Без следа

— Ах, Трейси, мне так тебя не хватало! — Фрэнк вытащил платок и высморкался. — Черт подери, твоей сестре следовало оставить здесь бутылочку.
— Мы обязательно выпьем, папа. — Трейс посмотрел в мокрые от слез голубые глаза отца. — Я всегда тобой гордился. Ты дал мне все самое лучшее. Просто я должен был найти всему этому собственное применение.
— На этот раз, мой мальчик, мы устроим радушную встречу. — Он обнял Трейса за плечи. — И выпьем вместе с тобой. Когда вся эта свадебная кутерьма закончится, я мог бы даже, рискуя навлечь гнев твоей матери, слегка напиться. Мужчина должен веселиться, когда небеса даруют ему сына.
— Я плачу.
Глаза Фрэнка засверкали.
— Во дает! Ты заработал кучу денег, правда? И увидел все те места, о которых когда-то мечтал?
— Гораздо больше, чем я хотел увидеть, — сказал Трейс и улыбнулся. — Я даже пару раз пел, чтобы заплатить за ужин.
— Конечно. — Фрэнк ощутил прилив гордости за сына. — Ты ведь О’Харли, не так ли? — Он похлопал Трейса по спине. — Ты всегда лучше пел, чем танцевал, но это не важно. Ты мне должен много всего рассказать. — Он подмигнул, когда они направились к выходу. — Начнем с женщин.
И в этом отец тоже не изменился. И хотя Трейс этого не ожидал, ему вдруг стало весело.
— Это займет какое-то время.
— У нас полно времени. — Ведь его сын вернулся домой. — Уйма времени.
Спускаясь по лестнице, Трейс увидел еще одну фигуру в смокинге.
— Я все выясню, — произнес человек в телефонную трубку, стоя спиной к лестнице.
— Квин, мой мальчик! — Радостный вопль Фрэнка разнесся по всему дому. — Я хочу познакомить тебя со своим сыном, Трейсом.
Квин обернулся и встретился взглядом с Трейсом. Они мгновенно узнали друг друга, но не подали вида.
— Рад познакомиться. — Квин пожал ему руку. — Шантел наверняка вне себя от радости, что ты приехал.
— Как забавно одним махом познакомиться сразу со всеми мужьями сестер.
— Нам надо выпить, — объявил Фрэнк. — Гости появятся до того, как мы успеем подготовиться. — А он собирался похвастаться своей семьей. Всей своей семьей.
— Налей мне двойной. — Трейс похлопал отца по плечу. — Я скоро.
— Пропустим по стаканчику чуть позже. Мне еще надо разобраться с этими музыкантами.
— Мир тесен, — заметил Квин, когда они остались одни.
Трейс покачал головой, разглядывая человека, который когда-то давно был его напарником.
— Сколько воды утекло.
— Помнишь наше задание в Афганистане, когда это было, восемь, десять лет назад?
— Примерно. Итак, ты женишься на Шантел.
— Вопреки всем трудностям.
— Она знает, чем ты занимаешься?
— А я больше этим не занимаюсь. — Квин достал пачку сигарет и предложил Трейсу закурить. — У меня свой охранный бизнес. А ты?
— Недавно уволился. — Трейс достал спички. — Такие дела.
— Знаешь, удивительно, как я не догадался о вашем родстве О’Харли.
— Мы ведь не пользовались настоящими именами во время заданий.
— Да, но дело в том, что ты похож на нее даже больше, чем остальные сестры.
Трейс выпустил струю дыма и расхохотался:
— Не советую говорить ей об этом, если не хочешь спать на диване следующие полгода.
Семья О’Харли поразила ее. Джиллиан никогда не встречала раньше таких людей. Она сидела в кругу семьи, в то время как Шантел выходила замуж под теплым зимним калифорнийским солнцем, под белым шелковым балдахином. За свадебной церемонией наблюдало пятьсот гостей. Здесь было море шампанского, цветов и слез счастья.
Несколько часов она кружилась в безумном вихре, создаваемом этими людьми, а затем, когда у нее окончательно закружилась голова, Джиллиан нашла спокойное местечко, чтобы прийти в себя. Она не знала, прилично ли ей будет устроиться в кабинете, но только там музыка звучала не так громко. И здесь она могла вытянуть ноги.
— Прячешься?
Джиллиан со вздохом схватилась за сердце.
— Ты меня до смерти напугал. — Она снова расслабилась, когда Трейс уселся рядом. — Не стоит подкрадываться к человеку сзади.
