Черные начала. Том 1. Том 2 (СИ)

Ну всё, сейчас будет поножовщина с крабом за плот и еду, сука!
Скажи мне кто-нибудь, что я до такого докачусь, я бы назвал его сумасшедшим.
На этот раз я предусмотрительно старался держать дистанцию, отступая. Взгляд возвращался к разбросанной еде, которая мне была просто жизненно необходима. Не думал, что придётся драться на ножах с крабом за неё, но мне просто не оставили выбора.
Вряд ли нож, у которого конец закруглён и которым можно только резать, подходит для боя, но хоть какое-то оружие в руках придавало мне уверенности. Осталось зарезать им краба.
Но, как оказалось, даже с такой дистанции хренотень из фильмов ужасов представляла угрозу.
Словно понимая, что подойти ближе ко мне будет проблематично, крабоскорпион неожиданно взмахнул клешнёй в мою сторону. Я даже испугаться не успел, как от неё отделилась белёсая линия, как вспышка света, и горизонтальным веером пролетела в мою сторону…
— Да твою же…
Штанины сразу начали пропитываться кровью, словно по ноге ножом резанули. Боль прострелила до самого затылка.
Я вскрикнуть не спел, как тут же прилетела вторая световая полоска. Только эта резанула уже по животу, заставив меня охнуть и выронить нож. На песок закапала кровь.
Стоило мне замешкаться, как крабомразь сразу же воспользовалась этим и бросилась ко мне. Подхватив мой нож клешнёй, тварь начала им размахивать, надвигаясь на меня и желая освежевать добычу. Я подался назад, запнулся и упал на жопу. И в ту же секунду оттолкнулся ногами и руками, отпрыгнув на заднице назад.
Жало крабомрази ударило прямо между моих ног, не достав буквально на несколько сантиметров. Я буквально услышал голос в голове: «Здесь могли быть твои яйца…»
Да, вот за яйца обидно было бы, если честно. Я понимаю, руку отхомячить, но яйца…
Чувак, что-что, но за это не прощают.
Словно лягушка, я оттолкнулся от твари и отпрыгнул, после чего вскочил и отбежал на почтительное расстояние. Крабомразь попытался меня достать, но не дотянулся совсем немного. Попытался ещё раз пульнуть в меня своими лучами, но промахнулся оба раза — пусть они и летели так быстро, что хрен увернёшься, но ими ещё попасть надо. А учитывая, что двигался я вполне бодро, значит, и нанесённые ими раны были не такими уж и страшными.
Сначала я было подумал попробовать стрельнуть в тварь из ракетницы, но потом передумал и решил обойтись более простым способом.
У самого края, где пляж переходил в лес, я выкорчевал валун, едва успев увернуться от ещё линии, которая слетела с клешни мрази, после чего бросился вперёд. Тварь явно что-то заподозрила, потому что попятилась назад, хищно щёлкая клешнями, однако далеко не ушла — подойдя максимально близко, чтобы меня не задело, я с трудом поднял над головой булыжник и швырнул его прямо в центр панциря крабоскорпиона.
В последний момент я подумал, что оно сейчас может ринуться вперёд и контратаковать, но…
Камень с хрустом проломил хитиновый панцирь и вошёл внутрь.
— Гриээнк! Гриээнк! — крабоскорпион истошно заголосил, защёлкав клешнями над головой, будто пытался достать из себя булыжник. Он дёргался, старался уползти и всячески спасти свою жизнь, пока я не притащил второй булыжник и не опустил его, но уже на башку твари.
Никогда бы не подумал, что хруст чьих-то костей (хитиновый панцирь ведь можно считать костями, да?) будет так приятно слышать…
Да только победа была недолгой, и радость моя оборвалась так же быстро, как и появилась. Не успел я сделать и нескольких победных шагов в роли истребителя крабомразей, как вода у берега неожиданно забурлила, и над поверхностью показался островок. В диаметре метра три, не меньше, и что-то мне подсказывало, что он пришёл по мою душу.
— Да ладно! Ну вы серьёзно?! — моему возмущению не было предела.
Я, конечно, одолел крабоскорпиона, но что-то меня гложут большие сомнения по поводу того, что мне хватит сил победить вот такое вот чудо. И словно в подтверждение моих слов не успела тварь вылезти, как из-под воды вылетел луч в форме веера. Вылетел он так быстро, что я и среагировать не успел, а за моей спиной уже раздался треск.
