Анька-неудачница (СИ)

— Спасибо, что добросил! — почти закричала я, пытаюсь быстрее забежать в подъезд.
Но Вадим оказался проворнее, он буквально перехватил меня перед входной парадной дверью и прижал к стене подъезда, пользуясь тем, что уже темно и никого кругом не видно.
В каком-то трансе я видела, как это пустое лицо с огромными рыбьими глазами приближалось ко мне, пытаясь поцеловать своим слюнявым ртом.
Только не это! Меня переклинило, и я со всей силы врезала ему прямо там, вернее туда…
Вадим заорал:
— Ты, ты!
— Кто тебе разрешал меня лапать? Если хотел просто довезти, я согласилась, но это всё! Мне не нужны отношения сейчас!
Лицо Вадима неприятно преобразилось, только сейчас я заметила, насколько оно может быть злым, когда он агрессивен.
— Ты думаешь, что просто так от меня отвязалась?
— Хочешь продолжения?
— Я тебе это ещё припомню, не беспокойся…
Он медленно поправил свою одежду и заценив меня с низу до верху, сел в машину и уехал. Я забежала в подъезд, как бешеная, и с трудом отдышалась, успокаиваясь.
Всё, отделалась. Неужели…
Медленно поднялась к себе, и только, когда закрылась входная дверь, смогла опуститься на пол и вздохнуть спокойно. Котик сразу подошёл ко мне и заговорщицки замурчал, всячески показывая, что он меня успокаивает.
— Тише, тише, Маркиз, я тебя люблю, мой маленький.
Вместо хоть сколько-нибудь положительных эмоций, я получила полный экшен недоприключений. Вот теперь ещё и думать, что этот придурок может устроить, и так-то всё складывалось хуже некуда.
Я посмотрела на часы, два ночи. А завтра вставать рано и опять плестись на работу. Ещё несколько недель в таком замкнутом круге, и я просто сойду с ума.
Неприятности начались уже когда я стала подниматься по лестнице. Наша убогая компания находилась на четвёртом этаже, лифт, как всегда, сломался, поэтому лестница была в полном распоряжении сотрудников.
Тяжелые каменистые ступеньки, с узкими металлическими перилами вдохновляли на подъем. По нашей лестнице поднимались, как на высший суд. Я была немного погружена в свои мысли, поэтому в какой-то момент не рассчитала шаг, левую ногу повело в сторону, и я плавно грохнулась на холодные ступени.
Хорошо ещё, что моя реакция была задействована, поэтому я приземлилась на руки и локти, немного содрав кожу на них. А уж коленки ты я ударила классно. Ощущала, что там расплывались фиолетовые синяки.
Вот не повезло, так не повезло. Надо срочно приложить что-то холодное, чтобы кляксы не расползались.
Ругая себя за невнимательность, я направилась в сторону нашего офиса. Все уже были на месте, странно. Я обычно не опаздывала, поэтому очень удивилась. Зачастую в понедельник к началу дня собирается только часть народа, остальные подтягиваются постепенно, придумывая на ходу уважительные причины.
Наконец-то я села на свое место и вздохнула. Боль в коленях ещё не проходила.
Да, точно, лёд в холодильнике.
Поднявшись, прихрамывая в три погибели, я поплелась в сторону холодильника, чтобы достать из морозилки лед. Что не так, все точно на меня так смотрят?
Никогда я не удосуживалась такого повышенного внимания к своей персоне.
— Всем доброе утро. Упала на лестнице, — объяснила я, думая, что причина их любопытства в этом.
— За льдом? — спросила Женя, сидевшая в самом углу.
— Да, чем раньше, тем лучше.
— Угу, — прохладно вякнула Женя и уткнулась в монитор.
Конечно, я не рассчитывала на повышенное сочувствие, но что-то тут напрягало. Обычно они вели себя по-другому.
Я достала лёд, обернула его в бумажное полотенце и приложила к колену. Ну да, так легче. Краем глаза наблюдая за сотрудниками, я в очередной раз удивилась, а что с ними такое? Они избегали прямого взгляда в мою сторону, пытались смотреть куда угодно, только не на меня. Странно.
