тёмно-синем костюме. Время от времени он поправлял машинальным движением светлую чёлку, сползавшую ему на лоб. Его обступили три девушки, не считая той, с которой он пришёл: он крепко держала его за локоть, переводя испуганный взгляд с одной собеседницы парня на другу, словно боялась, что они сейчас накинутся и отберут его у неё.
— Яр! — окликнула меня Рябушинская. — Ты чего завис?
— Ничего, — я отвёл взгляд и улыбнулся. — Давай посмотрим, нет ли здесь ещё каких-нибудь наших знакомых. Заодно представишь меня тем, кого знаешь.
Графиня спрашивала про карточные игры. Значит, где-то тут приготовлены ломберные столы. Глинский — известный бретер и, конечно, не упустит возможность поиграть. Там более, что подобных возможностей у него сейчас немного: если верить досье, с ним давно перестали садиться серьёзные игроки. Но здесь ставки будут небольшие, как и положено на подобных мероприятиях. Не уровень Глинского, но он не откажет себе в удовольствии обставить по маленькой пару стариков. Как бы устроить так, чтобы оказаться с ним за одним столом?
  
Глава 5
 
Вместе с Рябушинской мы прошлись по залу. Пару раз останавливались, чтобы моя одноклассница представила меня кому-то из своих знакомых, а затем я, наконец, увидел небольшую группу аристократов, которые собирались в одном месте — вокруг игральных столов.
— Подойдем поближе, — сказал я Василисе.
— К карточным столам? — удивилась девушка.
— Ну да, а что? — спросил я, немного удивившись её реакции.
— Не думала, что ты играешь, — ответила девушка. — Ты никогда не был похож на азартного человека, — добавила она, и я усмехнулся.
— Играю. Плюс, за ломберным столом можно познакомиться с интересными людьми. Идем, — я взял её за руку и подошёл поближе к игрокам.
Стоило нам приблизиться, как большая часть аристократов уставилась на нас. Вернее, на меня.
— О! Ярослав, — послышался знакомый женский голос.
Графина София Павловна Мезенцева поприветствовала меня, и я, вежливо склонив голову, улыбнулся ей в ответ.
— Рад вас снова видеть, — произнес я, глядя на женщину в годах, которая ещё не утратила красоты и лоска.
— Взаимно, — улыбнулась она в ответ. — Решили воспользоваться моим приглашением и поиграть в карты?
— Именно, — кивнул я.
— Тогда, прошу, присаживайтесь за мой стол, — произнесла она, сделав пригласительный жест.
От таких предложений не отказываются. Тем более, это мне и было нужно.
Я уверенным шагом пошёл вперед, почти таща за собой Василису, которой, судя по её выражению лица, происходящее не особо нравилось.
Вопрос только — почему.
Пройдя к столу сквозь толпу других аристократов, которые нехотя уступали мне дорогу, я сел напротив хозяйки дома.
— Вы знаете правила игры в вист? — поинтересовалась София Павловна, и я кивнул.
— Читал, — честно ответил я. — Но не играл. Так что только теоретически.
— Славно, — моя собеседница снова улыбнулась. — Василиса, сядешь с нами? — спросила мою одноклассницу Мезенцева, и та, смерив меня уничижающим взглядом, тоже села за стол.
Провести этот вечер она явно хотела по-другому, но у судьбы на её счет были другие планы.