Нужная работа

— А для кого же? — Марвину стало интересно, хотя он считал Гибаряна практически готовым кандидатом на проживание в тех спецкамерах. Для чего бы они ни предназначались на самом деле.
— Для нормальных сотрудников. — Машину начало потряхивать, и напарник сбавил скорость. — Для психологической разгрузки… э-э-э… для релаксации. Как бы для отпуска. Чтобы человек мог какое-то время пожить в привычном ему мире, пусть и ненастоящем, виртуальном. Типа подправить психику и вновь приступить к работе.
— Любопытная теория. — Марвин потер заслезившиеся от уличной пыли глаза. — Спорная, но любопытная. Ты не отвлекайся, ты про древнюю камеру рассказывай.
— А я и говорю, — недовольно дернул плечом Далий. — Просто здесь одно с другим связано. В общем, нулевой уровень нужен для восстановления душевного равновесия, а для лечения психических заболеваний — что-то другое. Но что? Тут-то Гибарян и выдал окончательный диагноз, мол, где-то в обители есть место, где конкретно лечат психов. И скорей всего, это какое-то автоматическое устройство, наподобие транспортной кабины. Кабина-нормализатор, если точнее. А еще он сказал, что этот нормализатор однозначно находится в жилом секторе, только спрятан от посторонних глаз. Кто бы мог подумать, что он и впрямь рядом, за стеной возле кабинета шефа! Почти на виду.
— Именно что никто, — рассеянно согласился Марвин. — Потому что стена нашпигована особыми, снижающими к ней интерес амулетами. Вплоть до полного безразличия. Иначе я не могу объяснить, почему ее до сих пор не взломали, хотя бы из любопытства. Чтобы глянуть — а что там, за кирпичами?
— Круто. — Далий вновь попугал ворон сигналом. — Амулеты безразличия! Надо же, я о таких слыхом не слыхивал. Ну, Марвин, ты и голова, враз фишку просек.
— Я тоже не слышал, — отмахнулся Марвин. — Это логическое допущение, но, по-моему, верное. Хм, интересно, а кто стену-то построил? И когда?
— Черт его знает, — безразлично ответил Далий. — Меня другое беспокоит: что стало с Гибаряном? Если он, конечно, психической кабиной попользовался. Он же нормальный был, вдруг у него теперь в голове все наоборот заработало?
— Вряд ли, — успокоил его Марвин. — Разве что пить бросил, почему бы и нет.
— Ужас, — выдохнул Далий, представив себе абсолютно непьющего аналитика. — С ним же тогда говорить невозможно станет. Он, когда трезвый, такой зануда, что хоть вешайся. — Напарник помолчал, осмысливая неприятное предположение, и вдруг радостно выпалил: — Хрена там Гибарян трезвенником стал! У него же в башке чип, а это не психическая болезнь. Не лечится!
Марвин покачал головой, то ли да, то ли нет — его не беспокоило здоровье Гибаряна, своих проблем хватало, — и сказал задумчиво:
— Сдается мне, что со стеной постарался кто-то из давних работников обители. Из тех, кто окончательно перестал воспринимать реальность и кого не стали лечить. Или не смогли. Возможно, с ума сошли все жители комплекса, причем разом, а прибывшие на смену уже ничего не знали о замурованном аппарате. Другое дело — что могло свести с ума множество людей? Загадка, честное слово. — Тут Марвин подумал о нестареющей Рипли: вот уж кто мог знать о древних тайнах «Обители черного дракона»! Должна же она была слышать за свою долгую жизнь хоть что-нибудь о прошлых временах. Слухи, сплетни, байки, легенды. Да хотя бы страшные рассказки, отголоски давних событий, которые старожилы обязательно рассказывают новичкам.
Однако с расспросами возникала небольшая проблема.
«Она же немая, — с досадой вспомнил Марвин. — Тьфу ты, незадача».
— Или же в особняке появилась какая-то религия, запрещавшая использовать нормализатор, — неожиданно, очень к месту и очень разумно, заметил Далий. — Помнишь таинственные письмена в коридорах? Вдруг кто-то их расшифровал, понял реальное назначение комплекса и стал мессией. Который быстро обратил остальных в свою веру.
— Мнэ-э… — озадаченно протянул Марвин. — А разве комплекс не только очищает магию из разных миров, но еще и что-то другое делает?
— Откуда я знаю, — пожал плечами напарник. — Это я в порядке рабочего бреда. Надо было сказать что-то умное, вот и сказал… Опаньки, ты глянь-ка! — Далий указал взглядом на водительское зеркальце. — Наш господин экскурсовод окончательно умаялся, хе-хе. Баинькать изволит.
 
