Мой инферно (СИ)

Он повёл рукой в сторону калитки. На обочине действительно был припаркован автомобиль. Тот самый, на котором мы приехали к набережной.
— А завтрак?
— В нём же. Скажи мне, Алиса, и чего ты такая сердобольная?
Я пожала плечами, проходя мимо него и направляясь машине.
— Просто я человек. В нас есть не только жадность и трусость. Но тебе, конечно, верить в это не хочется.
— Я видел больше людей, чем ты можешь себе представить. И все они одинаковые. Все ВЫ одинаковые.
— Да? — спросила я, останавливаясь у пассажирской двери. — Странно. Что-то я за нами такого не замечала.
Дэй тоже остановился у водительской и, облокотившись локтем на крышу автомобиля, посмотрел на меня изучающе. Его взгляд был внимательным, а не злым. И больше не горел огнём. Но под ним мне всё равно становилось не по себе.
— Ты это зря, — сказал он, вздыхая. Машина, словно почувствовав его готовность ехать, мигнула фарами и разблокировала двери. — Я ведь могу задаться целью и показать тебе, насколько ты ошибаешься. И то, что придётся увидеть, тебе вряд ли понравится.
Я верила, что его угрожающий тон имел под собой основания. Но поддаваться на угрозы всё равно не хотела.
— Ты бы тоже был поосторожнее, — предупредила его. — А то ведь и я могу задаться целью и доказать, что все твои убеждения — полная ерунда.
Мы снова схлестнулись взглядами. И Дэй спустя несколько секунд молчаливой схватки рассмеялся.
— Ничуть не жалею, — сказал он, успокоившись. — Эти три месяца обещают быть интересными.
Но я его радость могла разделить едва ли. Что хорошего в том, что судьба свела нас вместе? Если он победит в нашем споре, то я исчезну. Если же выиграю, то всё равно не смогу забыть эти жуткие дни, когда моя жизнь висела на волоске.
Распахнув дверь, я заглянула в машину в поисках завтрака. На пассажирском сиденье стояло два ещё горячих кофе в закрытых стаканчиках и лежало два пакета, от которых пахло свежей выпечкой. Я заглянула в один из них и с блаженством вдохнула. Мягкий и ещё тёплый круассан пах ванилью и чем-то божественным.
— Не такое уж и плохое утро, да? — спросил демон, забирая свой кофе и круассан. — Но не для меня. У меня сегодня прибавился неожиданный долг. И главное, за что? За ночлег в разваливающемся доме на неудобной кровати?
— Тебя никто не заставлял, — повторила я уже второй раз за утро. — Ты виноват в этом сам.
— Ну да. Надо было оставить тебя киснуть в твоей коморке.
— Надо было, — согласилась я и глотнула кофе. Это оказалось блаженством в чистом виде. Мне вдруг стало всё равно, где я и в чьей компании. С удовольствием я принялась уплетать свой круассан и не отвлекалась до тех пор, пока тот не закончился. Лишь тогда заметила повисшее в машине неловкое молчание. Демон сидел с нетронутым круассаном в руке и наблюдал за мной.
— А у тебя хороший аппетит, — разбил в дребезги моё хорошее настроение. — Благо у меня достаточно денег, чтобы тебя прокормить. Но другой бы на моём месте не обрадовался.
— Думаю, ты из нашего спора победителем тоже не выйдешь. Или как там он правильно называется? Игра на сердце? Девушки предпочитают галантных мужчин, — не знаю, зачем взялась его наставлять, но не удержалась. Хотя мне его галантность была совсем не выгодна. Пусть лучше грубит, чтобы я не забывала, с кем имела дело.
— Да? — переспросил он. — Странно. Я раньше за девушками такого не замечал, — передразнил, копируя мой тон. — Обычно всё происходит с точностью до наоборот. Чем отшибленнее кавалер, тем соблазнительнее он выглядит. И я, как видишь, стараюсь соответствовать.
Буквально проглотив свой круассан, он смял оставшийся от него бумажный пакет и запихнул в карман на двери.
— А отшибленный выкинул бы на улицу, — подметила я.
— Человек — да. Но я-то демон. Мне до такого опускаться не хочется. Всему есть предел, знаешь ли, — он завёл машину, сделал ещё пару глотков кофе и поставил его в держатель между сиденьями. — Так что насчёт учёбы или работы? Куда тебя отвезти?
