Анька-неудачница (СИ)
— Выродок, — прошептал Алессандро.
Валентино усмехнулся:
— Советую тебе не высказываться так резко. Я могу и обидеться. Хотя, куда уж сильнее обижаться после всего, что ты натворил.
— Послушай, Конти, ради чего все это? Ты знал, что Бланка тебя не любит, так зачем разрушил все, вмешался?
— А зачем все разрушил ты?! Зачем полез со своими признаниями, если отверг ее, ты ничем не лучше, — выступил вперед гость.
Алессандро встряхнул головой. Длинные волосы налипли на лицо, он не имел возможности ударить. Все тело болело. Каким жалким и разбитым он сейчас себя чувствовал, хорошо, что уже может передвигаться, появились силы, Бланка спасла… Но Валентино… Он знал, что вельможа имел виды на девушку, а теперь он еще и пытается что-то доказать ему… Сейчас Алессандро чувствовал, что Бланка брошена на съедение дикому зверю, который ходит вокруг ней и облизывается.
— Я полюбил эту женщину. У меня больше прав на нее, наши семь давно дружат.
Лицо Валентино потемнело:
— Какое право имел ты, захолустный мальчишка?
Алессандро посмотрел ему прямо в глаза, их взгляды скрестились.
— А какое право имеешь ты, Валентино Конти? С каких это пор ты диктуешь правила? Мы не твои рабы.
Валентино мрачнел, слушая.
— Да, да, я все понимаю. Именно ты хотел жениться на ней, чтобы поднять авторитет, став мужем такой красавицы. Ах да, я еще забыл о твоих порочных пристрастиях. Ты же никогда не забывал, как бывшая жена смотрела на тебя свысока… Теперь хочешь получить Бланку в постель?
Удар. Еще удар наотмашь.
Алессандро зашатался. Он попытался подняться и… Еще один удар сбил его с ног.
— Да, лежи там, где тебе и место, на дне.
Алессандро ничего не видел. Удар оглушил его и не сразу дал прийти в себя. Если бы он мог встать и ответить…
— Наверное, тебе интересно узнать, где Бланка?
Алессандро непроизвольно дернулся в сторону вельможи.
— Вижу, что интересно. Спешу тебя порадовать — девушка под моей защитой, ей ничего не грозит. Кроме моего внимания, разумеется, — Валентино улыбнулся.
Алессандро молчал. Глухая боль наполняла его душу.
— Правда, для того, чтобы мои руки развязались, нужно разобраться с тобой. Какую смерть предпочитаешь, друг?
— Хватит глумиться, — глухо произнес Алессандро.
— Да что ты! Я не и не думал… Просто интересно твое мнение. Хотя, если ты исчезнешь и забудешь о девушке, я тоже забуду о тебе.
— Ты думаешь, что после этого она будет с тобой?
Валентино улыбнулся.
— У меня был шанс внушить ей любовь, но ты перебил его. Теперь есть только вторая попытка — внушить уважение, страх, привязанность и… Страсть.
— Нет! У тебя ничего не получится…
Валентино только улыбнулся и пренебрежительно смерил его взглядом.
Нет, я так больше не хочу. Можно слушать чужие советы, но я не готова принимать, что другие решают за меня. В конце концов, своя голова на плечах есть.
Как не нравилось мне это время и всеобщее внимание к моей персоне, но это начинало переходить все разумные границы. Если я останусь здесь и дальше, придётся смириться с решением отца.
Если рассматривать того же Валентино отдельно от его поползновений, то он имеет своеобразное обаяние, опасное и странное притяжение. Но я не хочу играть в такие игры, боюсь, что будет больно мне или кому-нибудь другому. Надо признать, что вылазка получилась неудачной и нужно срочно вернуться назад.
— Что-то я сегодня устала, — бросила я Катерине, которая сопровождала меня.
— Да вы, наверное, просто разнервничались, столько событий в последнее время, конечно, передохните. Тут ещё кое-что…
— Что?
Я уже была готова ко всяким гадостям.
— Ваш отец… Он наказал мне следить за вами, чтобы вы никуда не выходили из дома, кроме церкви, да и туда только в моём сопровождении.
Я не была удивлена после предупреждения Валентино. Если ему такая идея втемяшилась в голову, конечно, он специально попросил моего отца.
