Объединённые надеждой (СИ)

Теряя направление, путники ломились сквозь враждебные заросли. Оттуда то и дело выстреливали сосульки и замороженные ветви. От потных лошадиных тел валил пар. Наступала ночь, и им совсем не улыбалось остаться в этом заколдованном лесу в темноте.
А лес не хотел отпускать свою добычу. Деревья скрипели, а потом застонали, как живые существа. Вдобавок неизвестно откуда налетел пронизывающий ветер, который выл, словно призрак на погосте.
Нейл и Риуга отчаянно рубились с деревьями и кустарниками, уклонялись от тяжёлых ледышек, летевших со всех сторон. Усидеть на лошади стало задачей, достойной Геркулеса. И Нейл в конце концов не удержал равновесия и полетел прямо под копыта своему скакуну. Конь шарахнулся в сторону, таща по снегу своего наездника. Однако верный Риуга не растерялся и перерубил стремена, освободив Нейла.
Конь, почувствовав свободу, рванулся невесть куда, увязая в сугробах по самое брюхо. Что удивило Риугу, так это то, что лес пропустил лошадь и дал ей беспрепятственно ускакать. По мере того, как конь удалялся от своих хозяев, бег его становился всё легче, сугробы расступались с его дороги, ветви прекращали бесчинствовать…
От этих наблюдений Риугу оторвал придушенный вопль, донёсшийся откуда-то снизу. Повернув голову, он с ужасом увидел, что за считанные мгновения Нейла поглотил снег. Из сугроба виднелось только лицо да поднятая вверх в жесте отчаяния рука.
— Я сейчас! — Риуга уже собрался спрыгнуть с лошади, но вовремя одумался.
Этот странный снег мог точно так же затянуть и его, Риугу, и тогда шансов на спасение не осталось бы вовсе. Риуга крепко схватил Нейла за руку и потянул вверх. Это оказалось не так-то легко, как могло показаться со стороны. Снег не был похож на обычный. Он скорее напоминал вязкую густую массу наподобие теста. И эта масса крепко держала свою жертву.
Наконец со странным чмоканьем тело Нейла выскочило из «сугроба». Снег осел с глухим звуком, похожим на вздох, будто сожалел о том, что не удержал человека. С трудом Нейл вскарабкался на коня позади своего ординарца. Они стали продираться через опасные сугробы, сквозь обледеневший кустарник, наугад, вслепую, в темноте, лишь бы отойти подальше от страшного места.
  
Глава 59. Жёсткая посадка
 
Плащекрылы начали снижаться. Когда они уже почти спустились, Нелли закричала во всё горло:
— Что это там, внизу? Кто-то бежит!! Видите?
Фергюс и Торментир и не пошевелились. Они крепко вцепились в шеи своих «коней», стараясь даже не шелохнуться. Мелис и Эйлин перегнулись вперёд, насколько могли. Действительно, под ними из густого леса выскочило какое-то обезумевшее животное и понеслось прямо под плащекрылами. «Это ж насколько оно напугано, что не видит нас», — мелькнула мысль у Эйлин.
— Мам, это лошадь! — снова принялась горланить Нелл.
— Откуда здесь взяться лошади? — буркнула себе под нос Эйлин, не заботясь о том, слышит её дочь или нет. Дело в том, что плащекрыл Эйлин заложил крутой вираж перед посадкой, и волшебнице пришлось вцепиться в его гриву так же, как и Торментиру.
Действительно, это оказалась лошадь, притом очень испуганная лошадь. Она носилась с безумным ржанием по кругу. В это время плащекрылы опустились на землю, почти сбросив своих седоков, и угрожающе защёлкали челюстями.
— В сторону! — отчаянно закричала Эйлин. — Все в сторону! Скорее!
Предупреждение было не лишним. Проголодавшиеся животные погнались за несчастной лошадью, та понеслась куда-то, не разбирая дороги. В этом охотничьем безумии люди могли пострадать, но, к счастью, раздавлен был лишь один узел. Содержимое его было безжалостно втоптано в грязь, и подоспевшая Нелли, ругаясь, попыталась сложить всё заново.
— Все целы? — спросила Эйлин, когда, наконец, на опушке тёмного леса стало тихо.
— Да, — отозвались одновременно Мелис и Нелли.
Мрачного Торментира Эйлин увидела сама. Судя по его лицу, он был весьма не в духе — следовательно, у него всё в порядке. Фергюс не откликнулся, и Эйлин, встревожившись, подошла к нему поближе. Она заметила, как он бледен.
 
