Нужная работа
— Возможно. — Шеф поглядел на руки, сложил их за спиной. — Он, когда был жив, специализировался на взломах банковских сейфов. Самых сложных, надежно защищенных. Вполне успешно специализировался, из-за чего в конце концов и погиб. Подлый был человек, мерзкий, но отменный умелец, что есть, то есть. — Негор перевел дыхание, окинул взглядом притихших напарников. Вновь глянул на мумию и спросил устало: — Надеюсь, это все сюрпризы?
— Шеф, я даже не знаю, — смущаясь, начал Марвин. — В вашем состоянии оно, наверное, будет чересчур. Лишним, пожалуй.
— Говори, — напрягся негор, — мне нужна вся правда.
— Тогда вот. — Марвин нехотя запустил руку за пазуху мумии, вынул оттуда куклу и протянул ее шефу. — Смотрите сами, мне тут комментировать нечего. Думаю, вы лучше меня понимаете, что к чему.
Шеф с бесстрастным видом осмотрел свою тряпичную копию, задержался взглядом на иглах — и вдруг, уронив куклу, рухнул в кресло. Страшно хрипя, негор попытался разорвать на груди пиджак; отлетевшие пуговицы громко застучали по дощатому полу.
— Жанна! — истошно завопил Далий. — С шефом беда! Сердечный приступ, однозначно!
Жанна оказалась возле негора почти мгновенно, Марвину даже показалось, что она попросту материализовалась рядом с креслом. Выхватив откуда-то из складок платья стеклянный пузырек, Жанна вытряхнула на ладонь маленькую таблетку и насильно сунула ее в рот задыхающемуся негору. Затем резко повернулась к гостям и звенящим от ярости голосом выкрикнула:
— Пошли вон идиоты! Прочь!
Спорить с Жанной было глупо. Подхватив посох, Далий опрометью кинулся вон из кабинета; Марвин тоже не стал задерживаться.
Не добежав до конца коридора, они остановились, переглянулись и тихонько побрели назад. Бросать шефа в столь отчаянной ситуации было по меньшей мере непорядочно, хотя и помочь ему ни Марвин, ни Далий ничем не могли. Разве что побыть на подхвате у Жанны — воды принести, например, или сделать что другое, срочное. По необходимости.
Однако помогать не пришлось: дверь кабинета открылась, оттуда вышла Жанна. Вид у нее был привычно надменный, неприступный. Пройдя мимо посторонившихся друзей, она холодно бросила:
— Шеф умер. Думаю, к ужину придет. Поэтому не опаздывайте, сразу после трапезы общее собрание. — И ушла, прямая и чопорная, как монахиня на причастии.
— Кремень баба, — с уважением заметил Далий. — Страшный человек.
— Хм, я бы не сказал, — глянув в сторону кабинета, не согласился Марвин. — По-моему, она к шефу хорошо относится. Как и он к ней.
— Ну, — согласился напарник. — Я ж и говорю, кремень. Ты, гражданин приметливый, хоть понял, что за пилюлю дала ему Жанна?
— Какое-то лекарство, — равнодушно отозвался Марвин. — Что ж еще?
— Именно, — ехидно ухмыльнулся Далий. — Которое от всех болезней. Слушай, Марвин, а тебе не говорили, что ты иногда тупишь не по-детски?
— Иди ты, — с досадой ответил Марвин. — Знаешь куда, или подсказать?
— Знаю. В буфет. — Далий положил посох на плечо. — Жрать хочется зверски. Типа по-взрослому, хе-хе. — И, довольный шуткой, направился к выходу из коридора.
— Сам дурак, — запоздало огрызнулся Марвин, но было поздно, последнее слово все равно осталось за Далием.
ГЛАВА 5
Зал собраний выглядел точно также, как и в тот раз, когда Марвина принимали на работу. Вновь был круг из зажженных свечей с густой темнотой за язычками пламени, были таинственные отблески на невидимом зеркальном потолке, и конечно же был непременный длинный стол.
В обычные дни стол — вместе со стульями и свечами — пропадал невесть куда: кто их убирал, в какие запасники, Марвин не знал. Далий тоже был не в курсе, а на расспросы напарника лишь пожимал плечами, его подобные пустяки не интересовали. Типа кому надо, тот и убирает; типа это что-то вроде еды в буфете, где она появляется сама собой. И какая разница откуда.
