Мой инферно (СИ)

— Не нравится?
— Неуютно. Она будто не для жизни.
Демон закатил глаза.
— Это ваши однокомнатные коморки, заваленные хламом, не для жизни. Иди, — подтолкнул меня, — проникнись духом простора.
Я сделала несколько неуверенных шагов вглубь чужой-моей комнаты и остановилась.
— А что будешь делать ты? — оглянулась на демона.
Он вздохнул.
— Нужно кое-что восстановить. Поэтому кое-куда отъеду.
Кое-что… кое-куда… Опять собрался по своим демоническим делам. От одной мысли об этом у меня волоски на руках вставали дыбом.
  
Глава 6
 
Реус Асмодей
В моём доме человек.
Не думал, что когда-нибудь подобное случится.
В моём доме — человек! И этот человек пробудет здесь три месяца. Этот человек будет здесь спать, есть, пить и ходить в пеньюарах. К дьяволу мой азарт! Как я вообще до такого докатился? И переход ещё этот…
Стоило только представить, как тащу орущую девчонку в машину, запихиваю её на пассажирское и связываю, ревущую, ремнём, стало так тошно, что психанул. Переход — дело энергетически затратное. А я за последние полвека порядком поиздержался.
Если бы не затеял эту дурацкую игру на сердце, то проблема на какое-то время решилась бы сама собой. Но теперь, вместо выгоды, я пожинал затраты.
Прикрыл глаза и сделал вдох. Опустил ментальный щит, прислушиваясь к мыслям людей. Сначала тех, что жили в этом доме. Потом чуть дальше, ища какую-нибудь отчаявшуюся душу. Но, как назло, все были относительно довольны жизнью. Никто не жаждал мести, например.
— Алиса Леденёва, — процедил я сквозь зубы, — и ведь это только второй день. А я уже ищу подпитки. От людей, — не произнёс, а выплюнул. Это бесило больше всего. Если бы не касаться их, не говорить с ними — тогда моя жизнь стала бы сносней. — Ну, давайте, — поторапливал, расширяя поиски и утопая в человеческих мыслишках, приземлённых и эгоистичных, — желайте зла. Сегодня я добрый и выполню самое мерзкое ваше желание. — И вот, наконец, кто-то откликнулся. Не крайняя степень отчаяния — таких единицы, и их трудно найти — но вполне достаточная для подпитки злоба.
Не мешкая, отправился к счастливчику.
* * *
Алиса Леденёва
Вещи и правда привезли через пару часов. И я несказанно этому обрадовалась. Находиться в принадлежащем демону доме мне было не по себе. Слишком просторно, слишком сдержанно, слишком… Да всё слишком. Слишком чужое и энергетически тяжёлое место. Не ожидала, что подобное вообще придёт мне в голову. Но именно здесь думалось об энергетике.
Я разложила вещи по шкафам, поставила в ванной свою зубную щётку и крема. В общем, обустроилась настолько, насколько это было возможным. А демон всё не возвращался. И чем бы он ни занимался, это точно не было чем-то хорошим.
Не найдя для себя других занятий, я решила включить единственный в доме телевизор. Большой и с подсветкой, он висел на стене в гостиной. Я уселась на громадный кожаный диван и, подтянув к груди ноги, стала коротать вечер. И даже не заметила, как задремала. Проснулась от прикосновения чего-то мягкого к коже. Этим оказался плед, которым меня с непривычной заботой укрывал Дэй. Увидев, что я проснулась, он замер, как будто его застали на месте преступления. Потом устало вздохнул. И мне вдруг пришло в голову нечто абсурдное — а что, если ему так же некомфортно, как и мне? Этому демону не по себе в моём присутствии.
«Да не может быть», — опровергла собственное предположение и сразу убедилась, что не зря.
— Почему в пижаме? — Дэй кивнул на мою растянутую футболку и укрытые пледом штаны с манжетами на мягкой рибане. — Разве тебе не доставили сто один пеньюар для моего соблазнения? — усмехнулся он.
— В них холодно. И тебя всё равно не было дома. Как твои злые делишки? Все закончил?
Он поморщился и помрачнел. И я тут же пожалела о своём вопросе.
— Они не мои. И да, все закончил. Холодно, говоришь? — повернулся к камину. — Если уж сегодня день затрат… — он едва заметно взмахнул рукой, — тогда почему бы и не согреться?
 
