Без следа

— Ты тогда была не замужем.
Трейс окинул взглядом просторную темную комнату, полную аляповатых узорных подушек и фарфоровых безделушек. Комната была заставлена мебелью, а мебель набита вещами. Дезире всегда любила вещи. Очевидно, она, наконец, получила то, что хотела.
— Ты преуспела в этой жизни, шери.
— У каждого свой путь в жизни. — Она подошла к столу и достала сигарету из стеклянного портсигара. — Если ты пришел за своей информацией, то еще рано, у меня просто не было времени. — Она держала сигарету, дожидаясь, пока Трейс подойдет и даст ей прикурить.
— На самом деле я пришел по другой причине. — Она пахла вчерашними духами, и этот запах, уже не столь сильный, по-прежнему казался всепоглощающим. — Твой муж дома?
Она удивленно вскинула бровь, взглянув на Джиллиан.
— Раньше ты не интересовался групповыми играми.
— Никаких игр. — Он взял у нее сигарету и затянулся. — Амир здесь?
— Он уехал по делам. Он же бизнесмен.
— Твой арабский всегда был идеален, Дезире. — Трейс вытащил кассету из кармана. — Две тысячи франков, если ты переведешь эту пленку и тут же забудешь о том, что слышала.
Дезире взяла кассету и повертела ее в руке.
— Две тысячи за перевод и три — за потерю памяти. — Она улыбнулась. — Женщина должна вертеться, чтобы заработать на жизнь.
Когда-то ему нравилось торговаться с ней. Он подумал о том, что по какой-то причине это время закончилось.
— Заметано.
— Деньги вперед, дорогой. — Она протянула руку. — Сразу.
Когда Трейс протянул ей деньги, она направилась к стереосистеме.
— Амир обожает свои игрушки, — сказала она, вставляя кассету в магнитофон. Включив звук, она подрегулировала громкость. И в этот момент выражение ее лица молниеносно изменилось. Дезире тут же выключила магнитофон. — Кендеса. Ты ничего не сказал о Кендесе.
— А ты не спрашивала. — Трейс сел и сделал знак Джиллиан, чтобы она присоединилась к нему. — Мы заключили сделку, Дезире. Будешь играть по моим правилам — и о твоем участии никто не узнает.
— Ты крутишься в очень плохой компании, Андре. Очень плохой. — Но она по-прежнему сжимала деньги в руке. Немного подумав, она все-таки положила их в карман и снова включила магнитофон. — Кендеса приветствует свинью аль-Азиза. Спрашивает, как идут дела. — Она послушала еще немного, затем снова остановила кассету. — Они говорят о тебе, французе Кабо, у которого есть интересное деловое предложение к организации Кендесы. И аль-Азиз смиренно готов выступить посредником.
Дезире снова включила магнитофон, послушала немного, а затем снова выключила пленку и перевела услышанное:
— Кендеса очень заинтересован в товаре, который ты предлагаешь. Его проинформировали, что ты владеешь партией американского оружия, предназначенного для их союзников с Ближнего Востока. Партия товара такого размера и… — она помолчала, подыскивая слово, — такого качества особенно интересует Кендесу. И ты тоже.
Она снова включила пленку и прикурила сигарету под бормотание двух голосов в динамиках.
— У тебя вполне сносная репутация, но Кендеса осторожничает. Его организацию сейчас больше волнует другой проект, и все же твое предложение очень соблазнительно. Кендеса согласился, чтобы аль-Азиз организовал встречу. Они обсуждают комиссионные. А вот теперь становится интересно. Аль-Азиз спрашивает про этого самого Фитцпатрика. Он говорит, что до него дошли слухи. Кендеса приказывает ему заниматься магазином и попридержать язык.
Дезире вытащила кассету.
— Скажи мне, Андре, тебя интересует оружие или этот ирландец?
— Меня интересует огромная прибыль. — Он встал и забрал у нее пленку. — А как поживает твоя память, Дезире?
Она погладила деньги в кармане.
— Чиста, как у младенца. — Она улыбнулась, игриво коснувшись его груди. — Приходи сегодня вечером выпить. Но только один.
Трейс взял ее за подбородок и поцеловал.
— Амир — сильный, ревнивый мужчина, который искусно владеет ножом. Давай просто ценить наше прошлое.
— Есть что вспомнить. — Она со вздохом смотрела, как он направляется к выходу. — Андре, этот ирландец был в Касабланке.
 
