Новые горизонты (СИ)

Двадцать третьего весело отпраздновали мой день рождения. Александру Патрушеву по документам уже восемнадцать лет, а это значит, подрос общественный статус моей персоны –отныне могу жениться. Соответственно, увеличилась моя значимость в глазах окружающих, и вопросами о моём браке теперь не только нашу старшую донимают, но и меня самого. Отцы девиц, созревших для замужества, в разговорах со мной регулярно на тему продолжения рода съезжают, а сами девушки при встрече улыбаются всё шире и шире.
Ну... наверно, и правильно, что мы отсюда сматываемся. Может, за время нашего отсутствия страсти немного поутихнут. А то даже Любовь Сергеевна — моя дама сердца... хм... ну или того, что пониже, — начала какие-то непонятные намёки делать, мол, не пора ли увеличить продолжительность нашего совместного времяпрепровождения: "Завтракать, ужинать и ночевать ты и у меня можешь". Опыт прошлой жизни подсказывает: пора делать ноги.
К концу ноября мы наконец-то завершили все дела, оформили и подписали все бумаги. При содействии губернатора получили подорожные. В этот раз как большое начальство поедем — на тройках. Отправляемся впятером: Софья Марковна и Светлана с Машулей в одной кибитке, а я с поручиком Вяземским в другой. Он вполне выздоровел для дальней дороги и, хоть пока ещё немного слаб, оставаться в Красноярске категорически отказывается. Ха, боится невесту одну отпускать. Ну как же, вдруг красавицу Светлану в столице уведут.
Утром двадцать пятого мы наконец-то тронулись в путь. Прощай, Красноярск! Ты нам очень понравился, но дела зовут в дорогу.
18свеча Яблочкова — один из вариантов электрической угольной дуговой лампы, изобретённый в 1876 году П. Н. Яблочковым (прим. автора).
19"пшеничкой" и "крупкой" золотничники называют россыпное золото (прим. автора).
20горбачи — те, кто тайно, в обход хозяев скупает золото на приисках. Чаще всего скупка идёт в обмен на водку, которую носят в больших коробах за спиной. Со стороны, особенно в потёмках, короб напоминает горб (прим. автора).
21короб — мера древесного угля, заготавливаемого на горных заводах. По весу примерно 20 пудов (прим. автора).
22фраза деда Фишки из книги "Строговы" Маркова Г.М., очень уж она мне нравится, не удержался и вставил (прим. автора).
23реальный случай, описанный работником Пожвинского завода (прим. автора).
24шпур — цилиндрическое углубление в горной породе для размещения зарядов при взрывных работах (прим. автора).
25пепела́ц — фантастический летательный аппарат, показанный в кинофильме "Кин-дза-дза!" (прим. автора).
26вашгерд и мутильный чан — приборы для промывки золотоносных песков (прим. автора).
  
Глава 13
 
Не знаю уж, Софа так наворожила или старик Хоттабыч хорошую погоду нашаманил (он перед нашей отправкой целый час с бубном плясал), но долетели мы почти до самого Нижнего Новгорода без проблем и задержек и лишь в двух перегонах от него попали в буран. Теперь день, а то и два, нам придётся отсиживаться на постоялом дворе, пока снежная круговерть не уляжется. Кстати, и помощь губернатора оказалась нелишней, три лошади вместо двух, да ещё и с колокольчиком на дуге, прекрасно ускоряют движение. Сейчас езда с колокольчиком — это привилегия, почти такая же, как в двадцать первом веке езда с мигалкой. И дорогу все уступают, и лошадей меняют в первую очередь.
Оглядываясь на проделанный путь, я с удивлением понимаю: вспомнить почти нечего. Сквозь замёрзшие окна кибитки невозможно что-либо разглядеть, а на почтовых станциях наш транспорт не задерживали. Пока лошадок распрягали-запрягали, мы или обедали, или чай пили, согреваясь, или просто гуляли, разминая ноги. Ехали и днём и ночью, спали в кибитках во время движения (там не сидения, а почти кровати). Я так вообще после выезда из Красноярска в какой-то коматоз впал, Вяземский мне вопросы задаёт, а я лежу в этаком полусне и ответить не могу, язык работать отказывается. Видать, сказалась напряжёнка последних месяцев, не железный я всё-таки. Более-менее оклемался только через пару дней, и то долго ещё квёлым оставался.
 
