Майор Одинцов (СИ)

— Кстати, а у тебя есть на примете хороший инженер-компьютерщик? Нам бы такой очень пригодился.
— Живых и тех, кто на свободе, нет. Есть один отличный мужик, но он сидит в центральной московской тюрьме. Отбывает пожизненное.
— Оу… И за что его посадили?
— Там ситуация забавная случилась… — Николай Петрович невольно хихикает. — Он довольно вспыльчивый и упрямый… Да и клал большой и толстый хрен на титулы и звания. И однажды, сидя в самом дорогом баре Москвы, закусился с одним бароном… Ну и послал его туда, где волки срать боятся.
— А почему его не привлекли к работе на государство? Раз уж он суперспец.
— В этом и прикол… Ведь за оскорбление третьесортного барона ему дали бы максимум десять лет рудников, но никак не пожизненное…
— Ну не томи. Рассказывай.
— Сидеть в тюрьме он не собирался и сбежал уже на второй день после задержания. Через неделю его убежище обнаружили, окружили и начали штурмовать. Когда он понял, что всё кончено, то загрузил в сеть вирус, который создавал последние одиннадцать лет…
— И?! — нетерпеливо ворчу я. — Что дальше?!
— А дальше на всех билбордах, электронных табло и иных наружных устройствах Москвы появилось короткое зацикленное видео. На котором прошлый Император ублажал сам себя… И делал это ртом…
— Оу…
— Понятное дело, что видео было не настоящим, но эффект был бомбическим! Ушёл Казимир красиво, конечно.
— А почему его не повесили? По такому случаю вполне могли на кол посадить… — недоумеваю я.
— Ему повезло, что всего через неделю начался госпереворот, и прошлый Император был убит. А нынешний шутку оценил и приказал заменить казнь на пожизненный срок.
— Боялся, что в какой-то момент и его изображение может появиться на экранах? Умора…
— Видимо. Казимир — до безумного эксцентричный человек, но спец от бога. Таких компьютерщиков, которые ещё и с руками из нужного места больше нет. Уникум, не иначе.
— Хм… А есть вариант его вызволить? Силой? Деньгами? Связями?
— Деньги и связи тут не помогут, ведь его отпустят только в случае помилования Его Величеством. А силой… Гипотетически это возможно, но на практике самоубийство. Там нужна целая армия, плюс потребуется освобождать всех, дабы замести следы… Я бы не стал так рисковать.
— Ладно, буду иметь в виду, что такой человек существует. Глядишь, найдём способ вытащить твоего этого Казимира, любителя посылать бояр далеко и надолго.
Мы подъезжаем к зданию администрации, и Николай Петрович паркуется в подземном гараже на месте для особых персон. Здесь просто так к машине никто подойти не сможет, да и камеры везде стоят. За «Крузак» переживать не нужно.
Я бужу Алису, и мы ковыляем в секретариат. Там буквально за десять минут назначаю Николая Петровича начальником Службы Безопасности и открываю ему максимальный доступ ко всем полномочиям. Теперь он работает официально, и ему ничего не помешает выполнять свои должностные обязанности.
Попутно назначаю Алису своим первым советником по общим вопросам. И она сама выбирает, какие полномочия ей нужны. В основном это всё, что связано с финансами.
Чувствую себя слега не защищённым в правовом плане, но нужно кому-то довериться. Нельзя всё это тащить на своих плечах. Да и основной принцип хорошего управления звучит так: «Найми отличных исполнителей, чтобы не пришлось заниматься операционной деятельностью».
Конечно, опыта руководства таким большим городом у меня нет, но я быстро учусь. Да и Алиса обещала подстраховать, а её с самого детства готовили к этой работе. Как и меня, но в голове абсолютный вакуум, даже в космосе такой пустоты не найти.
Мы втроём поднимаемся на пятый этаж и заходим в зал для совещаний. Здесь довольно просторно, стоит овальный стол и какая-никакая зелень. Все уже собрались и ждут только нас.
Тут сидят восемь моих заместителей по различным вопросам и секретари-помощники. Место начальника СБ свободно, а вот для Алисы кресла не находится.