Трейс замер, схватив Джиллиан за руку, чтобы та не сболтнула лишнего.
— А теперь?
— Его отвезли на восток, в горы. Это все, что я знаю.
— Там был еще ребенок.
— Девочка. Она с ним. Теперь гораздо проще выуживать информацию, когда я знаю, о ком идет речь.
— Ты уже достаточно выяснила. — Он отсчитал деньги и положил их на столике у двери. — Забудь и об этом, Дезире, и наслаждайся своим сильным мужем.
Когда дверь за ними закрылась, Дезире, немного подумав, направилась к телефону.
— Он был здесь! — воскликнула Джиллиан, испытывая облегчение и одновременно ужас. — Они оба были здесь. Надо найти способ выяснить, куда их увезли. О господи, они ведь были совсем близко!
— Не надо пороть горячку. В горах на востоке — не точный адрес.
— Но это еще один ориентир. Что мы будем делать теперь?
— Пока мы перекусим и посмотрим, что предпримет Кендеса.
  
Глава 6
 
— Я хочу пойти с тобой.
Трейс поправил узел ненавистного галстука.
— Это не обсуждается.
— Ты не объяснил почему. — Джиллиан стояла у него за спиной, сердито глядя на его отражение. Он выглядел таким холеным, подумала она, нисколько не напоминая того человека, которого она впервые встретила в захудалом мексиканском баре. Она гадала, какой же драматический оборот должна была принять жизнь, чтобы она предпочла грубоватого, небритого и грязного мужчину этому изысканному, благоухающему дорогим одеколоном красавцу.
— Я не обязан отчитываться о причинах, только о результатах.
Но, по крайней мере, он не слишком-то изменился внутренне, сердито подумала она, продолжая стоять на своем.
— Я с самого начала сказала, что пройду этот путь вместе с тобой, от начала до конца.
— Ты можешь сбиться с пути, милая. — Трейс осмотрел простые позолоченные запонки на манжетах. — Оставайся здесь и не выключай свет в комнатах. — Обернувшись, он дружески похлопал ее по щеке.
— Ты выглядишь как биржевой маклер, — пробормотала она.
— Оскорбления совершенно ни к чему. — Трейс взял портфель, набитый бумагами и ведомостями, которые полночи собирал и сопоставлял.
— Ты встречаешься с Кендесой, и мне тоже следует пойти.
— Это деловая встреча, и дело пахнет криминалом. Если я возьму с собой женщину на переговоры о продаже оружия террористам, Кендеса не оставит это без внимания. И потому наверняка начнет наводить о тебе справки. И если копнет поглубже, то узнает, что моя женщина — сестра самого ценного приобретения «Хаммера». — Он помолчал, вытирая туфли. — Это не слишком удачный выбор.
Его доводы оказались слишком разумными, и Джиллиан пришла в ярость от бессилия.
— Я не твоя женщина.
— Но им лучше думать именно так.
— Лучше быть похороненной заживо в горячем песке.
Он взглянул на нее. Вне себя от злости, она стояла у окна, яростно шипя.
— Я это запомню. Почему бы тебе не провести с пользой эти два часа, составляя список своих предпочтений? Возможно, твое настроение улучшится.
Когда он распахнул дверь, Джиллиан приготовилась выкрикнуть ему вслед оскорбление.
— Будь осторожен, — сказала она вместо этого, ненавидя себя за слабость.
Трейс остановился.
— Какая забота. Я тронут.
— Ничего личного. — Но ее ладони вспотели от волнения. — Если с тобой что-нибудь случится, мне придется начинать все заново.
Усмехнувшись, он вышел в коридор.
— Никуда не уходи, док.
Как только дверь закрылась у него за спиной, он позабыл о Трейсе О’Харли. К каждой из своих масок он испытывал определенную симпатию. А иначе ему не удалось бы так убедительно их изображать в течение долгого времени. Андре Кабо был суетлив и частенько напыщен, но при этом отличался безупречным вкусом, и ему невероятно везло с женщинами. Трейс почувствовал, что вошел в образ.