— Тебе плохо? — обеспокоенно спросила она.
Он мужественно выдавил из себя улыбку:
— Признаться, бывало и получше. Сейчас пройдёт…
— Эй, Фергюс, ты чего? — кинулась к нему Нелли. — Высоты боишься?
— По-моему, высоты у нас боялась ты, — беззлобно подколол подругу Мелис. — А ты так высовывалась с плащекрыла, я думал, что сейчас впереди него полетишь.
— Слушай, точно! Высоты боюсь именно я! А я и забыла!
Молодые люди пересмеивались, а Фергюс потихоньку приходил в себя после полёта.
— Что это за место? — спросил Торментир у Эйлин.
— Понятия не имею, — ответила та.
— Так почему мы здесь оказались? — сварливо начал он. — По твоей прихоти мы уселись на этих ненормальных плащекрылов, а уж они занесли нас невесть куда…
Эйлин, не дослушав, жестом велела ему замолчать. Торментир повиновался с видимой неохотой. Однако через мгновение он прислушался и нахмурился. В лесу раздавался треск ломаемых ветвей и нечленораздельные возгласы. Эти звуки приближались к опушке.
Торментир зло цыкнул на расшалившихся Менгиров.
— Да что такое! — возмущённо начала Нелли, но доносившиеся звуки заставили её замолчать.
На опушку выскочила ещё одна лошадь. На этот раз она несла на себе всадника — неестественно толстого для человека. Присмотревшись, все поняли, что это не один, а два седока.
Мелис выхватил меч:
— Стой!
Юноша замахнулся мечом на всхрапнувшую лошадь, а левой рукой ухватил её за поводья.
— Ого! Ничего себе! — с невольным уважением в один голос сказали Эйлин и Нелл.
Лошадь зафыркала, замотала головой и остановилась. От резкого толчка сидевший сзади человек скатился на землю. Торментир немедленно нацелил на него свою волшебную палочку. Однако упавший не торопился встать, и конец палочки постепенно переместился на того, кто по-прежнему сидел верхом.
  
Глава 60. Старые знакомцы
 
— Не надо, прошу вас, господин советник, — слабым голосом произнёс Риуга, видя нацеленную на него палочку.
В знак того, что он не имеет дурных намерений, Риуга поднял руки вверх, раскрыв пустые ладони. Мелис тем временем присмотрелся к слабо шевелящемуся человеку на земле. Тот тоже поднял голову. В тёплом мерцании Огнистого Меча эти двое узнали друг друга.
— Ты! — воскликнули они одновременно. — Что ты здесь делаешь?
Нейл немедленно схватился за саблю.
— Окаменей! — хрипло выкрикнул Торментир, и сабля вылетела из ладони Нейла, а обе его руки непроизвольно вытянулись и прижались к бокам. Тело застыло. На лице живыми остались одни глаза, прикованные к лицу Мелиса.
Мелис медленно опустил меч.
— Прошу вас, господа, не надо, — Риуга спрыгнул с лошади на землю.
Ему в лицо смотрел меч, палочка, а также наконечник стрелы — Нелли успела натянуть лук.
— Дайте нам уйти, мы не причиним вам вреда, — поочерёдно осматривая лица своих противников, говорил Риуга.
— С чего ты взял, что мы тебе поверим? — насмешливо спросил Фергюс.
Он уже подобрал с земли увесистую суковатую дубинку и теперь поигрывал ею. На земле потихоньку зашевелился Нейл — Торментир снял заклятие оцепенения. Теперь Нейл старался нашарить свою саблю на промёрзшей земле.
— Ко мне, сабля Нейла! — лениво скомандовал маг, и клинок, сверкнув в лунном свете, ткнул его рукояткой в грудь.
Торментир не ожидал этого (он не умел обращаться с холодным оружием). Он потерял равновесие и едва устоял на ногах. Нелли зловредно хихикнула. Появилась недобрая усмешка и на лице Нейла. Маг плотно сжал тонкие губы, махнул палочкой (Эйлин увидела, как из неё вылетела красноватая молния), и клинок с треском развалился на две иззубренные части.
Нейл вскрикнул. Фергюс хотел сказать ещё что-то, но Торментир опередил его:
— Позвольте мне, — и он с преувеличенной вежливостью обратился к Риуге. — Скажи, как вы оказались здесь? Говори правду!