В камине, как по волшебству, появились и вспыхнули огнём дрова.
— Разжёг камин летом? — изумилась я.
— Так тебе холодно или жарко? Определись.
— Холодно для пеньюара.
— Уже нет, — ухмыльнулся он. — У меня настроение… отвратительное. Порадуешь?
Его взгляд скользнул по укрывавшему меня пледу, и я почувствовала, как моё сердце сильнее заколотилось в груди. От страха? Или от волнения? На меня никогда не смотрели так откровенно.
Тишина между нами натянулась струной и стала почти осязаемой. Дэй смотрел, и смотрел, и, казалось, не видел ни пледа, ни моей пижамы. Даже сквозь одежду я ощущала этот взгляд. Он жёг и внушал мне дрожь.
— Или для этого здесь слишком светло? — его голос стал хриплым. Не дождавшись ответа, Дэй щёлкнул пальцами. Телевизор и светильники погасли. В гостиной воцарился полумрак, в котором блуждали лишь отблески пламени. Но и это не спасало, а лишь делало хуже. — Тот, что я видел днём, подойдёт, — снова щёлкнул пальцами, и отороченная кружевами сорочка оказалась у меня на пледе. Я вжалась в подушку, в недоумении переводя взгляд с пеньюара на демона и обратно.
— Послушай… — заговорила, собираясь его успокоить. Но, кажется, снова сделала хуже.
Воздух между нами заискрился от напряжения, будто вот-вот разразится взрыв, и его уже не остановить, что бы ни делала. Настроение у Дэя и правда было ни к чёрту.
— Или ты хочешь, чтобы я переодел тебя сам? — Прежде чем я успела возразить, он щёлкнул пальцами ещё раз. Ахнув, я судорожно подтянула край покрывала к шее, потому что под ним оказалась в одном нижнем белье.
Но даже так Дэй успел всё увидеть. И в его глазах загорелось пламя. Удивительно, но этот огонь не казался мне пугающим. Он не угрожал, а обещал нечто такое, о чём я постеснялась бы говорить вслух.
Я судорожно вздохнула, и Дэй, будто опомнившись от наваждения, тряхнул головой и отвернулся. Раздался ещё один щелчок, но вместо сорочки, так и оставшейся лежать на пледе, на мне оказалась всё та же разношенная пижама.
— Проклятье! Да это порочный круг какой-то, — выругался демон, и огонь в камине вспыхнул ярче. — Вернусь к утру, — бросил он и исчез, словно штормовой вихрь. В комнате стало тихо. Эту внезапную тишину нарушало лишь потрескивание дров в камине, да бешеный стук моего сердца.
— Что это было вообще?
Я вылезла из-под пледа и, трясущимися руками схватив сорочку, побежала к себе в комнату. Защёлкнула замок, но понимала, что Дэя он всё равно не остановит.
— Три месяца… — прошептала я, пытаясь вообразить, через что мне предстояло пройти. Но фантазия отказывалась работать. Не так уж легко представить сожительство с демоном.
Воздух прострелил звук мелодии, и я вскрикнула. Но это оказался всего лишь мой телефон. Зачем-то подкралась к нему на цыпочках. На экране высвечивалось «Парикмахерская на улице Мира». Толя… Помешкав немного, всё же взяла трубку.
— Привет. Думаю, тебе лучше не звонить мне больше. Дэй знает. И злится. И ещё он тебе угрожал, — выпалила я до того, как Толя успеет что-то сказать. — Велел не вмешиваться.
— И что он мне сделает?
И тут фантазия подвела меня снова. Что может сделать один демон другому?
— Уничтожит? — предположила неуверенно.
— Если попытаюсь тебя отнять, то в Среднем мире вполне может, да, — подтвердил он мои опасения. — А просто так… ну, тоже может. Хоть и не без последствий для себя.
— Каких? — стало интересно, какие последствия у подобного преступления в демоническом мире.
— У него высокий ранг, поэтому ерунда. Накажут несколькими годами службы.
— Ну вот, а я о чём? Потому и предупреждаю, чтобы ты не звонил, — раскисла я.
— Леденёва, харе грустить. Я поговорил о тебе со своим центурионом. Он нормальный мужик. Хоть и демон. Сказал, что хочет на тебя посмотреть.
— Зачем?
— Говорит, что вероятно сможет помочь. Я дал ему твой адрес.