Нужная работа

— Ну, вроде того, — уклончиво ответил Марвин. — Испарения, но не совсем. У меня, понимаешь, врожденная аллергия на некоторые… гм-гм… химические вещества. И подземные газы. В общем, со временем пройдет, а пока что привыкай к тому, как я выгляжу.
— Аллергия? Временно? Тьфу ты, — облегченно вздохнул Далий. — Я-то уже черт знает чего подумал. Не поверишь, решил, что тебя подземные демоны похитили, а вместо настоящего Марвина какого-то недоделанного оборотня ко мне приставили. Такие, брат, дела.
— Тебе книжки писать надо, — беззлобно проворчал Марвин. — Фантастические. Наверняка будут пользоваться бешеным успехом.
— Я понимаю, если бы ты изменился за четверть часа, к тому же по собственной воле, — вглядываясь куда-то в даль, рассеянно продолжил Далий. — Нормально для экстремальной мимикрии. Но когда всего за минуту-другую, причем без личного желания, — это, конечно, патология.
— Э-э-э… в каком смысле «мимикрия»? — осторожно поинтересовался Марвин, но напарник не ответил: перед лицом Марвина мелькнуло что-то неуловимо быстрое, с громким стуком ударилось в дальнюю решетку башни. В тот же миг Далий поднял посох и выстрелил куда-то мимо старшего.
Марвин впервые видел колдовское оружие в действии, тем более на близком расстоянии. Увиденное его впечатлило: из посоха вырвалось нечто прозрачное, клубящееся, похожее на длинную струю раскаленного воздуха. Одновременно раздался низкий, на грани слышимости рев, от которого у Марвина заложило уши.
— Что случилось? — крикнул Марвин, но не услышал собственного голоса.
Далий, похоже, тоже не услышал — подбежав к башенной решетке, он встал в проеме здоровенной, невесть откуда взявшейся дыры и выстрелил еще раз, затем еще. После оглянулся на Марвина: озорно подмигнув, Далий показал большой палец, мол, готово, начальник. Типа можно не волноваться.
Марвин подобрал с бетона арбалетный болт. Болт был самодельный, из обрезка арматуры, к тому же плохо заточенный — но тем не менее, попади он в голову Марвину, вряд ли бы тот сейчас здесь стоял. Наверняка уже приходил бы в себя в кабине-прототипе. Если бы вообще там оказался… Раз тут не работает маскировочное колдовство, то где гарантия, что действует и магия воскрешения? Фемах, насколько помнил Марвин, искал мир, в котором он мог бы умереть наверняка, не восстанавливаясь в транспортной кабине.
— Чего застрял, давай сюда, — будто сквозь вату услышал Марвин. — Пойдем глянем, кого я завалил. Если, хе-хе, от него что-то осталось. Надо же, а я думал, здесь никого нету. — С этими словами Далий пролез сквозь дыру в решетке; отыскав наружную лестницу, он торопливо полез вниз.
Марвин уронил болт, подошел к дыре, глянул на оплавленные края — они еще светились темно-малиновым — и, уважительно поцокав языком, последовал за напарником.
Далий бежал к одному из цехов, не пригибаясь и не таясь за редкими кустами — то ли по обычной своей беспечности, то ли в полной уверенности, что убил всех нападающих. Марвин хотел было окликнуть напарника и предупредить, да куда там: пока он спускался по лестнице, азартный Далий успел умчаться слишком далеко. Надеясь на лучшее, Марвин прибавил скорости, стараясь не оступиться на строительных обломках.
Он нагнал Далия у разрушенного корпуса, возле груды битых кирпичей. Опершись на посох, тот со странным выражением лица смотрел на разбросанные по груде черные лохмотья. Лишь приглядевшись, Марвин сообразил, что это части тела, вернее — тел, судя по количеству оторванных рук и ног. А еще чуть погодя он понял, что озадачило напарника.
Конечности были живыми: кисти рук вяло двигали пальцами, скребя ногтями по кирпичам; ноги шевелили стопами, словно нащупывая исчезнувшую опору. Лежавшая поодаль голова кривила губы в сардонической усмешке и безостановочно вращала единственным уцелевшим глазом. Но более всего Марвина поразило отсутствие крови, ее не было нигде — ни на кирпичах, ни под неумирающей головой.