— Домой. Хочу помыться и переодеться. И отдохнуть, — на этом остановилась, хотя мысленно добавила: «от тебя».
 
Дэй усмехнулся, будто услышал невысказанное.
— Ну отдохни, — он вырулил на дорогу и неторопливо поехал мимо домов. — Знаешь, думаю, мы тебя и в студенты запишем, и на работу устроим. Зачем от чего-то отказываться, если можно получить всё и сразу?
— Если ты уже всё за меня решил, тогда зачем спрашивать? — разозлилась я.
— Думаешь, не надо? — он отвлёкся от дороги и взглянул на меня выжидательно.
— А зачем? И так же понятно, что для меня лучше.
— Вот и отлично, — согласился он. — Так намного удобнее.
Я мысленно сокрушалась, что его недопитый кофе уже успел остыть. Хотелось окатить им демона как следует.
Дорога, вынырнув из деревеньки, раздваивалась. Один поворот вёл к посадке и кукурузному полю, мимо которых мы шли вчера. А второй — к наклонившимся аркой деревьям. Туда мы и свернули. Проехали под вековыми кронами и снова оказались между полями. Они раскинулись широко и буквально тонули в утреннем тумане. Из-за раннего, ещё оранжевого солнца висевшая над полем дымка тоже была пропитана тёплыми тонами. Казалось бы, ничего особенного. Просто утро. Просто туман. Но мне эта картина показалась настолько красивой, что я воскликнула:
— Останови! Пожалуйста, останови, — едва машина затормозила, я выскочила на улицу. Застыла посреди дороги и смотрела. Вдыхала утреннюю свежесть.
— Всё ещё жалеешь о нашем совместном путешествии? — спросил демон, оказавшись рядом со мной настолько бесшумно, что я вздрогнула от звука его голоса.
— Нет, — покачала головой и, прикрыв глаза, снова сделала глубокий вдох. Вот такой, пронзительно красивой и по-утреннему свежей, и должна была стать моя жизнь. Вот такой жизни я для себя и хотела.
Но демон хмыкнул.
— Если забыла, ты собиралась устроиться в забегаловку и работать до упаду. Ты жаждешь жизни, не выходя из комнаты. Но жизнь, к которой ты стремишься, нужно искать вне комнат. И внеобыденности. Люди вечно об этом забывают.
Его умение испортить любой прекрасный момент меня поражало.
— Допустим, ты прав. Люди действительно упускают слишком многое. Но и ты тоже не выглядишь, как кто-то, умеющий наслаждаться моментом.
— Я? — удивился он. — А что я тут не видел? Ну, рассвет. Ну, туман. Мало ли их было на моём веку.
— Тогда чем твоя жизнь вне обыденности отличается от человеческой? Ты точно так же сидишь взаперти. Только комната у тебя значительно больше.
— Сколько тебе лет? — спросил он после долгой паузы.
— Восемнадцать.
— Я бы дал больше. И что предлагаешь? Закрыть глаза? Вдохнуть? — он показательно приподнял подбородок и прикрыл веки, якобы тоже наслаждаясь моментом. Сделал глубокий вдох. И я решила подыграть. Тоже зажмурилась.
— Прислушайся, — велела ему. — Слышишь, как поют птицы?
— Ну, слышу.
— Ну вот и слушай.
Мы стояли так какое-то время. Пока его молчаливое наслаждение не начало казаться мне подозрительным. Я приоткрыла глаза и покосилась на Дэя. И встретилась с ним взглядом. Судя по всему, он уже давно наблюдал не за природой, а за мной.
— Я всё жду, когда же улетучится твоя наивность. Но похоже, её ещё надолго хватит, — усмехнулся он. — Поехали, если ты закончила.
До города оказалось не слишком далеко. И я была несказанно рада, что это совместное путешествие подошло к концу. Рядом с Дэем я чувствовала себя наивной дурой, на которую пытаются навесить все грехи человечества. Не говоря уже о том, что красивое платье и туфли успели мне изрядно поднадоесть. Хотелось переодеться во что-то удобное.
Дэй высадил меня у подъезда и даже вышел из машины, но как выяснилось, не для того чтобы проводить до двери.
— Как закончу с делами, заеду, — сообщил он. — Никуда не уходи. И звони, если что-то случится.
— Звонить? — я достала из сумочки смартфон. — Не помню, чтобы спрашивала твой номер.
— Не помню, чтобы меня волновало, спрашивала ты или нет, — передразнил он.