Не опасно ли было передвигаться ночью? Ну что тут сказать? Естественно, опаснее, чем днём. По статистике происшествий, всякие несчастные случаи происходят в тёмное время суток раза в три чаще. Это и нападения бандитов, и разнообразные поломки экипажа, и ошибки ямщиков (они иногда с дороги сбиваются). Но Софья Марковна с Хоттабычем перед самой поездкой в один голос заявили: "Всё будет хорошо", и я им поверил. Расслабляться, разумеется, не стал, спал в полглаза и револьверы всегда под рукой держал, поручик тоже. Мало того, я и Машке маленький револьверчик в дорогу дал, ведь стрелять она умеет. Осенью, не выдержав её жуткого напора, мне пришлось учить это наглое чудо обращению с оружием вместе с бизонами.
Ну и что, что девчонке двенадцать с половиной лет. Вы бы видели эту девчонку — шайтан в юбке, однозначно! Револьвер быстрее многих бизонов освоила, любому варнаку без всякого сожаления с пяти метров пулю в лоб вгонит. Я порой не знаю, что с ней и делать-то. Иногда гордость охватывает за такую сестрёнку, иногда хочется ремнём ей по заднице настучать, причём хорошенько так, чтоб непременно до головы достучаться, а иногда и то и другое одновременно. А то вечно она суёт свой нос куда ни попадя! Братика любит, но щадить его психику категорически отказывается. Боюсь, когда подрастёт, я свихнусь от её закидонов.
За городком Колывань нагнали караван со своими работниками, отправленными в столицу. Порадовались, что у них всё в порядке, и помчались дальше. Я, отоспавшись и оклемавшись, взялся расспрашивать Вяземского о Восточном Туркестане и Китае. Давно хотел поговорить с ним о перспективах взаимоотношений между нашими странами, но в Красноярске как-то не до того было. Конечно, кое-что мне уже рассказывали казаки и купцы, только их взгляды на жизнь несколько отличаются от взгляда офицера-разведчика: они больше бытовые моменты описывали, а вот поручик знал даже скрытые стороны дипломатических контактов.
— Властители Китая сейчас растеряны и не очень-то хотят возвращать Восточный Туркестан, или — как они его называют — Синьцзян, под свою руку, особенно после того, как туркестанское восстание приобрело единого вожака в лице кокандского проходимца Якуб-бека. В шестьдесят восьмом году он утвердился в Кашгаре и теперь свои интересы простирает и на Восточный Туркестан, и на Джунгарию. Причём Якуб-бека поддерживает Англия, через Индию и Кашмир ему в Яркенд постоянно оружие пересылается, да и английские советники его не раз уже посещали.
— Почему-то мне кажется, что оружие Якуб-беку направляется с целью доставлять неприятности в большей степени России, чем Китаю.
Поручик согласно кивнул:
— Скорее всего, так и есть. Чтобы досадить нам, Англия и Бухару с Хивою оружием снабжает. Ну так вот, цинское правительство в данный момент озабочено упрочением власти в срединном Китае и подавлением восстаний в провинциях Шэньси и Ганьсу. Смогут навести порядок там — возьмутся и за Синьцзян. К сожалению, наша с графом летняя поездка по кочевьям не имела успеха, никто из влиятельных старейшин не захотел объединяться против Якуб-бека, даже имея за спиной поддержку России. И полагаю, теперь у наших пределов может возникнуть довольно сильное мусульманское государство, подверженное влиянию Англии. Единственным благоприятным выходом из создавшегося положения было бы наше содействие Китаю в борьбе с Якуб-беком. 
— А почему бы нам не подчинить Восточный Туркестан себе?
— Желать завоевания страны, которая ввела бы нас лишь в убыток, бессмысленно.
Какой убыток?! Да там куча полезных ископаемых! Стоп... о них же пока никто и ничего не знает. Но всё равно малость странная позиция.