Новый порядок. Часть 1 (СИ)
Сигиец забрал оба пистолета.
Он подошел к двери в воротах и гулко постучался.
Сули Кроппа заволновалась от раздражения. Судя по расположению, он вел изнурительный допрос Кассана, подвешенного в центре склада за руки. Один из подручных стоял рядом. Компаньон сидел чуть поодаль, что-то записывал. Трое оставшихся бродили по помещению то ли без особой цели, то ли, наоборот, проводили инспекцию имеющихся товаров, легальных и контрабандных.
Спустя минуту сигиец постучался снова.
Сули Кроппа затряслась от гнева. Он замахал руками. Бродившие по складу люди замерли, один из них вспыхнул недовольством, однако направился к воротам.
Чуть погодя, оконце на двери противно скрипнуло петлями и открылось.
— Ну че… — недовольно пробормотал подручный Кроппа.
В лицо ему уставилось дуло пистолета.
— Открывай, — сказал сигиец.
Подручный заикнулся. Его крепко прижало к двери. Пистолет уткнулся в лоб, недвусмысленно щелкнув курком.
— Открывай, — повторил сигиец.
Подручный дернулся пару раз, безрезультатно пытаясь отлипнуть от двери.
— Ганс, ты че там, воротину ебешь? — загоготали из глубины склада.
— Не делай глупостей, если хочешь жить, — сказал сигиец.
Ганс тяжело сглотнул. Вряд ли он сам до конца понимал, что в этой ситуации было более весомым аргументом: пистолет или равнодушные серебряные бельма, взгляд которых пробирал до костей.
— А-ага… — пробормотал Ганс и непослушной рукой нащупал засов, с трудом сдвинул его.
— Ну че там? — кто-то проявил беспокойство.
— Отойди, — сказал сигиец, когда засов, судя по скрежету, полностью вышел из пазуха, и потянул дверь на себя.
Ганс облизнул губы и на деревянных ногах, под дулом пистолета сделал несколько шагов назад.
— Шухер! — вскрикнул он и бросился в сторону.
Чуть позже, чем чужак нажал на спусковой крючок и выстрелил точно в лоб.
Сигиец до сих пор не понимал, почему люди все усложняют и вместо того, чтобы сделать так, как говорит он, поступают наоборот.
Сигиец отскочил назад — дверь с силой распахнулась, подчиняясь его воле. Он влетел в дверной проем, разгоняя облако сизого дыма. У распахнутых ворот в основное помещение склада стоял замешкавшийся человек. Он получил вторую пулю в живот.
Началась ругань.
Сигиец на ходу выхватил из кобуры на груди третий пистолет.
В ворота выбежали двое с ружьями. Армейскими штуцерами компании «Фасс унд Рор» образца тысяча шестьсот двадцать восьмого года.
Сигиец выстрелил в того, кто оказался чуть ближе.
Мимо.
Стрелок незамедлительно ответил. Но, когда боек высек искру о крышку пороховой полки, ружье предательски дрогнуло, ствол задрало кверху, и пуля ушла в потолок.
Второй бандит ждал лишнюю секунду, полагаясь на меткость напарника. Сигиец вскинул руку, накинув ему петлю «удавки» на шею и со всей силы швырнул на стену, впечатывая в дерево. От удара бандит разжал пальцы, штуцер выпал, но пола коснуться не успел. Сигиец подхватил его и вложил себе в руки. Упер приклад в плечо, прицелился и выстрелил в голову оставшемуся на ногах бандиту, взявшемуся за тесак.
Бросив пустое ружье, он выхватил меч, подскочил к истекающему кровью у стены недобитку и вспорол тому раненый живот. Последнего пригвоздил к полу.
Все закончилось, едва пороховой дым успел окончательно рассеяться.
Сигиец стряхнул капли крови с лезвия, вернул глазам обычное состояние и переступил через тело, лежащее на пороге основного помещения.
Кассан действительно был подвешен в центре на перекинутом через балку канате. Он был крепко избит и весь в крови. Лицо распухло и посинело, левый глаз заплыл. Сигиец дернул щекой со шрамом и перевел взгляд на стол возле стеллажей, за которым стоял и трясся компаньон Кроппа. В дрожащих руках он держал пляшущий пистолет. Сам Кропп пытался спрятать необъятную тушу за менее габаритным подельником.
Сигиец молча направился к ним.
— Че-чего ты ждешь⁈ — взвизгнул Кропп. — Стреляй! Стреляй!
Компаньон громко всхлипнул, зажмурился и… выронил пистолет на бумаги, пугливо вскинув трясущиеся руки.