Помощники приносят его из соседнего кабинета и ставят рядом с моим. Тогда-то мы, наконец, все садимся и приступаем к совещанию.
 
— Доброе утро, если его можно таким назвать, — на пессимистичной ноте начинаю я. — С вами всеми я почти не знаком, учитывайте это, когда будете выступать. Сразу представлю вам Николая Петровича.
— Здравствуйте, — он ненадолго встаёт и садится обратно.
— И он, и моя коллега, — показываю на Алису, — могут к вам обратиться от моего имени. Если это случится, то считайте, что это мой приказ. Надеюсь, всем всё понятно… Что ж, а теперь приступим к делу. Сперва я хочу заслушать доклад по экономической части.
— Если позволите, Ваше Сиятельство, я начну, — подаёт голос высокая и худая женщина с широкими очками. Даже боюсь спросить, сколько она тратит денег на свою внешность и аксессуары. Если её отнести в ломбард, то получишь несколько миллионов, а то и больше.
— Слушаю вас, Маргарита Степановна, — складываю руки на груди, ведь эта женщина мне уже не нравится. Ничего не поделаешь, нелюбовь с первого взгляда.
— Ситуация с недавно открывшейся червоточиной сильно ударила по нашему бюджету. Мало того что мы обязаны выплатить компенсации пострадавшим, так ещё и рыбное хозяйство находится на грани коллапса. Прямо сейчас лава продолжает вытекать из разлома, что отрицательно сказывается на экологии и рыбном промысле.
— А почему они её не закроют? — перебиваю я. — В чём проблема?
— Санитарная зачистка уже произведена и подобраться к червоточине не представляется возможным. Проблема в том, что кто-то изнутри выломал кусок кристаллической пены.
— Сбросить ещё один снаряд? Разве мы не можем этого сделать?
— Ваше Сиятельство… — по Маргарите видно, что она старается подобрать слова, которые не покажутся оскорблением. — Наш бюджет в этом году дефицитный. На семь с половиной миллиардов рублей. Мы и так должны перечислить в фонд «Чистильщиков» шестьсот тридцать два миллиона. Последнюю червоточину они были обязаны закрыть и выставить нам счёт, а вот оказание дополнительных услуг положено только после погашения долгов.
— А если что-то оттуда вылезет? Они тоже не будут ничего делать?
— Если произойдёт ЧП, то «Чистильщики» займутся его решение, но вытекающая лава таким случаем не является.
— И сколько стоит снаряд с этой чудо-пеной?
— Нам бы хватило небольшого, за восемнадцать с копейками миллионов, но так просто нам его никто не продаст. А вот подготовка, запуск и комплекс других услуг обойдётся в кругленькую сумму… Раз в пять, а то и в шесть дороже.
— Интересная система… — мне сразу вспоминается медицина в США. Там похожий принцип — сплошное обдиралово.
— К сожалению, мы исчерпали все возможности кредитования, поэтому не можем взять заём.
— И какой у нас выход?
— Предлагаю сократить расходы на социальную сферу и поднять налоги. Если мы откажемся от тех вещей, которые ввёл ещё ваш отец, а также увеличим налоговую нагрузку с пятидесяти до семидесяти процентов, то сможем поднять кредитный рейтинг и получить новый займ.
— Вы уж меня извините, но звучит как какая-то лажа, — бросаю взгляд на Алису. — Что думаешь?
— Мы обратимся в «Банк Романовых», — начинает Алиса.
— Простите, госпожа Меренкова, но вам известно, под какой процент этот банк выдаёт кредиты?! — перебивает её Маргарита.
— Под тридцать семь процентов годовых. И нас это полностью устраивает.
— Это расточительство! Если мы не сможем рассчитаться с частным банком, то Его Сиятельство рискует потерять титул! Вы об этом подумали?! — женщина начинает натурально наезжать на Алису.
— Помолчите, — но она не лыком шита и просто осаживает Маргариту. — Я уже успела проанализировать отчёты. На первое время нам будет достаточно двух целых и семи десятых миллиарда, чтобы закрыть все потребности. Плюсом сюда нужно будет включить новые расходы. Николай Петрович, вы уже посчитали, сколько вам необходимо средств?
— Ну… Всё зависит от наших целей, — дед смотрит на меня.