— Я поняла тебя, Катерина. Если будут ещё какие-то новости, говори…
Про себя подумала только, что это мне больше не понадобится.
Стоя на высоте лестницы, я окинула грустным взглядом этот большой дом, который стал мне убежищем на какое-то время. Сейчас здесь было особенно пусто, отца не было, он занимался торговыми делами, как всегда, находился на встречах с поставщиками. Слуги тоже куда-то растворились, ели или отдыхали. Когда его здесь нет, никто особо не заморачивается над своими обязанностями. Но стоит хозяину вернуться, как все оживает. Больше я этого не увижу… Оставайся здесь, таким же сильным и здоровым, пусть у тебя всё будет хорошо.
Я зашла к себе в комнату, собираясь отправиться домой прямо сейчас, когда мне никто не будет мешать. Чем меньше буду думать, как тут без меня справятся, тем меньше будет сожалений.
Я закрыла дверь на щеколду, и наклонилась, чтобы достать мою сумку. Пошевелив рукой в отделении под шкафом, куда я её кинула в последний раз, я отпрянула, там ничего не было.
Меня обдало холодом. Удары сердца стучали в ушах. Моментально накатило ощущение дурноты. Чёрт!
Я наклонилась, внимательно осмотрела всё под шкафом.
Нет, ничего нет… Может быть её передвинули и положили под кровать, когда убирались. Но под кроватью точно ничего не было.
На лбу проступила испарина, в глазах стояли слёзы. Не может быть. Я бешено стала распахивать дверцы шкафа, разыскивая свою пропажу. Я перебрала всю одежду, все вещи в шкафчиках у столика с украшениями, сбросила постельное бельё и проверила за шторами, во всех отделениях… Нет, она просто исчезла.
Я быстро распахнула дверь и позвала служанку:
— Катерина!
Должно быть в моём голосе послышалась истерика, поэтому девушка прибежала почти мгновенно с выпученными глазами:
— Синьорина, что случилось?
— Послушай, ты не видела мою сумку?
— Сумку? — удивлённо переспросила девушка.
— Да, такую старую, коричневую, я приехала с ней в этот дом.
Девушка замолчала на пару секунд, вспоминая:
— Да, я помню эту сумку… Но я даже как-то не интересовалась, где она лежит. А, это в ней находилось лекарство, которым вы лечили Алессандро?
— Да, в ней… Неужели ты не заметила, где она?
— Нет, госпожа. Я прибираюсь в вашей комнате, убираю только то, что лежит на поверхности, другие служанки застилают постель, моют пол. Надо спросить у них.
— Быстро спроси, немедленно! Там лежат вещи очень важные для меня. Да, там находится лекарство, но и вещи, которые дороги мне, как память. Там нет ничего ценного! Скажи им, что они не обнаружат там золото или ещё чего-то… Лекарства, которые там… Они просто не знают, как ими пользоваться. Если кто-то взял эту сумку, пусть немедленно мне отдаст!
Мой голос уже переходил на крик.
Должно быть, я выглядела шокированной, поэтому Катерина стремглав бросилась в сторону кухни.
Я облокотилась на стену и тяжело дышала.
Никогда раньше не задумывалась, что такое клаустрофобия, но сейчас у меня возникли точно такие же ощущения. Это пространство давило на меня, сжимало тисками. Если раньше я относилась ко всему легко, то сейчас начинала понимать, что игрушки закончились. Если сумку я не найду, то что мне делать? Я хочу домой! Я хочу вернуться немедленно домой!
Я заплакала.
Со стороны кухни слышались голоса, бурное удивление. Должно быть, слуги очень удивились такой пропаже, они все высыпали из комнаты:
— Синьорина, не расстраивайтесь. Нет, никто из нас её не видел.
— Как это не видели? Вы хотите сказать, что вещь, которая лежит в моей комнате под шкафом, может просто исчезнуть?
— Здесь никого не было сегодня, кроме нас…
Кроме них… Значит, кто-то из них всё-таки это сделал. В моей голове промелькнули воспоминания о том, как еще недавно Валентино легко поднялся ко мне, никто его не остановил. Обычно слуги предупреждают отца, если в доме появляется непрошенный гость. А тут всё прошло тихо и незаметно, предупредили уже просто факту. Не мог ли сейчас этот человек забрать мои вещи по его же приказу?