Марвин оглянулся. Граф лежал на заднем сиденье, подложив под голову руку и привалившись спиной к кофру с посохом. Вид у Графа был измученный, осунувшийся; только сейчас Марвин понял, что их подельник гораздо старше, чем казался поначалу.
— Всю ночь на ногах. Сначала хоронил дворецкого, а после осматривал хозяйство, — негромко пояснил Марвин. — В смысле замок проверял.
— Значит, спит глубоко, — сделал вывод напарник. — И не будет доставать меня дурацкими запретами. Ну, тогда все, — зловеще сказал он. — Тогда поехали! Типа с ветерком.
Марвин верно понял последнюю фразу. Он вовремя ухватился за ручку над дверью и уперся ногами в пол: машина, набирая ход, свернула с безопасной улочки в сторону далеких многоэтажных зданий. За которыми скрывался белокаменный дворец, место бывшей службы Графа. И где, вполне возможно, жил-поживал колдовской лекарь — он же персона, приближенная к верховному президенту, он же гражданин несуществующего мира, он же бывший видящий Фемах.
Потому что полезными людьми не разбрасываются, даже если они и демоны.
  
ГЛАВА 13
 
Проехать до дворца «с ветерком» у Далия не получилось.
Хотя поначалу все складывалось вроде бы как надо: самоходка вынырнула из лабиринта закоулков на широкую магистральную улицу — неожиданно тихую, пустынную. Разгоняйся и мчись сколько душе угодно!
Далий и разогнался.
Марвин удивился, обнаружив, что центральная улица пуста, потом вспомнил, что в столице не так уж много жителей, да и ездить-то им особо некуда. Разве что к морю или в лес за город, подальше от жаркого мегаполиса. Хотя при нынешней погоде все равно далеко не уедешь: над городом полыхала бездождевая гроза, далекий гром отдавался в салоне низким ворчливым гулом.
К тому же здесь мог быть выходной, за время путешествия Марвин ни разу не озаботился узнать, какой нынче день. Просто в голову не приходило из-за ненадобности. Живы-здоровы, и ладно, а пятница там или понедельник, кому какая разница!
Самоходка мчалась вперед, напрочь игнорируя светофоры и дорожные указатели. Тем более что ни Марвин, ни Далий в них не разбирались, а будить Графа из-за подобных пустяков никто не собирался.
Неудивительно, что вскоре за самоходкой увязался невесть откуда взявшийся полицейский мобиль. Включив сирену и мигающие фонари на крыше, мобиль отчаянно сигналил фарами для привлечения внимания — догнать скоростную машину у него не получалось. Судя по одиночному силуэту за рулем, полицейский действовал без напарника, на свой страх и риск. По принципу «меньше делишься, больше получаешь».
— Притормози, — озабоченно поглядывая в боковое зеркальце, сказал Марвин. — Не будем зря полицейского нервировать, еще сообщит, чтоб дорогу перекрыли. С колючкой под колеса, стрельбой по стеклам и проверкой документов у выживших. А нам сейчас не до развлечений.
— Ха, можно подумать, этот удостоверения не потребует, — пренебрежительно фыркнул Далий, но послушно затормозил у обочины.
Мобиль остановился позади самоходки. Сирена наконец умолкла, и из салона выбрался полицейский — хмурый, обозленный погоней. Без пистоля на боку, но с чем-то громоздким в руке, похожим на старинный фотоаппарат с черным экраном вместо крышки для пленки. Раздраженно помахивая непонятным устройством, полицейский прошел мимо самоходки и остановился перед ней, наведя объектив на номерные знаки.
— Шеф, в чем дело? — высунувшись из окна, нетерпеливо спросил Марвин. — У нас срочный вызов во дворец, мы при исполнении. Служба!
— Я тоже не развлекаюсь, — огрызнулся «шеф», щелкая кнопками устройства: внутри прибора тонко засвистело, на лицо полицейского легли зеленые всполохи от ожившего экрана. — Как нарушать, так все при исполнении… Машина зарегистрирована на некоего Гринвича, — брюзгливо сказал он, вглядываясь в экран. — ВИП-статус, не задерживать, пропускать везде, не подлежит досмотру и так далее. Понятно. — Полицейский с недобрым прищуром оглядел сидевших в самоходке. — Ну и кто из вас Гринвич? Неприкосновенный, гм-гм. ВИП-персона.