 
Этот луч в форме веера буквально срезал все молодые деревца за моей спиной.
— Да ну нахрен…
Это стало достаточным аргументом, чтобы заставить меня забыть о провизии и свалить.
Я просто развернулся и сразу же бросился наутёк, подхватив выроненный крабом нож. Влетел в лес и начал петлять между стволов деревьев, прорываясь через кустарник подальше от бати всех крабов.
В одно мгновение я почувствовал лёгкое дуновение ветра в спину и, не задумываясь, упал на землю. Не прошло и секунды, как над моей головой пролетел блеклый луч, похожий на жало, что с треском пробил несколько деревьев нахрен, засыпав меня щепками.
После этого я вскочил и бросился дальше в глубь леса без оглядки. Но, сука, за воду, конечно, обидно. А ещё обидно, что сраный крабообразный оказался лучше меня.
Крабы оказались лучше тебя — это звучит как оскорбление.
* * *
Я бежал по лесу ровно до тех пор, пока не выдохся.
После такой пробежки с препятствиями сердце, казалось, сделает окончательную остановку, а воздуха так и вовсе не хватало, чтобы нормально отдышаться.
Постоянно озираясь назад, я с лёгкой дрожью вспоминал обитателей морского дна и пытался понять: то ли у меня глюки, то ли твари какие-то не такие.
Сейчас, когда я убежал от опасности, меня вновь начали посещать сомнения по поводу увиденного. Нет, размеры меня не пугали — как раз-таки в существование подобных кадров и можно поверить. Если существует рыба-капля с рожей моего препода по физ-ре, то почему бы не существовать крабоскорпионам? В Южной Америке много всякой твари ползает.
Но вот способности…
В голове возник образ того луча счастья, словно кто-то быстро взмахнул мечом, оставив размытый след, и этот самый размытый след потом полетел в меня.
Да не, хрень же полная, быть такого не может. Может глюки у меня после случившегося? Послеродовая травма… то есть посттравматический синдром? Типа пережил шок и так далее?
Я ещё раз вспомнил произошедшее, как эти крабомрази пускали в меня свои лучи счастья. И чем больше я думал об этом, тем нереалистичное всё это казалось. Что касается порезов, может мне их нанесли, когда это существо на меня прыгнуло, а я и не заметил. Там же испуг, адреналин, а двигаться активно начал, и заболело…
Вскоре я уже был готов поверить, что сам это выдумал — в природе такого просто не существовало. Электричество — да, голограммы — да, зубные феи — да, но никак не… магия? Я не знаю, как это назвать даже. Сознание отказывалось принимать подобное и верить в это.
Как бы то ни было, теперь надо было решить, что делать.
Идти дальше или возвращаться к непонятно чему.
Я огляделся.
Кроме птиц, что чирикали сейчас над головой, да мелкой непуганой живности, которая бегала меж деревьев, больше никого не было. Но это сейчас, днём. И углубляться дальше — искать на жопу приключения в виде хищников. К тому же, не факт, что я вообще куда-нибудь выйду: к дороге или какому-нибудь населённому пункту. Могу просто заблудиться и сдохнуть.
В то же время вернуться…
Как вспомню крабомразей, так не по себе становится.
Но там плот, а на плоту маячок GPS и отражатель для радаров — это единственное, что поможет спасателям обнаружить меня. Плюс разбросанный провиант на пару дней: что-то да могло сохраниться. И если уж на то пошло, при спасательной операции обязательно прочешут ближайшие берега, мало ли что вымыло на берег.
Поэтому выбор логично пал на лодку, как единственную связь с внешним миром. Нет лодки — меня не найдут. Меня не найдут — я расстроюсь.
Перед возвращением я осторожно осмотрел полученные раны. Ровные края, словно ножом саданули, но не такие глубокие, несмотря на количество крови. Тут по-хорошему надо зашивать, но я обошёлся лейкопластырями и бинтом (как-то зашивать себя у меня рука не поднимется), на скорую руку продезинфицировав собственные раны. После этого двинулся обратно той же дорогой, по крайней мере, в том же направлении.