— Я долгие годы только этим и занимался. — Он тоже вытянул ноги. — Болят ноги? — спросил он, заметив на полу ее туфли.
 
— От танцев у меня отваливаются ноги. Твой отец никогда не сбавляет темп?
— Я не замечал. — Господи, как хорошо снова вернуться в семью.
Джиллиан откинулась на подушки.
— Я ему нравлюсь.
— Конечно, ты ведь ирландка. И с тобой можно придумать вполне сносный танцевальный номер.
— Вполне сносный? — Джиллиан снова выпрямилась. — Должна тебе признаться, О’Харли, твой отец сказал, что я могу поехать с ними, когда только пожелаю.
— Уже пакуешь чемодан?
Джиллиан снова со вздохом откинулась назад.
— Мне далеко до твоей семьи. Они все замечательные люди. Спасибо, что привез меня сюда.
— Думаю, я догадываюсь, кто кого привез. — Он взял ее за руку и нежно поцеловал ее ладонь, и Джиллиан тут же лишилась дара речи. — Спасибо тебе, Джиллиан.
— Я люблю тебя. Я просто хотела, чтобы ты был счастлив.
Когда Трейс выпустил ее руку, Джиллиан сжала в кулак ладонь, которую он поцеловал.
— Ты это уже говорила. — Трейс встал и направился к окну. Отсюда ему были видны столики с угощениями и вином и сотни гостей, которые танцевали или неторопливо прогуливались.
— Что я желаю тебе счастья?
— Что ты любишь меня.
— Неужели? — Она с легкомысленным видом разглядывала свои ногти. — Разве это не интересно? Но насколько я помню, ты тогда не обратил внимания на мои слова.
— У меня тогда голова была занята совсем другим.
— О да, спасением моего брата и Кейтлин. Кстати, мы еще не разобрались до конца с этим делом. — Она потянулась к сумочке и вытащила листок бумаги. Поднявшись, Джиллиан протянула ему листок. — Это сто тысяч, которые я тебе должна за работу. Мои юристы переслали чек. — Он не пошевелился, и тогда Джиллиан подошла к нему и сунула чек ему в руку. — Чек заверен. Можешь не сомневаться, все абсолютно надежно.
Ему хотелось затолкать этот чек ей в горло.
— Чудесно.
— В таком случае наше дело завершено. Ты получил деньги, дом, семью. — Она отвернулась, чувствуя, что сейчас, как никогда, готова убить его. — И куда ты направишься теперь, Трейс? Прямо на острова?
— Возможно. — Он смял чек и засунул в карман. — Я как раз думал над этим.
— Какая прекрасная новость.
— Придержи язык. Лучше заткнись, пока не поздно. — Трейс схватил ее за плечи и крепко поцеловал в губы. Словно изголодался по ней, мелькнуло в голове у Джиллиан.
Дверь распахнулась. Эбби застыла на пороге.
— О, простите, я не хотела мешать. — И она так же быстро исчезла.
Трейс выругался.
— Возможно, ты влюблена в меня, а возможно, ты просто идиотка.
— Возможно. — На этот раз выругалась она, и Трейс изумленно вскинул бровь. — Возможно, я хотела узнать, что чувствуешь ты.
— Мы говорим не о моих чувствах.
— О, я понимаю.
Джиллиан двинулась к выходу, но Трейс снова обнял ее, не давая уйти. Удивительно, как быстро могла паника охватить того, кто долгое время жил в одном шаге от опасности.
— Не отворачивайся от меня. Она посмотрела на него в упор.
— Это не я отворачиваюсь, Трейс. В этом она оказалась права. И, черт подери, у него снова вспотели ладони.
— Послушай, я не знаю, насколько ты привязана к Нью-Йорку, к тому месту, где ты работаешь. Я могу продать дом в Чикаго, если он не подходит.
Джиллиан почувствовала, как начинает клокотать в горле радостный, победный смех, но сдержалась.
— Не подходит для чего?
— Не подходит, черт побери. Джиллиан, я хочу…
На этот раз в комнату вихрем ворвалась Мадди.
— О, привет. — Заметив выражение лица Трейса, она закатила глаза. — Вы меня не видели, — произнесла она, пятясь назад. — Я сюда не заходила. И теперь я исчезаю. — И она скрылась за дверью.
— Некоторые вещи никогда не меняются, — пробормотал Трейс. — Никогда у меня не было ни минуты покоя с этой троицей.