Новый порядок. Часть 1 (СИ)
— Тут посложнее, — смутился Механик. — Но прототип я собрал, когда у меня не было мастерской.
— Это Паук все организовал?
— Наверно, — потер ладони артефактор. — Я знаю, что он дает Геллеру деньги. Иногда просит что-то сделать для него, все остальное разрешает продавать. Я занят тем, что единственное умею делать, мне редко мешают, поэтому я никогда и не спрашивал.
— У вас просто золотые руки, — нежно проговорила Даниэль. Механик смутился и спрятал их за спину.
— Почему такой мастер не работает в Ложе? — спросил Гаспар.
Механик резко помрачнел и опустил голову. Даниэль наклонилась, крепко обняв менталиста одной рукой за шею, горячо дохнула ему в ухо, а второй рукой незаметно ущипнула за зад.
— Я работал на Ложу, — признался Механик, оглаживая фартук. — Пока Ложа не выбросила меня и не забрала все мои проекты.
— Как такое могло случиться? — Гаспар потер пострадавшее место, косясь на невинно хлопающую ресницами чародейку.
— Один магистр принес мне однажды чертеж. Сказал, никто не смог в нем разобраться, а я смог. Там ничего сложного не было. Только я не сразу догадался, что это оружие старых мастеров, запрещенное Ложей после кризиса, а когда понял, было уже поздно — я его сделал. Но, — вздохнул Механик, — во время тестов произошел взрыв.
Эндерну быстро наскучила исповедь, и он принялся шляться по мастерской, сунув руки в карманы потасканного сюртука. Механик глянул на него с неудовольствием, однако продолжил рассказ:
— Мне оторвало ногу, Собрание решило, что жертве несчастного случая на производстве не положено содержание. И вообще никакого несчастного случая не было, как и жертвы. Так я оказался на улице. Там меня нашел Геллер. Привез в… как зовется этот город?
— Анрия, — подсказал менталист.
— Да, спасибо, совсем забыл. Привез сюда. Я сделал себе ногу, потом мы поселились здесь, оборудовали мастерскую, ну и вот. Я работаю, Геллер заботится обо мне. Я ни о чем не жалею.
— Заботится? — фыркнула Даниэль. — Он же постоянно на вас орет и оскорбляет.
— Нет, — смущенно улыбнулся Механик, — он и вправду заботится, как умеет. И правильно делает, что постоянно орет. Мне нужно, чтобы на меня постоянно орали, иначе я совсем потеряюсь.
— А что стало с тем магистром? — не отставал Гаспар.
— Не знаю, — повел плечом мастер. — Он ведь ни в чем не был замешан, а я слишком часто попадался на запрещенных экспериментах. Рано или поздно я бы все равно оказался в Турме.
— Зачем же вы за них брались?
— Уверяю, у меня не было злого умысла, — испугался Механик. — Просто мне всегда было интересно разбираться в сложных механизмах и талисманах. Ведь любой механизм, если знаешь, как он устроен, на самом деле очень прост. А если он прост, значит, его можно собрать.
— Даже такой? — спросил Эндерн, заглянув под чехол, накрывавший груду железа.
Артефактор охнул и спешно заковылял к верстаку, едва не опрокинув табурет вместе с Гаспаром. Механик вырвал чехол из рук полиморфа и укрыл свои секреты.
— Поздно, Ковырялкин, — ухмыльнулся Эндерн, почесывая небритую щеку, — я все видел. Ты че, себе подружку решил собрать?
Механик обиженно поджал дрогнувшие губы и нежно погладил чехол.
— Эндерн! — зло прошипела Даниэль. — Оставь его в покое!
— Да че я, сука, сделал-то? — запротестовал полиморф, примирительно подняв руки. — Я ж, блядь, просто спросил!
— Если бы мастер хотел тебе рассказать про свои секреты, он бы рассказал, — сухо проговорил Гаспар.
— Нет-нет, — робко возразил Механик. — У меня нет секретов. Просто… мне бы не хотелось, чтобы кто-то видел мои неудачи. Но если вам так интересно — прошу, — он откинул чехол и указал на груду железа.
Даниэль широко улыбнулась, как горящая от любопытства маленькая девочка, потянула Гаспара за руку. Менталист нехотя встал с табурета. Признаваться, что ему самому любопытно, совершенно не хотелось.
