Спасите меня, Кацураги-сан! Том 2 (СИ)

Все терапевты сдержанно, но достаточно эмоционально захлопали. Я почувствовал прилив радости и сил. Всё-таки путь мы проделали действительно не простой. Проверки были изнурительными, но наша конкурирующая между собой разрозненная семья терапевтов справилась с преградой. Вопрос только в том — как? Насчёт больничных листов Уёхара Ёсико сообщила, что вопросов у проверяющих не возникло. Другое дело — карты, отправленные в министерство здравоохранения. Хоть Ватанабэ Кайто и проверил каждую буковку в наших осмотрах, всё ещё был риск получить нагоняй от вышестоящих структур.
— Также хочу поблагодарить вас за проделанную работу, — продолжил Эитиро Кагами. — Проверка листов нетрудоспособности прошла, не постесняюсь этого слова, идеально. Час назад мне звонили из министерства и сообщили, что успели проверить половину карт. В них, к счастью, всё достаточно гладко. В связи с этим каждому терапевту будут начислены дополнительные очки рейтинга и выплачена премия за качественно проделанную работу.
Конференц-зал вновь разразился аплодисментами. Кондо Кагари дёргал меня за плечо, приговаривая:
— Мы сделали это, Кацураги-сан! Сделали!
— У нас осталось лишь одно незаконченное дело на этот месяц, — добавил Эитиро Кагами. — Повторю уже известную информацию для новых терапевтов. Наша клиника — одна из немногих организаций в стране, которая снабжает пациентов с инвалидностью и другими льготами бесплатными лекарственными препаратами. Это стало возможным благодаря щедрому финансированию Ямамото-Фарм. Корпорация предоставляет нам свои собственные препараты, но нам нужно отчитаться перед отделом снабжения и аптекой о точном количестве упаковок тех или иных лекарственных средств.
— Эитиро-сан, позвольте задать один-единственный вопрос, — буркнул терапевт пятого ранга Мурата Сатоши, чем перебил заведующего.
— Я внимательно слушаю вас, Мурата-сан, — вздохнул Эитиро Кагами.
— А в этом месяце терапевты опять будут составлять заявку за вас? — сложив руки на груди, спросил Мурата. — Как вы сами только выразились, стоит уточнить для новых сотрудников. Если кто не в курсе, обязанность заказа лекарственных средств лежит на заведующем отделением. Терапевты этим заниматься не обязаны. Мы лишь передаём списки наших больных руководству, а оно, в свою очередь, формирует заявку.
Мурата Сатоши явно играет с огнём. Я уже давно понял, что этот терапевт готов вставлять палки в колёса каждому встречному. Но упрекать заведующего на глазах у коллег прямо на планёрке? Не очень-то хороший тон.
Хотя поднятый им вопрос интересен. Выходит, что Эитиро Кагами действительно скидывает на терапевтов свою работу?
— Мурата-сан, кажется, я уже не один раз повторял о сложившейся ситуации, — спокойно ответил Эитиро. — Заведующий поликлиникой — Акихибэ-сан находится на длительном больничном. Из-за этого я вынужден выполнять не только свои обязанности, но и замещать его, налаживая работу всем поликлиническим подразделением клиники. Кроме того, у меня есть свои обязанности в отделе клинических испытаний «Ямамото-Фарм». Как думаете, у меня достаточно времени, чтобы заниматься всей этой работой одновременно?
— Но никто вас и не заставляет сидеть на десяти ставках! — фыркнул Мурата.
— Мурата-сан, может быть, вы прекратите превращать планёрку в балаган? — вмешался Такеда Дзюнпей. — У меня тоже есть претензии к Эитиро-сану, но я бы хотел высказать их ему лично.
Ещё один… Вроде и попытался утихомирить Мурату Сатоши, но умудрился и сам кинуть камень в огород Эитиро Кагами.
Меня начало это раздражать.
— А на мой взгляд, всем терапевтам лучше помолчать, пока Эитиро-сан ведёт планёрку. Вы напрямую мешаете рабочему процессу, — произнёс я, чем отвлёк на себя внимание спорящих коллег.
— Благодарю, Кацураги-сан, — кивнул Эитиро Кагами. — Продолжим, если позволите. Напомню, что я занимаю так много должностей не по собственному желанию. Ягами-сан — главный врач нашей клиники настаивал, чтобы я временно замещал Акихибэ-сана, пока он проходит лечение в нашем стационаре. Более того, всем вам прекрасно известно, что я всегда выплачиваю премии за работу, которую вы не обязаны делать. Мне хотелось бы сохранить эту традицию, и избежать возникновения скандалов и бунтов. Со мной все согласны?