— Обалдеть, да? Впервые подобную фигню вижу, — удрученно признался Далий. — Как думаешь, что оно такое? — Напарник ткнул в голову посохом, отворачивая от себя страшное лицо. — По-моему, какая-то нежить типа самоходных мертвяков. Спрашивается, на хрена мы им сдались, чтобы по нам из арбалета стрелять?
 
Марвин молча присел на корточки, аккуратно взял оторванную кисть — та неожиданно шустро зачастила пальцами — и осмотрел черную рану с торчавшими из нее костями. Бросив кисть на место, он вытер руку о траву, встал, сказал деловито:
— Нашего диверсанта помнишь?
Далий кивнул.
— У него, как и у этих покойников, тоже не было крови. В общем, родной братец местных зомби, никаких сомнений.
— Но тот не шевелился, — глядя на подергивающиеся конечности, засомневался Далий. — А эти какие-то буйные, совсем неправильные.
— Высох до одеревенения, — пожал плечами Марвин. — Потому и не мог двигаться.
— Получается, когда мы его нашли, он все еще был живой? — догадался Далий. — Ни фига себе дела.
— Возможно, — не стал отрицать Марвин. — Кто знает. Ты, главное, не переживай по этому поводу, а то по ночам сниться станет.
— Не, я о другом, — нетерпеливо отмахнулся Далий. — Этот тип диверсионной специальности, он же в нашем медпункте лежит. А если его случайно водой польют, он ведь может ожить и заняться делом! В смысле своим заданием.
Марвин вспомнил, как Жанна препарировала пришельца, разрезав его едва ли не на части; как шеф потрошил мумию в поисках артефакта и, наконец, как он сам вытащил из пасти диверсанта игральную карту.
— Вряд ли, — уверенно ответил Марвин. — Не та конструкция. У нашего кадавра в глотке игральная карта была, шестерка черных легионеров. Что-то вроде колдовского источника энергии. Я ее лично вынул, теперь поливай не поливай, будет лежать как миленький. Тем более что Жанна его при вскрытии основательно попортила.
— Магическая карта? Опаньки. — Далий почесал в затылке. — Неужели из Жанкиной коллекции? Наверняка Фемах перед побегом спер, подонок тот еще.
— Точно, всю колоду украл. А ты что, знаешь, для чего нужны карты? — насторожился Марвин.
— Знаю, — коротко ответил Далий. — Я тебе потом расскажу, ладно?
— Почему не сейчас? — Марвину однажды уже обещали раскрыть чудесные свойства колоды, на том дело и закончилось. Не получилось как-то.
— Потому. — Напарник неожиданно поднял посох и почти не целясь выстрелил в сторону соседнего цеха.
Марвин резко повернул голову, едва успев разглядеть, кому предназначалась убийственная струя.
От здания к ним двигалась кучка людей. Именно двигалась, потому что шаркающую походку зомби — как их окрестил Марвин — трудно было назвать уверенным шагом. В руках у нападающих виднелись самодельные копья, скорей всего из заточенной арматуры, дубинки из кусков водопроводных труб и что-то вроде арбалетов — громоздких, нелепых, но действенных, как недавно убедился Марвин. Одеты зомби были в рваные одежды, почти лохмотья; Марвина удивило то, что среди гражданских костюмов мелькала и военная форма. Мало того — судя по нарядам, в толпе были женщины. Две или три, Марвин не успел сосчитать: выстрел Далия испарил нежитей, разбросав по сторонам не попавшие в струю остатки тел.
Стену цеха позади исчезнувших зомби словно припечатали гигантским штампом, оставив на побелевшем от жара бетоне хорошо различимые человеческие силуэты.
— Страшное у тебя оружие, — сказал Марвин, вновь не слыша своего голоса. Однако Далий, у которого со слухом было получше, понял и любовно похлопал по посоху ладонью: ясен пень, барахла не держим.
Марвин огляделся, выискивая очередных врагов, но вокруг было пусто — во всяком случае, он не заметил никакого движения в развалинах. Но это ничуть не успокаивало, тем более что у противника имелись арбалеты.
— Далий, пошли отсюда. — Марвин указал на железную башню. — Уберемся, пока нас не пристрелили. Там, за тумбой, забор с воротами. И дорога.
— Шутишь? — непритворно удивился Далий. — Тут знатная веселуха намечается, когда я еще посохом в свое удовольствие попользуюсь! Тем более что вокруг одни нелюди, мертвяки, кому до них какое дело.