Майор Одинцов (СИ)

— Не… Я только по оружию и охране. Узкий специалист, так сказать, — Николай Петрович пытается скромничать, стоя на фоне огня и дыма.
— А что там горит?.. — Алиса показывается из машины.
— Да не переживайте, — дед отмахивается. — Это я с напалмом баловался. Запёк парочку свиней до хрустящей корочки.
— И кто это был? Есть идеи?
— Тут без пол-литра не разберёшься. Опознавательных знаков не было. Но раз им на выручку прилетел вертолёт, то, скорее всего, наши. Думаю, Канцелярия.
— Оу… И что теперь будет? — я уже начинаю морально готовиться к новому витку проблем, связанных с этой конторой. — Нас посадят?
— Ещё чего! — возмущается Николай Петрович. — Они вломились в мой дом без ордера! В масках! А затем нарвались на автоматическую… Я подчёркиваю: автоматическую! Систему охраны. Она их и перебила.
— Ага-ага… А как ты объяснишь выстрел из гранатомёта по вертолёту?
— После такого приземления и детонации боекомплекта от его чёрного ящика ничего не останется.
— Эм… А тот дрон-разведчик? Он ведь ещё где-то здесь, — пытаюсь осмотреть небо, но мешают кроны деревьев.
— Вон там, — дед указывает на нужное направление, прямо на берёзу. — Он ничего не видел. Однако отрицать не буду, проблем могут возникнуть.
— Компас! Мы должны его вытащить! — восклицает Алиса.
— За него не волнуйтесь. Сейф провалился в пятнадцати-метровый лаз, который специально для этого и создан. Теперь его можно будет поднять только при помощи крана или лебёдки. Но сперва придётся отодвинуть тяжеленную бетонную плиту, ведь гидравлическая система работает только в одном направлении.
— Я, конечно, знал, что ты фанатик… Но чтобы настолько… Да, Николай Петрович, с тобой шутки плохи, — я киваю в такт с вырывающимися из-за забора языками пламени. — И что теперь будем делать?
— Сперва надо вручную отключить систему самоликвидации, а потом ждать пожарных, полицию и наверняка Канцелярию…
— Тогда надо отрепетировать историю, которую мы будем рассказывать… — я устало вздыхаю. — И когда всё это кончится?..
Вот бывает день-тюлень — это когда ты с утра до ночи ничего не делаешь, сидишь дома и изредка встаёшь с дивана или из-за компьютера. А бывает такое, что присесть нормально не можешь. И именно эта разновидность дня выдалась у меня.
Сперва мы долго смотрели, как тушат пожар, который едва не перекинулся на сам дом. Затем ждали представителя Канцелярии, который по три раза задавал одни и те же вопросы. Даже еду с доставкой заказывать пришлось, ведь от компаса отходить было нельзя, а у деда дома шаром покати.
Одна только Алиса мирно спала в машине, ибо её даже дознаватель опрашивать не стал. Что, кстати, довольно странно. У меня вообще сложилось впечатление, что у него была всего одна цель: докопаться до меня и найти повод посадить за решётку.
Но если бы они хотели, то давно бы кинули в тюрьму. У меня сложилось впечатление, что советник, прибывший из Москвы, не знал, кто стоит за случившимся.
Неужели это всё-таки не Канцелярия? Но тогда кто?
Беглый Долгополов? Разведки других Империй? Недруги Николай Петровича? Хрен его знает.
Спокойной жизни мне не видать — это очевидно. Я уже начинаю жалеть, что ввязался в это эпопею с компасом… Возможно, стоило его и правда отдать властям, а там хоть трава не расти.
Однако я как минимум обязан сдержать слово и помочь Алисе. А там уже посмотрим… Да и золото неплохо было бы извлечь из закрывшейся на Урале червоточины.
По идее, если бы у меня не было возможности быстро навариться, то моя безбедная жизнь уже в скором времени бы закончилась. Я даже и подумать не мог, что отец оставит мне город в таком состоянии.
И да, я прекрасно понимаю, что озвученные мною указания не воплотятся в жизнь по щелчку пальцев. Такого не бывает. Но я должен был указать подопечным путь, основанный на моих внутренних принципах и убеждениях.