 
Терапевты молчали.
— Прекрасно, — заключил Эитиро. — Списки льготных препаратов необходимо внести в систему до первого сентября. А ещё лучше — до двадцатых чисел августа, чтобы у меня была возможность проверить правильность составления заявки. На этом всё, коллеги. Продолжаем работать.
Эитиро Кагами первым покинул конференц-зал, а вслед за ним ушло большинство терапевтов. Однако я заметил, что Мурата Сатоши и Такеда Дзюнпей не спешили покидать комнату для совещаний.
Меня, что ли, ожидают? Такое впечатление, будто эта парочка хочет меня поколотить, пока никто не видит.
— Ну что, мой оруженосец, доставай скальпель, — бросил я Кондо Кагари.
— Что, что, Кацураги-сан⁈ — удивился Кондо.
— Ничего, шучу я, — усмехнулся я. — Лучше покиньте конференц-зал вместе с остальными терапевтами. Мне нужно переговорить с коллегами.
Я решил не вставать со своего места и дождался, когда все, кроме нашей троицы, покинут зал совещаний. Как только Кондо Кагари вышел из комнаты, Такеда Дзюнпей захлопнул дверь и сел напротив меня. Неподалёку приземлился и доктор Мурата Сатоши.
— Что такое, господа? — спросил я. — Желаете вызвать меня на поединок?
— Ваши шутки неуместны, Кацураги-сан, — раздражённо бросил Мурата.
Но у меня было слишком хорошее настроение, чтобы всерьёз ссориться с этой парочкой. Для полного счастья не хватало только чашки кофе. И какое счастье — в конференц-зале стоял кофейный автомат.
— Прежде чем мы начнём нашу дополнительную планёрку, позвольте мне подкрепить мозг, — сообщил я и двинулся к автомату.
— А у вас есть зубы, Кацураги-сан, — бросил мне вслед Такеда Дзюнпей. — Я узнал от Уёхары-сан насчёт того больничного листа.
— Не понимаю, о чём вы, Такеда-сан, — солгал я, наливая себе крепкий, хоть и дешёвый, кофе.
— А правда, о чём это вы, Такеда-сан? — нахмурился Мурата.
— Я оспорил одну ошибку в своём больничном листе перед комиссией, — объяснил Такеда Дзюнпей. — Но так вышло, что моя правота сделала Кацураги-сан неправым в своих предыдущих осмотрах. Предполагалось, что оштрафуют его, а не меня.
— Но в результате никого не оштрафовали, — сказал я, отпив ароматный напиток, а после вернулся на своё место. — Так к чему это вы ведёте, Такеда-сан?
— К тому, что у вас есть зубы, Кацураги-сан, но они молочные, — усмехнулся Такеда. — Зачем вы огородили меня от штрафа? Вы могли выйти чистыми из воды, и вернуть мне должок. Таковы правила конкуренции в нашей клинике.
— Не знаю, кто из вас двоих написал эти правила, господа, — ответил я. — Но меня они не устраивают. Все мои действия направлены на благо нашей клиники, и на благо пациентов. То, что благодаря этому я двигаюсь вверх по рейтингу и не топлю своих же коллег — вопрос другой.
— Вы проработали здесь целый месяц, но так и не поняли, где оказались, Кацураги-сан, — мерзко улыбнулся Мурата Сатоши.
— А чего это вы двое так всполошились? — не понял я. — Сначала оба начали мешать Эитиро Кагами вести планёрку, а после решили отыграться на мне. С какой целью?
— Кацураги-сан, терапевтическое отделение поликлиники — это поле боя. И всех это устраивает, — сообщил Такеда Дзюнпей. — Всех, кроме вас и Эитиро Кагами. Заведующий постоянно подкидывает терапевтам лишнюю работу. Хотя он прекрасно понимает — нас беспокоят только качественно выполненные обязанности и рейтинг.
— Уж всех-то под одну гребёнку не надо, — попросил я. — В этой клинике предостаточно врачей, у которых на первом месте пациенты, и лишь потом — рейтинг. Только, на мой взгляд, между пациентами и рейтингом можно выставить ещё и благополучие нашей клиники. Руководство даёт нам рабочие места, премии и возможность заниматься любимым делом в лучшей больнице Токио. Что вас не устраивает?