— Т-трус-с… — прошипел коммерсант, дрожа за компаньоном.
Сигиец бесшумно подошел к столу, подобрал пистолет и взглянул Кроппу в глаза, увидев у того на поясе джамбию Кассана.
Прогремел выстрел, и подельник Кроппа согнулся, падая на стол, а затем сполз на пол, сгребая бумаги и оставляя на исцарапанном дереве кровавую полосу.
Кропп взвизгнул, отпрянул от мертвого компаньона и вжался спиной в стенку стеллажа.
Сигиец положил пистолет на стол и шагнул к коммерсанту, поднимая меч.
— Нне… — сипло простонал Кассан. — Кути хин… со… нне…
Сигиец повернул голову на голос, взглянул на Кроппа, сощурив глаза, и вложил меч в ножны.
— Ан мариф он-хин се…
Сигиец вырвал из-за пояса трясущегося Кроппа джамбию, сгреб того за белую рубашку на груди и толкнул на стол. Коммерсант навалился на него всей тушей, сдвинул с места. Сигиец вынул джамбию Кассана из ножен, перехватил лезвием книзу, прижал толстяка за шею к столешнице и, коротко размахнувшись, вогнал кривой кинжал в плечо Кроппа. Коммерсант взвыл на весь склад, широко раззявив рот с мясистыми губами, и попытался дотянуться до джамбии, отчего взвыл еще громче.
— Сними меня уже, ам-яляб! — сквозь стиснутые зубы прошипел Кассан.
Сигиец приблизился к нему, на ходу достав из-за спины свой кинжал, и перерезал канат у кистей Кассана — рост позволял. Сам сельджаарец, однако, не упал, а остался стоять посреди своего склада в несколько неестественной позе и неуверенно и неуклюже опустил связанные руки, жмуря от боли глаза. Несколько пальцев — средний и безымянный на правой и указательный на левой — были точно сломаны.
Сигиец приобнял Кассана, обернулся и взглянул на спинку видневшегося из-за стола и туши Кроппа стула. Стул подпрыгнул и подлетел к сигийцу. Тот подхватил его, поставил на пол и усадил заохавшего сельджаарца. Похоже, у него были сломаны ребра.
— Осторожней… — прохрипел Кассан, сплюнув вязкую слюну с кровью, когда сигиец принялся резать путы.
Избавившись от веревок, сельджаарец потер здоровыми пальцами запястья и взглянул злым глазом на Кроппа, который уже не выл и не орал, а только тихо хныкал и не пытался шевелиться, со свистом втягивая воздух.
Кассан тяжело вздохнул, держась за ребра.
— Помоги мне.
Сигиец молча помог ему подняться и довел до стола.
— Дай мне нож…
— Нет.
— Ант аэт сик-фойрин се, хак-ир он-хурбе! — рявкнул Кассан, едва ли внятно выговаривая слова, и закачался от перенапряжения.
Сигиец без слов передал джамбию. Сельджаарец неловко и неуклюже взял ее обеими руками. По бледному лицу Кроппа с выпученными от ужаса и боли глазами отчетливо прочиталась паника.
— Нет… не надо… пожалуйста… — едва слышно взмолился коммерсант. — Я заплачу за не… неудобства… только не…
— Кропп… — просипел Кассан, наклоняясь к нему. — Жирный кадах… Ты убил моих людей и… карибат… Ты… хотел мою контору. Ты хотел… мой склад… Ты хотел мои специи… мои деньги… моих лошадей… — сельджаарец задрожал от ярости. — Ты хотел мой дом и… трахать моих баб на моей… по-постели… — Кассан тяжело задышал. — Срать в мой сральник!..
— Па-па-па-пажалуйста! — тонко пискнул Кропп. — Давай договори!..
Сельджаарец вогнал кинжал в бок коммерсанта. Кропп заорал, дернулся на столе всей тушей и заорал еще громче. Кассан вогнал джамбию ему еще раз. И еще. И еще. Кромсал тушу Кроппа с садистским наслаждением даже тогда, когда коммерсант перестал кричать и биться в агонии и обмяк, удерживаемый на столе воткнутым в плечо кинжалом и собственным весом.
Сигиец смотрел с равнодушным лицом и не произнес ни слова. Считал наносимые удары безразличному ко всему мертвому телу. Их было двадцать четыре, когда Кассан выдохся.
— Хак-ир он-кадах! — сплюнул сельджаарец и завалился на труп без сил. И тут же глухо закричал от боли.
Сигиец притянул стул, осторожно поднял Кассана и вновь усадил его.