В прошлой жизни я свыкся с мыслью, что один человек ничего не решает. Однако это не относится к тем, кто облечён властью. И раз уж этот груз под названием «Рыбинск» повесили на мою шею, то мне придётся его вытянуть со дна.
 
Как минимум я попытаюсь, а там посмотрим. Надо ведь с чего-то начать?..
Я планирую внимательно следить за тем, как исполняются мои наказы. И мне не столько важен результат, сколько процесс.
Наверняка у замов возникнут не решаемые проблемы, и у них будет три пути: скрыть, забить или обратиться ко мне. Стрессовая ситуация покажет, кому можно доверять, а кому нет.
Все могут ошибаться, и я не исключение. Однако если человек признают свою вину и придёт за советом, то у такого помощника есть будущее в моей команде. А если он попытается меня обмануть, то на первый раз получит предупреждение, а после второго вылетит со службы.
А места там завидные, ведь замы получают сильно больше обычных работяг, и даже средний класс им неровня. Поэтому желающих занять эти должности вагон и маленькая тележка.
И вот уже этим же вечером, когда я только-только собираюсь по-человечески поесть за столом и отдохнуть, раздаётся звонок…
Маргарита крайне недовольна моим решением касательно её дочери. Сперва женщина пытается сглаживать углы, выбирать слова, но затем начинает повышать голос и едва не срывается на крик. Уж не знаю, что она обо мне думает, но явно считает, что сможет настоять на своём и пересилить мои убеждения.
Но чем больше она на меня давит, тем решительнее я настаиваю на своём. В какой-то момент наш диалог доходит до пика, и я открытым текстом ей говорю, что легко смогу найти ей замены, а саму отправить на общественные работы вместе с дочерью.
Тогда-то наш разговор и заканчивается. А дабы она не наделала глупостей, я звоню в секретариат и приказываю аннулировать её полномочия по части движение средств.
Кредит Маргарита уже взяла, поэтому пусть подумает над своим поведением денёк. А там поглядим. Возможно, в её кресло придётся посадить Алису, но тут есть одна проблема…
Алиса желает всё свободное время уделять расшифровке инструкции, а не подписывать бумажки и проверять отчёту. Поэтому я рассматриваю её как запасной вариант и надеюсь на благоразумие Маргариты.
Этой же ночью, пока Алиса отсыпается, а я дремлю и думаю о своём, Николай Петрович вместе с восемью своими сослуживцами восстанавливают те элементы обороны, которые ещё можно восстановить. Также Дед организует круглосуточный дозор и расчехляет свой арсенал.
И только, когда целостность периметра более-менее восстановлена, мужики приносят домкраты и отодвигают бетонную плиту, закрывающую секретный лаз.
Затем следует трёхчасовая операция по подъёму сейфа на поверхность. Николай Петрович утверждает, что назвал эту дыру «лазом», так как хотел использовать для отхода, но в последний момент передумал, решив сражаться до конца.
Глубокой ночью мужики всё-таки поднимаюсь сейф. Он помят, замки заклинило. Приходится вскрывать силой, но благо у деда есть весь необходимый инструмент.
По понятным причинам наших новых охранников мы не посвящаем в тонкости того, что же находится в сейфе. И как только они разбредаются по постам, Алиса садится работать с инструкцией, а мы с Николаем Петровичем идём на кухню придумывать более укромное место для компаса.
Этой штукой мы будем пользоваться нечасто, а потому её можно хранить вне дома. Но как это сделать максимально безопасно — большой-большой вопрос…
* * *
Спустя два часа после нападения на жилище Николая Петровича. 
Недавно выстроенный сквер на севере Москвы. 
Дмитрий Павлович неукоснительно следует ритуалу, который уже вошёл в привычку. Сразу после обеденного приёма пищи, он вместе с Елизаветой Михайловной отправляется на прогулку.
Во время неё Первый Секретарь обычно докладывает о самых важных новостях и обрисовывает обстановку в целом. Иногда эти беседы занимает по несколько часов.
— Чем порадуете сегодня, мой дорогой? — с лёгким снисхождением в голосе интересуется Елизавета.