Шеф восседал во главе стола. К ужину он все же опоздал, но на собрание пришел вовремя — в привычном костюме-тройке, при галстуке-бабочке и пенсне. Не знай Марвин о сегодняшнем происшествии, он бы решил, что ничего особенного не случилось. Да, шеф выглядел несколько устало, но на то он и начальник, чтобы решать утомительные вопросы.
По одну сторону стола сидели Жанна и Гибарян, по другую Марвин и Далий. Рипли в расчет можно было не брать — она устроилась на отшибе, подальше от стола и поближе к свечам, изучая там какую-то новую магическую головоломку. Из полумрака доносилось механическое пощелкивание и напряженное сопение исследовательницы: похоже, устройство ей никак не поддавалось.
На столе кроме пары канделябров со свечами стояла бутылка коньяка, блюдце с нарезанным лимоном и граненый стакан, все возле Гибаряна. Аналитик поглядывал на угощение как вышколенный пес на поощрительный кусочек сахара — с вожделением, но без излишнего рвения. Когда дадут команду, тогда и приступит, никуда от него награда не денется.
— Как вы все знаете, сегодня я в очередной раз умер, — выдержав паузу, без эмоций сказал негор. — Ничего страшного, но неприятно, да-с. Поводом для сердечного приступа послужил… мнэ-э… погибший в закрытых коридорах диверсант. Кто такой — неизвестно. При чужаке обнаружены украденные из хранилища артефакты. Судя по ним, в деле замешан исчезнувший несколько лет тому назад видящий Фемах, которого многие из присутствующих знают. Возможно, не с лучшей стороны, но поступающие в обитель работники не всегда являются образцами сердечности и добродетели.
— А я давно предупреждала, что Фемаха необходимо изолировать от коллектива. Запереть в камере иллюзий, — негромко напомнила Жанна. — Еще когда у него только-только появились первые симптомы психического расстройства.
— Жанна, не надо, — предостерегающе поднял ладонь шеф, — хватит о старом. Был бы рядовой сотрудник, я бы так и поступил, но ведь единственный видящий!
— Как-то ж без него обходились, — прошелестела Жанна и, с досадой поморщившись, умолкла. Спорить с шефом она или не смела, или не хотела.
— Вопрос сейчас в другом… — Негор случайно посмотрел на Гибаряна — печального, с горестно поднятыми бровями — и, спохватившись, дозволил: — Открывай, но не усердствуй, ты мне нужен в адекватном состоянии.
Заждавшийся аналитик немедленно свинтил пробку с бутылки, налил полстакана — над столом поплыл пряный запах, Далий завистливо облизнулся, — махом опорожнил его. Занюхавшись долькой лимона, Гибарян вернул закуску на блюдце.
— Можно мне? — не удержался сидевший напротив аналитика Далий. — Типа тоже для куражу. Для просветления.
— Нет, — отрезал шеф. — «Для куражу» будешь после собрания, вместе с Гибаряном, он все равно на начатом не остановится. Итак, — негор обвел взглядом присутствующих, — у нас сложилась парадоксальная ситуация: в комплексе объявился человек, пришедший не из приемной камеры, а откуда-то извне. Чего не может быть по определению.
— Шеф, у меня вопрос, разрешите? — Не дожидаясь ответа, Марвин продолжил: — А почему не может-то? Если в комплекс попадают всякие амулеты-артефакты, вполне вещественные в отличие от магии, то отчего бы не существовать и выходу в те миры, откуда они поступают. Например, по стокам. Или по каким иным каналам. — Вопрос был провокационный, Марвин нарочно его задал. Если листы из тетради вырвал не удравший Фемах, а сам негор, то упоминание о стоках его заденет. Уж как-нибудь, но он обязательно прореагирует.
Шеф и прореагировал вместе с Жанной — они оба с нескрываемой жалостью посмотрели на Марвина. Как на больного, несущего горячечный бред.
— Марвин, ты у нас новичок, — мягко, словно беседуя с умственно отсталым, произнес негор. — Потому не знаешь историю комплекса, хотя мог бы и подумать, прежде чем спрашивать. Неужели ты уверен, что за многие века существования «Обители черного дракона» никто не пытался отыскать лазейку в обслуживаемые миры? Поверь, никому это не удалось. И не удастся. — Шеф развел руками. — Потому что лазеек нет.