Они подошли к верстаку. Гаспар несколько секунд разглядывал сваленные в кучу протезы рук и ног, вскрытый корпус, в котором виднелся сложный часовой механизм, разбросанные мелкие детали, шестеренки, винтики и пружины, прежде чем догадался, увидев медную голову с выпученными рубинами глаз и тремя вертикальными прорезями вместо рта.
— Это… — неуверенно протянул он.
— Часовой голем, модель три тридцать один десять пятнадцать ноль восемь, — пояснял Механик с грустью. — Очередной неудачный эксперимент, как и два предыдущих.
— Étonnamment! — хлопнула в ладоши Даниэль. — Но почему неудачный?
— Потому что он не работает. Вся проблема в питании, и я никак не могу ее решить.
— А ты не пробовал кормить его пивом с мясом? — посоветовал Эндерн.
— Боюсь, влага вредит механизмам, а мясо…
— Да я ж, сука, пошутил! — огрызнулся полиморф. — Слышь, ты че такой зануда, а?
— Я пробовал разные варианты, — продолжал Механик, не обращая на него никакого внимания. — Но даже саламанов кварц, обогащенный люцидумом, не может его оживить! — артефактор со злостью толкнул пустую голову, и та покатилась по верстаку. — Боюсь, это единственный мой механизм, который никогда не заработает.
— Не отчаивайтесь, — подбодрила его Даниэль. — Я верю, у вас все получится.
Она нежно коснулась его плеча. Артефактор вздрогнул и испуганно отшатнулся, как от чумы. Даниэль обиженно насупилась.
— Может быть, — смутился Механик. — Ну его, — он небрежно отмахнулся и накрыл мертворожденное дитя чехлом. — Лучше я вам вот что покажу, — его выцветшие глаза загорелись.
Механик проковылял к соседнему столу, наклонился, открыл дверцу шкафчика под ним и достал сверток плотной ткани. Он аккуратно положил его на стол и развернул.
— О! — выдохнул Эндерн, втиснувшись между Гаспаром и Даниэль. Его желтые глаза тоже загорелись. — Ну-ка, ну-ка, — он жадно потянулся к кожаному нарукавнику шириной от запястья до локтя среднего мужчины.
— Осторожней, — предупредил Механик, перехватив его руку. — Это оружие, и оно очень опасно.
— Ты меня еще, сука, ебаться поучи, а? — заворчал Эндерн. — То я сам не догадался. Смотри!
Полиморф быстро скинул потасканный сюртук, бросил его на стол и вывернул руки внутренней стороной кверху. Ниже закатанных по локоть рукавов рубашки к предплечьям крепились похожие нарукавники с ножнами, пружинный механизм которых выбрасывал ножи.
— Выбросные ножи модели один шесть ноль два девятнадцать, — мгновенно определил Механик, уткнувшись носом в собственное изобретение. — Вижу, кто-то пытался их доработать, — погладив большим пальцем винт механизма, добавил он.
— Да так, одна гедская рожа в Адрассе. Смотри, — Эндерн оттолкнул Механика, выступил вперед, взвел винт на левой руке до упора, вытянул ее, и движением кисти резко дернул шнур, закрепленный кольцом за средний палец. Пружина механизма тонко щелкнула, и ножны метнули нож, глубоко засевший в стене.
— Интересное решение, — потер лоб Механик.
Он надел очки с линзами и бесцеремонно вывернул руку Эндерна, вскрыл отверткой крышку механизма и принялся его изучать, игнорируя протесты полиморфа — хватка у артефактора была железной.
— Интересная конструкция, — констатировал он. — Но не очень надежная. Зачем так сложно? Можно же проще. И не очень удобно. Я бы сделал ее самовзводной. И добавил бы магазин хотя бы на три… нет, на четыре заряда. А, и предохранитель слаб, — Механик ковырнул отверткой одну из пружин. — Во взведенном состоянии высок риск самопроизвольного преждевременного выбрасывания…
— Это нестрашно. С мужчинами иногда случаются преждевременные выбрасывания. Нечего стыдиться, — невинно прокомментировала Даниэль. Эндерн злобно зыркнул на нее. Чародейка сложила губки бантиком и послала полиморфу воздушный поцелуй.
— Все понятно, — сказал Механик, закрыв крышку механизма. — Значит, вы имеете представление о технике безопасности при обращении с выкидным мечом модели ноль-ноль тридцать один двадцать один шестнадцать одиннадцать.
— Ковырялкин, блядь, ты не думал называть свои погремушки короче? — пробормотал Эндерн, расстегивая ремни ножен на правой руке.