Новый порядок. Часть 1 (СИ)
Эндерн вогнал ему клинок в шею. Но лишь спустя мгновение по оглушительному крику боли понял, что промахнулся — ван Блед успел закрыться рукой, лезвие вонзилось в кость предплечья. Криомант бешено зарычал, саданул оборотня по зубам и яростно оттолкнул его ногой. Эндерн отлетел назад.
Гаспар набросился на ван Бледа сзади, обхватил руками. Криомант взбрыкнулся, мотнул головой. Гаспар застонал от боли в разбитом носу, ослабил хватку. Ван Блед выкрутился, ударил менталиста локтем в лицо. Гаспар упал. Криомант бегло глянул на него и в панике вскрикнул, заметив обструкторы, и сразу же широко размахнулся рукой, разбрызгивая струю воды. За спиной Гаспара затрещал лед, стеной отгородивший Ротерблица, уже метнувшего огненную стрелу.
Менталист приподнялся на локтях, увидел перепуганное лицо спешно и торопливо колдующего ван Бледа. Криомант намотал на руку водяной хлыст, размахнулся, чтобы рассечь Гаспара, но вынужденно отвлекся на подскочившего Эндерна. Щелкнул водяным хлыстом его по ключице, отгоняя оборотня, замахнулся. Полиморф инстинктивно сжался и пригнулся, ныряя под удар. Ван Блед ждал этого, дернул рукой в обманном движении и намотал хлыст на ноги Эндерна от щиколоток до колен. Вода мгновенно заледенела, сковывая рухнувшего на дорогу полиморфа, ван Блед с хрустом обломал затвердевший хлыст и раскрутил ледяной обломок в здоровой руке, с бешенством и ненавистью глядя на Гаспара. И страхом на матовые браслеты на его поясе.
Криомант занес ледяное копье.
Эндерн лежал на земле, рычал и матерился сквозь зубы, ковырял клинком зачарованный лед, жгущий и сковывающий ноги.
Ледяная стена расплавилась и рухнула водяной крошкой, разливаясь по брусчатке. Ротерблиц широко развел руки в стороны, пуская в ван Бледа горячую волну огня. Криомант поднял копье, рассек им пламя, бросил в пироманта оплавившийся осколок. Ротерблиц расшиб его огненным кулаком, ответил потоком голодного пламени. Ван Блед защитился собранным из растекшейся по дороге воды ледяным щитом, расколол его остатки на мелкие льдинки и швырнул их. Пиромант закрутил руками, сжигая ледяной рой.
И все же получил укол. Ван Блед подхватил каплю крови, сочащуюся из рукава по ладони, метнул ее, превращая в тонкое красное шило, пронзившее Ротерблицу левое бедро. Пиромант присел, с его рук в небо сорвался всполох огня.
Ван Блед выманил из фляги струйку воды.
И тут в флягу впился острый нож, протыкая насквозь. Вода полилась ван Бледу на ногу.
Криомант отчаянно взвыл от неожиданности, складывающаяся ледяная стрела упала на брусчатку и рассыпалась ледышками. Но быстро опомнился, собрал хоть какую-то влагу, сплетая из нее сосульку.
Нет.
Ван Блед потрясенно моргнул, сморщил изуродованное ожогом лицо, менее уверенно поднял здоровую руку, управляя льдом.
Не смей.
Ван Блед чувствовал, как что-то колет прямо в мозгу. Слышал голос, говорящий и приказывающий, но не понимал, откуда. Рука дрогнула и вопреки здравому смыслу начала опускаться. Ван Блед замешкался, сопротивляясь, приказывая взбунтовавшимся мышцам, и только сейчас заметил стоявшего на колене Гаспара с приложенными к вискам пальцами. Его глаза были широко раскрыты, гипнотизировали, повелевали, ломали волю. Голос проникал в сознание.
На колени.
Новый укол был еще болезненнее. Ван Блед стиснул зубы, застонал, чувствуя, как подгибаются ноги, тянут на землю. Он сопротивлялся, но сопротивление только усилило боль внутри черепа. Тонкие иголки стали тупым, зазубренным долотом, под мощными ударами молотка вгрызающимся в самый мозг.
На. Ко. Ле. НИ!
Ван Блед вскрикнул и бессильно рухнул, захрипел от слепящей боли, боясь пошевелиться.
Гаспар тяжело поднялся, медленно приблизился, осторожно отстегивая от пояса обструкторы, матово отражающие свет лижущего камни дороги огня. По лицу ван Бледа покатились крупные градины пота. В глазах стояла неподдельная паника.