Я уже хотела вернуться за столик и продолжить начатую недавно работу, но тут дверь нашего директора приоткрылась:
— Анна, зайдите ко мне, — слегка растянутым недовольным тоном изрек он.
Вот ещё, что за новости? Было ли что-то, за что Сиятельство могло быть недовольно, но нет, ничего подобного в ближайшем прошлом не было. Проигранных дел не водилось, даже зарплату повысить его не просила, не с той ноги, что ли встал? Может быть его кто-нибудь другой довёл, а сорваться хочет на мне? Как бы там ни было, я недовольно побрела в его кабинет, обратив внимание, в очередной раз, что все на меня поглядывают.
 
Директор был полным мужчиной, который чрезвычайно любил деньги. У него в кабинете на полочке стоял сейф, в которой он любил складывать свою часть от нашего гонорара. Это было настоящее представление, когда он медленно подходил к своему денежному ящику, самозабвенно открывал его… В этот момент его глаза буквально загорались от восторга, и он с наслаждением доставал заветную купюру, чтобы воспользоваться ей.
Что интересно, в этот раз он тоже подошел к сейфу. Дверца медленно открылась, он достал оттуда пачку денег и медленно стал отсчитывать купюры. Одна, две, три, четыре, пять… И все это демонстративно передо мной. Пачку банкнот он засунул обратно в сейф и закрыл его на замок.
— Забирай.
Не поняла, что забирать то?
— Вы мне? Но, я вроде бы…
— Напиши заявление по собственному желанию, — равнодушно проговорил директор.
Меня словно обдало холодным ветром. Ещё по какому такому собственному желанию? Нет, я ничего такого не желаю. Нет, мне, конечно, не нравилась эта работа, но вариантов других просто не подворачивалось, куда мне теперь деваться? Да и причины какие?
— Но почему? Я что-то сделала не так, не припомню… Почему я должна увольняться, если я не хочу?
— Так сложились обстоятельства, — самодовольно произнес шеф.
— Какие ещё загадочные обстоятельства? Я таких не знаю.
— Я всё тебе объяснять должен, что-ли? Пиши по собственному, а то придётся увольнять по статье.
— Вам против меня предъявить ничего. я всегда всё делала, в любую погоду моталась по вашим поручениям, даже никакой личной жизни не было, все время здесь.
— А причину найдём, другие сотрудники подтвердят, свидетелями будут. Каждый за своё место держится, никто не захочет слово сказать против меня. А если скажет, то быстро вылетит. На любое место букашка найдется.
Во мне закипала злоба. Никогда бы не подумала, что всё мое рвение будет оценено так, и всё ради чего?
— Хорошо, я уйду.
Я быстро взяла деньги, и пересчитала. Ну да, заплатил за месяц. Мог и больше дать, но выбирать особо не приходилось. Хотелось закричать, высказать всё, что я думаю про этого никчемного директора. Останавливал только здравый смысл, не претендую на то, чтобы сделать себе ещё хуже. С него станется, может обзвонить другие конторы и представить меня в самом невыгодном свете. Уж я-то его хорошо знаю, человеческое недоразумение.
Я вышла из кабинета и увидела множество глаз, с любопытством направленных в мою сторону. Вот тут меня уже ничего не держит…
— Что, интересно? — раздраженно спросила я.
Все глаза, ещё несколько мгновений назад с жадностью разглядывавшие меня, опустились., тоже не хотят конфликтовать. Я бухнулась на своё кресло. Надо заявление написать? Ага, сейчас напишу.
Всё заняло не больше минуты. Вещи? Собрать какие-то вещи? Возьму некоторые решения, распечатаю потом, будет что представить другому работодателю в подтверждение компетентности.
Наконец-то я встала с этого места, захватив только флешку, и направилась бухгалтерию, где сидел кадровый отдел. Да, меня уже ждали, прям спланированная спецоперация, о которой узнаешь последней.
— Клади свою бумажку, — с усмешкой обратилась ко мне Зинаида Павловна.
Это была женщина неопределенного возраста, года никак нельзя было разглядеть под огромным слоем косметики, зашпатлевавшим её лицо.
Я собиралась было выйти, как услышала брошенный вслед вопрос:
— Тебя увольняют?
— А вы не знали?