Когда Гаспар отнял пальцы от виска, ломающее и мучительно скорчивающее давление на рассудок ван Бледа несколько ослабло. Менталист был уверен, что ему хватит времени, чтобы застегнуть браслеты на запястьях чародея, что заставит его метаться и биться в истерике, сходя с ума от ледяной пустоты внутри.
Он ошибся. Надо было дождаться, пока Эндерн расколет лед, отдать ему обструкторы, не ослабевания напора, грубо и безжалостно ломая рассудок. Однако Гаспар не обладал лишним временем. Не потому, что так уж переживал за ван Бледа, а потому, что в любом случае не смог бы долго его держать.
Об этом Гаспар задумался гораздо позже и долго гадал, как бы оно все обернулось, не допусти он ошибку.
Едва холодный металл коснулся кожи ван Бледа, чародей взвизгнул неестественно высоко и тонко, почти по-женски, дернулся и хаотично взмахнул руками. Лишь случайно задел Гаспара, слишком много сил уделяющего концентрации и попыткам не свалиться от тупой боли в висках, раскалывающей череп. Непослушные пальцы выронили раскрытый браслет, Гаспар ослабил хватку на миг. Ван Блед обрел контроль над своим телом, схватил качающегося менталиста, наклонил к себе и вцепился ему в грудь пальцами.
Гаспар захлебнулся воздухом, поперхнулся, содрогнулся, чувствуя, как ногти колдуна обратились острыми лезвиями. Вонзились в кожу, сквозь ребра и легкие погрузились в грудную клетку и впились в сердце. Сердце стукнуло, отчаянно гоня от себя кровь, повышая давление в сосудах. Гаспар задохнулся, в глазах померкло, в груди загорелся огонь.
Ротерблиц подскочил, что есть силы толкая Гаспара плечом. Менталист отлетел в сторону, покатился по дороге. Пиромант пнул слабо пытавшегося защититься ван Бледа под ребра, вцепился ему в горло обеими руками и принялся душить. Кисти Ротерблица вспыхнули ярким пламенем.
Ван Блед заорал от обжигающей боли, задергался, но и сам вцепился Ротерблицу в руки. Кровь отхлынула от них, застыла в жилах, пламя угасло, руки обессилили. Ван Блед раскинул их, пока пиромант справлялся с внезапной слабостью и головокружением, и впился когтями ему в сердце. Ротерблиц задохнулся от внезапной обжигающей боли в груди.
— Давай, сука, давай, блядь! — рычал Эндерн, сколачивая ледяные путы, оставшиеся только на самых лодыжках. — ДАВАЙ!!! — он с размаху саданул по льду ребром ладони, разбивая его в мелкую крошку.
Оборотень зловеще оскалился, подскочил, не чувствуя обмерзших ног. Увидел, как Ротерблиц падает на землю. Эндерн вытянул левую руку, дернул кистью, стреляя ван Бледу в ключицу. Чародей словно не заметил этого, пнул ужасающие его обструкторы, развернулся и побежал. Эндерн выстрелил еще раз, попал между лопаток. Ван Бледа хлестнуло, он едва не упал, но устоял на ногах и побежал, отбегая как можно дальше от возможных помех обструкторов, чтобы все сработало наверняка.
И тут увидел приближающуюся маленькую фигурку чародейки.
Ван Блед замер, затравленно оглянулся на Эндерна — полиморф бежал на него, загоняя колдуна в угол. Эндерн прыгнул на него, Даниэль послала волну ветра.
— Respondendum! — выкрикнул ван Блед и исчез.
* * *Открыв глаза, Гаспар увидел над собой взволнованное лицо Даниэль. Голова раскалывалась, в груди все еще болело, но менталист больше не задыхался. А еще было такое ощущение, будто его шибануло молнией.
— Наконец-то, — губы чародейки дрогнули. — Я уж боялась, что не очнешься.
— Что… — облизнул пересохшие губы Гаспар, — это было?..
— Магия крови, — глухо ответила Даниэль, приглаживая его вздыбившиеся черные волосы. — Я предупреждала, но ты меня опять не послушал.
— Что… с Морэ?..
— Мертв.
— А…
— Тоже.
Гаспар пошевелился, порываясь встать.
— Я ничего не могла сделать, — оправдалась Даниэль. — Одна из мерзких штучек Сибиллы ван Хетлевен. Эта старая дрянь до сих пор жива, хотя должна была сдохнуть еще тогда, когда… очень давно, в общем.
Гаспар посмотрел на тело Ротерблица, лежащее у обочины дороги, рядом с Морэ.